— Я хочу сказать, что за спиной Ван Сяомэй наверняка стоит кто-то, кто подговорил ее так поступить! — снова сказала Чжао Цяньцянь, глядя на Ли Наньчжи.
— Тогда кто же это может быть! Кто тайно подговорил Ван Сяомэй так поступить! — снова спросила Ли Наньчжи.
— Кто же еще, наверняка это Цинь Дачуань. — Чжао Цяньцянь уже подозревала Цинь Дачуаня.
— А, это Цинь Дачуань, зачем ему это делать! — Ли Наньчжи была не слишком сообразительной, она все еще не могла понять этот вопрос! Чжао Цяньцянь, выслушав Ли Наньчжи, снова посмотрела на нее и сказала: — Разве это не очевидно! Как ты до сих пор не можешь понять! Кто получил взыскание на собрании, которое у нас только что было, а кто снова поднялся?
Услышав слова Чжао Цяньцянь, Ли Наньчжи словно осенило. Она посмотрела на Чжао Цяньцянь и сказала: — Вот оно как! Неудивительно, что Цинь Дачуань хотел подставить директора Чжао!
— Именно так, иначе как бы Цинь Дачуань так быстро снова поднялся? Это результат того, что он намеренно подставил директора Чжао. — Чжао Цяньцянь была умной женщиной, она довольно быстро догадалась об истинной подоплеке этого дела.
Услышав это от Чжао Цяньцянь, Ли Наньчжи немного разозлилась. Она посмотрела на Чжао Цяньцянь и сказала: — Вот оно как! Похоже, эта Ван Сяомэй действительно дрянь.
— Она и так не была хорошей, посмотри на нее, работает уборщицей, а каждый день наряжается как на праздник. Разве такая женщина может быть порядочной! — Чжао Цяньцянь часто бывала в кабинете Чжао Чжунъяо и часто видела Ван Сяомэй. Каждый раз, когда она видела Ван Сяомэй, она видела, как эта женщина, разодетая в пух и прах, убирается там! Это очень раздражало Чжао Цяньцянь!
— Хорошо, раз так, то я должна как следует проучить эту женщину! — Ли Наньчжи хоть и не была особенно умной, но была женщиной, ненавидящей зло как личного врага. Услышав слова Чжао Цяньцянь, она тут же вспыхнула от гнева.
Чжао Цяньцянь увидела гнев на лице Ли Наньчжи и, посмотрев на нее, сказала: — Что, ты хочешь подраться с Ван Сяомэй? — Ли Наньчжи посмотрела на Чжао Цяньцянь и сказала: — Такую женщину нельзя не проучить! Конечно, нужно проучить.
Чжао Цяньцянь, выслушав Ли Наньчжи, снова посмотрела на нее и сказала: — Не надо так, драться на базе — это нарушение правил. Если руководство узнает, тебя накажут.
Услышав это от Чжао Цяньцянь, Ли Наньчжи снова сказала: — Тогда что ты предлагаешь делать? Неужели просто смотреть, как Ван Сяомэй остается безнаказанной? — Ли Наньчжи сейчас была полна гнева! Если она не выместит злость на ком-нибудь, ей будет очень обидно.
— Ли Наньчжи, не лезь в дела директора Чжао. Ты всего лишь обычная работница, как ты можешь вмешиваться в дела директора Чжао? — Чжао Цяньцянь знала характер Ли Наньчжи и поэтому так ее уговаривала.
Ли Наньчжи, выслушав Чжао Цяньцянь, снова сказала: — Хорошо, я тебя послушаю, пока не буду связываться с этой женщиной. — Хотя Ли Наньчжи сказала это вслух, в душе она думала иначе. Она думала, что если однажды встретится с Ван Сяомэй, то обязательно как следует ее проучит.
Тем временем в мужском общежитии Чжао Ган и Ли Наньсун все еще обсуждали дела Чжао Чжунъяо и Цинь Дачуаня!
— Чжао Гэ, как ты думаешь, какого рода проблемы с моральным обликом мог совершить директор Чжао? Я вот никак не могу этого понять! На собрании Лю Чжужэнь так и не объяснил толком. Потом, когда директор Чжао выступал с самокритикой, он тоже не объяснил ясно, я до сих пор не знаю, какую ошибку совершил директор Чжао! — сказал Ли Наньсун, глядя на Чжао Гана.
Ли Наньсун, как и Ли Наньчжи, хоть и работал неплохо, но был не слишком умен, и он тоже не мог понять, какого рода проблемы с моральным обликом были у директора Чжао!
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, посмотрел на него и сказал: — А ты как думаешь! Неужели ты не понимаешь, что означают эти проблемы с моральным обликом?
Ли Наньсун, услышав слова Чжао Гана, все еще с недоумением сказал: — Да! Что именно это значит, почему я никак не пойму!
Тогда Чжао Ган снова посмотрел на Ли Наньсуна и сказал: — Эти проблемы с моральным обликом — это неподобающие отношения между мужчиной и женщиной.
Услышав это от Чжао Гана, Ли Наньсун с недоумением спросил: — Ты хочешь сказать, что у директора Чжао были неподобающие отношения с какой-то работницей нашей базы?
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, кивнул и сказал: — Верно, именно это и значит. Наверняка у директора Чжао были неподобающие отношения с той женщиной, а потом об этом узнали другие!
Услышав это от Чжао Гана, Ли Наньсун снова с недоумением посмотрел на него и сказал: — А, ты хочешь сказать, что у директора Чжао были неподобающие отношения с какой-то работницей?
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова сказал: — Верно, наверняка так и есть, иначе почему Лю Чжужэнь сказал бы, что это из-за того, что директор Чжао совершил проступок, связанный с моральным обликом!
— Тогда какая же это работница? Разве все работницы на нашей базе не очень порядочные! Какая работница могла иметь неподобающие отношения с директором Чжао? — Ли Наньсун никак не мог понять, не знал, какая именно работница имела неподобающие отношения с директором Чжао.
Услышав это от Ли Наньсуна, Чжао Ган тоже почувствовал себя в замешательстве, ведь он тоже не знал, какая работница могла иметь неподобающие отношения с директором Чжао.
— Не знаю! Разве все работницы на нашей базе не очень порядочные! Кто мог иметь неподобающие отношения с директором Чжао! — Хотя Чжао Ган и понимал, что именно имел в виду Лю Чжужэнь, говоря «директор Чжао совершил проступок, связанный с моральным обликом», он все же не знал, какая именно работница имела неподобающие отношения с директором Чжао.
Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана, немного подумал и вдруг, немного смущенно посмотрев на Чжао Гана, сказал: — Чжао Гэ, как думаешь, может быть, это... — Ли Наньсун сказал только половину и остановился, очевидно, ему было что сказать, но он стеснялся!
— Кто это может быть, говори уже! Мы же братья, разве есть что-то, чего нельзя сказать! — Чжао Ган увидел, что Ли Наньсун мямлит, и снова спросил его.
Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана, снова посмотрел на него и сказал: — Я подумал об одной работнице. Только боюсь, что если скажу, ты разозлишься!
— Говори уже! Чего мне злиться? — Чжао Ган еще не догадался, о какой работнице говорит Ли Наньсун!
Ли Наньсун помолчал немного и потом сказал: — Я хотел сказать, может быть, это Чжао Цяньцянь?
Услышав это, Чжао Ган резко вскочил с кровати, он уставился на Ли Наньсуна и сказал: — Ты... как ты можешь так говорить, какое это может иметь отношение к моей сестре? — Услышав слова Ли Наньсуна, Чжао Ган тут же вспылил. В конце концов, он не мог допустить, чтобы такое случилось с его собственной сестрой.
Ли Наньсун увидел, что Чжао Ган рассердился, и немного испугался, но тут же снова с улыбкой сказал: — Чжао Гэ, я же сказал, что это всего лишь мое предположение! Я же не утверждал! Ты же знаешь, на нашей базе только твоя сестра довольно красива, и к тому же она неравнодушна к директору Чжао!
— Невозможно, это не может быть моя сестра, у нее нет никаких проблем с моральным обликом с директором Чжао! Моя сестра и директор Чжао уже довольно долго общаются! Прошло уже несколько месяцев, и никогда ничего подобного не случалось! Почему сейчас вдруг такое произошло!
Чжао Ган, конечно, знал, что его сестра неравнодушна к Чжао Чжунъяо, но он не понимал, почему так долго его сестра и директор Чжао жили мирно, а теперь вдруг что-то случилось!
Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана, снова посмотрел на него и сказал: — Насчет этого! Тебе лучше спросить свою сестру! Я думаю, это дело определенно связано с ней!
Услышав это от Ли Наньсуна, Чжао Ган снова свирепо посмотрел на него и сказал: — Правда! Почему ты так думаешь?
Тогда Ли Наньсун снова посмотрел на Чжао Гана и сказал: — Подумай, если твоя сестра добивалась директора Чжао, а он ей отказал. Тогда ее любовь к директору Чжао превратилась в ненависть. И если она потом намеренно подставила директора Чжао, разве не легко было бы обвинить его в проблемах с моральным обликом?
Услышав это от Ли Наньсуна, Чжао Ган задумался и почувствовал, что в этом есть смысл. В конце концов, его сестра всегда любила Чжао Чжунъяо. А Чжао Чжунъяо так и не дал ей ясного ответа! Это могло разозлить Чжао Цяньцянь на Чжао Чжунъяо. Она женщина вспыльчивая, возможно, разозлившись, она намеренно подставила Чжао Чжунъяо!
Но как бы то ни было, Чжао Ган не хотел признавать, что это сделала его сестра. Выслушав Ли Наньсуна, он снова свирепо посмотрел на него и сказал: — Невозможно, это точно не моя сестра сделала. Если бы это сделала моя сестра, она бы сделала это давно, зачем ей ждать до сих пор!
Услышав это от Чжао Гана, Ли Наньсун снова посмотрел на него и сказал: — Я думаю, дело обстоит так. До того, как директор Чжао привез свою подругу, у твоей сестры еще были какие-то иллюзии, она думала, что однажды директор Чжао будет тронут ее искренностью. Но когда директор Чжао привез свою подругу на нашу базу, твоя сестра почувствовала, что ее последняя надежда на директора Чжао исчезла. В конце концов, подруга директора Чжао красивее твоей сестры. У директора Чжао такая небесная красавица-подруга, как он мог полюбить твою сестру! Твоя сестра увидела, что у нее, вероятно, нет больше надежды, и поэтому затаила обиду на директора Чжао! В такой ситуации неудивительно, что твоя сестра сделала что-то из ряда вон выходящее по отношению к директору Чжао, не так ли!
Надо сказать, хотя Ли Наньсун и не был умным, его анализ был весьма логичным. Чжао Ган, выслушав его, потерял дар речи. В конце концов, анализ Ли Наньсуна был очень разумным. Теперь и Чжао Гану пришлось заподозрить, что все это сделала его собственная сестра!
— Ну как, разве я не очень логично рассуждаю? — Ли Наньсун увидел, что Чжао Ган на мгновение потерял дар речи, и снова сказал это.
— Ладно, оставим это! Я спрошу у сестры начистоту. Если это сделала она, я ей ноги переломаю. — Чжао Ган с гневным лицом посмотрел на Ли Наньсуна.
Ли Наньсун, выслушав Чжао Гана, тоже немного забеспокоился! Он подумал, что если из-за его слов между Чжао Ганом и Чжао Цяньцянь возникнет конфликт, и Чжао Ган действительно ударит Чжао Цяньцянь, то он сам станет виновником!
Подумав об этом, Ли Наньсун снова посмотрел на Чжао Гана и сказал: — Чжао Гэ, ты все же остынь. Я же просто предположил! Не обязательно это сделала твоя сестра. И даже если сделала, то что с того? Твоя сестра в самом расцвете молодости, разве неизбежно, что она совершает какие-то ошибки на почве чувств! Неужели ты не можешь простить ее хоть раз!
— Простить? Как ты хочешь, чтобы я ее простил? Директор Чжао так хорошо к нам относился! В прошлый раз, когда мы поссорились с Цинь Дачуанем, а потом устроили забастовку, это было такое серьезное дело, но директор Чжао встал на нашу сторону, в итоге благополучно разрешил эту ситуацию, и мы ничем не поплатились! А теперь моя сестра из-за своих личных дел довела до того, что директор Чжао совершил такую серьезную ошибку, да еще и был переведен Лю Чжужэнем, это же наверняка понижение в должности! Скажи, разве моя сестра, совершив такую ошибку, не заслуживает порки! — Чжао Ган тоже был человеком темпераментным. Услышав слова Ли Наньсуна, он, наоборот, еще больше разозлился на сестру.
— Чжао Гэ, хоть ты и прав, но дело уже сделано. Я думаю, тебе все же нужно успокоиться, лучше сначала пойти и спросить твою сестру, выяснить все начистоту. Иначе могут возникнуть недоразумения! Как бы то ни было, Чжао Цяньцянь — твоя родная сестра, если не ради меня, то хотя бы ради твоих родителей, ты должен ее пощадить! — Ли Наньсун боялся, что Чжао Ган из-за этого действительно побьет сестру. Поэтому он снова поспешил уговорить Чжао Гана!
Чжао Ган, выслушав Ли Наньсуна, снова посмотрел на него и сказал: — Ладно, я сам разберусь с этим делом, ты больше не вмешивайся. — Сказав это, Чжао Ган вышел из общежития с сердитым видом, будто собирался с кем-то драться.
Ли Наньсун, увидев это, хотел было подойти и удержать Чжао Гана! Но он знал характер Чжао Гана: если тот что-то задумал, лучше его не останавливать, иначе он мог и на тебя наброситься!
Ли Наньсун мог только беспомощно смотреть, как Чжао Ган выходит из их мужского общежития. Он знал, что Чжао Ган пошел искать свою сестру. Но Ли Наньсун ничего не мог поделать, он лишь встал с кровати и смотрел вслед Чжао Гану с выражением беспомощности на лице.
http://tl.rulate.ru/book/129841/6089784
Готово:
