Эти подарки заставят Цинь Дачуаня вспомнить о его прежних делах с коррупцией и взятками, а если мы дадим деньги, разве он будет о чем-то думать?! Деньги ведь есть у всех!
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова выругал его: «Ты, блин, как вообще думаешь, ты прямо пойдешь давать Цинь Дачуаню деньги, как он осмелится их взять?! Он подарки боится брать, не говоря уже о деньгах, он тем более не осмелится их взять».
Ли Наньсун, выслушав, все еще с некоторым недовольством сказал: «А это еще почему?! Почему Цинь Дачуань не осмелится взять?» Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова сверкнул на него глазами и выругался: «Как твои мозги опять не работают? Ты и не подумаешь, какие у нас сейчас отношения с Цинь Дачуанем, это же враждебные отношения! Ты сейчас прямо пойдешь давать ему деньги, что он подумает? Он точно подумает, что ты хочешь его подставить! Хочешь его подставить! Ты сначала дашь ему денег, а потом пойдешь к начальнику Лю жаловаться на него. Ты думаешь, Цинь Дачуань возьмет твои деньги?! Ты его за дурака держишь?! Что, как только кто-то дает деньги, он радостно их принимает?»
«А, вот оно как! Я действительно так много не думал». Выслушав Чжао Гана, Ли Наньсун снова почесал голову, чувствуя, что он действительно слишком мало подумал. Просто представил Цинь Дачуаня как парня, у которого глаза загораются при виде денег, и не подумал, что он сейчас все еще руководитель базы, он только что подставил Чжао Чжунъяо, а ты сейчас прямо даешь ему деньги, разве это не очевидно, что ты тоже хочешь его подставить?!
Хорошо, что понял. Поэтому единственное, что мы сейчас можем сделать, — это пригласить Цинь Дачуаня поесть. Сначала наладим с ним отношения, и только тогда, возможно, сможем дать ему денег! — снова сказал Чжао Ган, глядя на Ли Наньсуна.
Эй, Чжао Гэ, как это — все равно давать Цинь Дачуаню деньги?! Неужели, если у нас с ним наладятся отношения, он сможет просто так взять наши деньги? — Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана, все еще не совсем понимал.
Ли Наньсун, ну что ты за человек! Совсем не умеешь думать. Ты подумай! Если мы сейчас напрямую дадим Цинь Дачуаню денег, он точно не осмелится их взять. Но если у нас с ним наладятся отношения, и мы потом дадим ему денег, тогда он точно осмелится взять. Ты думаешь, те, кто дарит подарки начальству, никогда раньше не встречались с начальником, а потом при первой встрече суют ему пачку денег? Скажи, осмелится такой начальник их взять?! Да что там начальник. Допустим, на большой дороге незнакомец вдруг хватает тебя и хочет дать тебе пачку денег, скажи, ты осмелишься взять?! Разве ты не задумаешься, настоящие эти деньги или фальшивые, этот человек тебя совсем не знает, почему он дает тебе деньги?! Если ты так подумаешь, ты все еще захочешь взять деньги этого незнакомца?! Принцип тот же, ты подумай! Наши нынешние отношения с Цинь Дачуанем не просто плохие, они, можно сказать, враждебные! Ты даешь деньги нашему врагу, скажи, неужели наш враг, ни о чем не думая, тут же радостно примет твои деньги? Это же совершенно невозможно! — Чжао Ган, видя, что Ли Наньсун плохо соображает, объяснил еще раз.
Ли Наньсун, выслушав повторное объяснение Чжао Гана, наконец-то немного понял суть дела. Он посмотрел на Чжао Гана и сказал: «О, вот оно как. Ты имеешь в виду, что когда мы наладим отношения с Цинь Дачуанем, тогда мы снова напрямую дадим ему денег».
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова сказал: «Не то чтобы, когда у нас с Цинь Дачуанем наладятся отношения, мы сразу дадим ему денег. Я уже говорил, чтобы подлизаться к начальству, нужно соблюдать определенные методы и способы. Прямо давать деньги — это самый примитивный способ. Такой прямой подход, даже если у тебя хорошие отношения с начальником, заставит его отказаться. В конце концов, такое твое поведение полностью превращает ваши отношения с начальником в сделку купли-продажи, скажи, как такое поведение может не разозлить начальника?!
Так что, наши действия по отношению к Цинь Дачуаню абсолютно не должны быть такими. То, что мы ему дадим, — это не деньги, но ценнее денег. Об этом я тебе расскажу позже! А сейчас давай все-таки обсудим, как пригласить Цинь Дачуаня поесть!»
Чжао Ган знал, что если сейчас объяснять Ли Наньсуну, как потом подставить Цинь Дачуаня, это будет довольно сложно, и Ли Наньсун, вероятно, будет долго слушать и все равно не поймет. Раз так, то лучше пока не объяснять.
Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана, снова посмотрел на него и сказал: «Тогда как нам пригласить Цинь Дачуаня поесть? Прямо здесь, в столовой, приготовить ему что-нибудь вкусное?» — говоря это, Ли Наньсун посмотрел на Чжао Гана и рассмеялся.
Чжао Ган, услышав это, указал пальцем на нос Ли Наньсуна и со смехом сказал: «Ну ты и кадр! Пригласишь Цинь Дачуаня поесть в столовую, думаешь, он обрадуется?!» Услышав слова Чжао Гана, Ли Наньсун сказал: «Тогда как нам пригласить Цинь Дачуаня поесть? Неужели нужно идти в большой ресторан в городе?»
«Ну конечно! Цинь Дачуань как-никак первое лицо нашей базы, человек со статусом. А ты приглашаешь его поесть в столовую, за кого ты его принимаешь? За такого же рядового сотрудника, как мы?!» — снова сказал Чжао Ган, глядя на Ли Наньсуна.
«О, раз
Хватит ли на это денег или нет, в любом случае сейчас нельзя просить средства у начальника Чжао, подождем, когда начальник Чжао вернется на нашу базу 308, тогда и поговорим! Я думаю, начальник Чжао тоже знает, что мы вдвоем, чтобы выполнить поставленную им задачу, наверняка потратили немало денег, он тогда нас не обидит. Чжао Ган знал характер Чжао Чжунъяо, он чувствовал, что сколько бы он сейчас ни потратил, Чжао Чжунъяо потом обязательно ему все возместит.
Но... но начальник Чжао действительно сможет вернуться на нашу 308-ю военно-промышленную базу?! А если он не сможет вернуться?! Тогда все наши деньги пропадут зря, — снова сказал Ли Наньсун, глядя на Чжао Гана.
Ли Наньсун, да что с тобой такое, ты не веришь другим, ты что, и нашему начальнику Чжао не веришь?! Раз уж он в этот раз, чтобы поймать эту крупную рыбу Цинь Дачуаня, временно пожертвовал собой, то как он может не вернуться на нашу 308-ю военно-промышленную базу?! Какой же ты глупый, ты что, все время думаешь, что начальник Чжао действительно совершил ошибку? — Чжао Ган, видя, что Ли Наньсун никак не понимает его слов, снова сказал так.
Ли Наньсун тут снова сказал: «Ладно, в общем, как ты дальше скажешь делать, так и сделаем! Мне лень много думать». Ли Наньсун сейчас тоже чувствовал, что если так будет продолжаться, то это слишком утомительно, из-за каждого дела нужно придумывать план, это не в его характере, он такой человек, просто не любит напрягать мозги.
Ну хорошо, я думаю, в это воскресенье пригласим Цинь Дачуаня поесть в город! Все устрою я, тебе ничего делать не нужно, просто слушай меня. Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, тоже не хотел, чтобы тот снова придумывал какие-то способы, как угостить Цинь Дачуаня, все придется придумывать ему самому.
«Так лучше всего, я как раз не хочу напрягать мозги!» — снова сказал Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана. «Мм, хорошо, тебе не нужно ничего придумывать, просто слушай меня», — снова поддакнул Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна.
Изначально Чжао Ган думал, что после этих слов Ли Наньсун больше ничего не спросит. Но, к его удивлению, после этих слов Ли Наньсун вдруг снова посмотрел на него и спросил: «Чжао Гэ, если так, то могу я не идти ужинать с Цинь Дачуанем? Вы сами с ним поужинайте, и все». Ли Наньсун раньше ссорился с Цинь Дачуанем, он сейчас даже видеть Цинь Дачуаня не хотел, а ты сейчас просишь его пойти ужинать с Цинь Дачуанем, конечно, он не хочет.
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова сказал: «Да что с тобой такое?! Скажи, если я приглашаю Цинь Дачуаня поесть, как можно, чтобы ты не пошел?! Ты же знаешь, если я приглашаю Цинь Дачуаня поесть, то причина в том, что ты раньше обидел Цинь Дачуаня, сейчас мы приглашаем его поесть, это чтобы ты пошел и извинился перед ним! А ты хорош, отправляешь меня одного приглашать Цинь Дачуаня поесть, какой в этом смысл? Ты — главный герой этого угощения, понимаешь?! Я просто иду с тобой, чтобы вместе сблизиться с Цинь Дачуанем, скажи, как можно, чтобы главный герой не пошел?»
Услышав слова Чжао Гана, Ли Наньсун на мгновение снова потерял дар речи, ведь Чжао Ган говорил по делу, это дело изначально ты, Ли Наньсун, и заварил. Сейчас Чжао Ган помогает тебе, Ли Наньсун, уладить это дело! Ты сам не идешь, а отправляешь Чжао Гана одного приглашать Цинь Дачуаня поесть, какой в этом смысл?
Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана, подумал немного и сказал: «Ну ладно! Раз так, то мне остается только пойти с тобой приглашать Цинь Дачуаня поесть».
«Ладно, завтра воскресенье, мы вдвоем встанем рано утром и вместе пойдем искать Цинь Дачуаня!» — снова сказал Чжао Ган, глядя на Ли Наньсуна. «Хорошо, слушаюсь Чжао Гэ», — снова сказал Ли Наньсун, улыбаясь и глядя на Чжао Гана.
Так, на следующее утро, Чжао Ган, встав, разбудил и Ли Наньсуна. Позавтракав, они вдвоем отправились в кабинет Цинь Дачуаня.
Они вдвоем подошли к двери кабинета Цинь Дачуаня, и Чжао Ган почувствовал, что в кабинете Цинь Дачуаня какое-то движение, словно кто-то там шептался, но голоса были очень тихими, и Чжао Ган не мог толком расслышать.
Поэтому Чжао Ган не придал этому особого значения, в конце концов, это был кабинет Цинь Дачуаня, и то, что он пришел к нему, было нормально. Поэтому Чжао Ган поднял руку и дважды постучал в дверь.
«Тук-тук! Тук-тук! ---» Постучав, Чжао Ган вместе с Ли Наньсуном стал ждать у двери кабинета Цинь Дачуаня. Но они прождали некоторое время, а изнутри не доносилось ни звука. Чжао Ган подумал, неужели он постучал слишком тихо, и Цинь Дачуань не услышал? Поэтому он поднял руку, собираясь постучать снова!
Но именно в этот момент изнутри донесся немного запыхавшийся голос Цинь Дачуаня: «Кто там?! Вхо--- входите!» Услышав голос Цинь Дачуаня, Чжао Ган толкнул дверь и вошел. Ли Наньсун, естественно, последовал за Чжао Ганом внутрь.
Войдя внутрь, они оба почувствовали, что обстановка там была не совсем обычной. Чжао Ган увидел, что в кабинете был не только Цинь Дачуань, но и Ван Сяомэй тоже стояла там, только щеки у этой женщины были пунцовыми, словно она выпила. Даже у Цинь Дачуаня лицо было немного красным, будто он только что выпил стакан крепкого спиртного.
Увидев эту картину, Чжао Ган и Ли Наньсун оба немного растерялись, они никак не могли предположить, что Ван Сяомэй в это время будет в кабинете Цинь Дачуаня. И, судя по виду, они словно занимались чем-то неподобающим.
«О, это Чжао Ган и Ли Наньсун! У вас какое-то дело?» — Цинь Дачуань, однако, быстро пришел в себя и, посмотрев на Чжао Гана и Ли Наньсуна, спросил.
Чжао Ган в этот момент тоже успокоился, он посмотрел на Цинь Дачуаня и сказал: «Начальник Цинь, у нас есть кое-какое дело, которое мы хотели бы обсудить с начальником Цинь». Сказав это, Чжао Ган еще взглянул на стоявшую рядом с Цинь Дачуанем Ван Сяомэй. Очевидно, он не хотел, чтобы Ван Сяомэй оставалась здесь.
Цинь Дачуань тоже понял. Взглянув на выражение лица Чжао Гана, он обернулся, посмотрел на Ван Сяомэй и сказал: «Сяомэй, выйди пока, нам с Чжао Ганом и остальными нужно кое-что обсудить». Ван Сяомэй, услышав слова Цинь Дачуаня, тоже сказала: «Хорошо, я пока выйду, начальник Цинь, если что, позовете меня». Сказав это, Ван Сяомэй, покачивая бедрами, прошла мимо Чжао Гана. Проходя мимо Чжао Гана, она еще нарочно бросила на него взгляд, а в уголках ее губ мелькнула едва заметная улыбка.
Когда Ван Сяомэй вышла, Цинь Дачуань снова посмотрел на Чжао Гана и спросил: «Какое у вас дело, говорите! Здесь больше никого нет». Чжао Ган тут же, глядя на Цинь Дачуаня, сказал: «Начальник Цинь, ничего особенно важного, просто хотели пригласить начальника Цинь поесть».
Услышав это, Цинь Дачуань почувствовал некоторое удивление, он посмотрел на Чжао Гана и сказал: «В чем дело, с чего это вдруг вы хотите пригласить меня поесть?!»
Чжао Ган в этот момент вытащил Ли Наньсуна из-за спины вперед, к Цинь Дачуаню, и сказал: «Да разве не из-за него?! Он раньше с вами поссорился, это же крайнее неуважение к руководству! Теперь он уже осознал свою ошибку, и поэтому хочет прийти к вам извиниться! Поэтому Ли Наньсун и хочет пригласить вас поесть! Не знаем, окажет ли нам начальник Цинь такую честь? Мы знаем, что начальник Цинь — человек высокого положения, а мы с Ли Наньсуном — обычные рабочие.
http://tl.rulate.ru/book/129841/6089809
Готово:
