Да! Командир батальона, этот Чэнь Лун еще и земляк того новобранца, что вчера вечером стоял на посту у гаража! Они оба солдаты второй роты, еще и в одном отделении, скажите, разве ему не было бы проще простого тайно пробраться ночью в гараж?
Услышав слова Хуан Бяо, Ло Цзюнь нашел еще одну очень подходящую причину для того, чтобы сделать его козлом отпущения!
Ха-ха, это просто замечательно! Спасибо тебе, старина Ло, ты мне оказал огромную услугу! Если я смогу пройти проверку командира дивизии, то я тебя обязательно щедро отблагодарю. — Хуан Бяо на радостях сказал старине Ло такие «серьезные» слова.
Ло Цзюнь, услышав это, несколько удивился, подумав: даже если он и поймает этого «преступника», то для него, Хуан Бяо, это дело не такое уж и большое! В конце концов, он командир батальона, и если это действительно сделал Чэнь Лун, то главными ответственными будут командир второй роты, а также командир взвода, в котором состоит Чэнь Лун, и его командир отделения! Что до тебя, командира батальона, то на тебе, кажется, не так уж много ответственности!
Но Хуан Бяо сказал, что щедро отблагодарит Ло Цзюня! Это его очень удивило.
Но раз командир батальона так сказал, ему оставалось только вежливо ответить: «Командир батальона, вы слишком серьезно! Я ведь просто высказал предположение! Не стоит говорить о такой щедрой благодарности, вы меня прямо-таки польстили!»
Ха-ха, старина Ло! Так и должно быть! Изначально я тоже думал, что моя ответственность в этом деле невелика! Но раз об этом узнал командир дивизии, разве моя ответственность не стала большой? Подумай, командир дивизии не знает вас, командиров рот и взводов, он знает только нас, командиров батальонов, так что он, конечно, будет критиковать нас и возлагать ответственность на нас!
Хуан Бяо увидел, что его слова действительно показались Ло Цзюню странными, и поспешно объяснил, чтобы доказать, что его слова были разумными.
Да! Если командир батальона так говорит, то это так, командир дивизии будет критиковать только вас, командиров батальонов! Конечно, он не будет критиковать нас, командиров рот! — Услышав объяснение Хуан Бяо, Ло Цзюнь больше ни в чем не сомневался.
Изначально Хуан Бяо немного волновался и на время потерял аппетит, но, услышав слова Ло Цзюня, когда они нашли козла отпущения, его аппетит вернулся!
Ха-ха, хорошо, Ло Цзюнь! После твоих слов я снова почувствовал голод! Давай, поедим вместе. Сейчас об этом говорить не будем, просто вместе приложим усилия для участия в этих учениях, а когда выполним задачу учений и вернемся в расположение части, тогда и разберемся с этим Чэнь Луном!
Хуан Бяо теперь пригласил Ло Цзюня поесть вместе.
Ло Цзюнь, естественно, тоже был очень рад, и они вместе с Хуан Бяо ели и продолжали рассказывать друг другу шутки.
После того как все поели и немного отдохнули, сюда прибыла пехотная дивизия из города Яньхай.
Когда оба подразделения были в сборе, вышестоящее командование организовало несколько паромов водоизмещением в десять тысяч тонн. Затем весь личный состав, технику, транспортные средства и тыловое обеспечение обеих дивизий погрузили на корабли и вместе отправились к острову Могу.
В течение этих нескольких часов в море все офицеры и солдаты обеих частей могли просто спать и отдыхать, все было организовано вышестоящим командованием с привлечением местного персонала для их доставки к месту назначения, им больше не нужно было ни о чем беспокоиться.
Чжао Чжунъяо сейчас стоял на носовой палубе парома, он смотрел на простирающееся перед ним безбрежное синее море, и сердце его немного трепетало от волнения!
Вспоминая свою прошлую жизнь, она была довольно гладкой и простой: поступил в университет, уехал учиться за границу, затем стал ученым китайского происхождения. До самой старости он жил за границей.
Всю свою прошлую жизнь он занимался научными исследованиями, его жизнь была научным исследованием. Кроме научной работы, он почти ничем другим не занимался, и очень редко ездил куда-либо путешествовать.
Но после того, как он переродился в этом параллельном мире, его жизнь сильно изменилась, а его опыт стал еще более богатым и разнообразным!
Когда-то он был всего лишь обычным торговым представителем в швейной компании, позже из-за одной научной статьи он стал профессором университета, а затем, по нужде государства, он стал специалистом по военной промышленности.
Теперь он снова стал настоящим военным, стал командиром батальона, и ему еще предстоит участвовать в крупных военных учениях — это действительно жизненный опыт, о котором он и подумать не мог в прошлой жизни!
Сегодня погода хорошая, на море нет больших волн, а эти корабли — все большие суда водоизмещением в десять тысяч тонн. Находясь на корабле, люди, естественно, не чувствовали качки.
Чжао Чжунъяо смотрел на вздымающиеся волны моря, думая о своем жизненном пути, он смотрел вдаль, словно уже видел перед собой место назначения!
Остров Могу для Чжао Чжунъяо был местом одновременно знакомым и незнакомым!
Два года назад, когда он только стал профессором университета и хотел исследовать супероружие — атомную бомбу, в поисках урановой руды с высоким содержанием он приехал на этот островок, где была лишь небольшая рыбацкая деревушка.
Тогда они обнаружили на этом острове урановую руду с очень большими запасами и высоким содержанием. В то время Чжао Чжунъяо был вне себя от радости. Он чувствовал, что сможет осуществить свою великую мечту.
Но кто знал, что позже из-за некоторых изменений в обстановке он не сможет разрабатывать супероружие — атомную бомбу, а сможет разрабатывать только обычные вооружения!
Но как бы то ни было, для Чжао Чжунъяо все это можно было считать его увлечением! Возможность осуществить идеалы, не реализованные при жизни, можно было считать компенсацией за его прошлую жизнь.
Размышляя об этом, Чжао Чжунъяо погрузился в задумчивость, он смотрел на далекое море, непрерывно вспоминая некоторые события до и после перерождения!
Чжунъяо, о чем ты думаешь?
Чжао Чжунъяо как раз предавался размышлениям, когда почувствовал, что кто-то похлопал его по плечу. И еще спросил, о чем он думает!
Чжао Чжунъяо обернулся и увидел, что рядом с ним неизвестно когда встал Янь Минчэн!
О! Это командир дивизии! Что, вы тоже хотите полюбоваться морскими пейзажами? — Чжао Чжунъяо вернулся мыслями в реальность и с улыбкой посмотрел на Янь Минчэна.
Да! Хотя наш город Цзянхай — прибрежный город, но наша часть расположена в западном пригороде Цзянхая! До моря еще двести километров! Я тоже несколько лет не был на море!
Янь Минчэн тоже чувствовал новизну, он был на этом побережье всего раз три года назад. Это было, когда он еще был командиром полка, участвовал в дивизионных учениях с боевой стрельбой и приехал на берег Восточно-Китайского моря!
Вот так пролетело три года, он уже стал командиром дивизии, и снова оказавшись на берегу Восточно-Китайского моря, глядя на бескрайнее море, он тоже ощущал наплыв мыслей!
И что вы чувствуете? — с улыбкой снова спросил Чжао Чжунъяо.
Ничего особенного, просто чувствую, что по сравнению с морем мы, люди, очень малы! Наши идеалы и ожидания ничего не значат! — Янь Минчэн смотрел на простирающееся перед ним море и непринужденно болтал с Чжао Чжунъяо.
Командир дивизии, вы правы! По сравнению с морем мы, люди, действительно слишком малы! Поэтому, когда у нас есть какие-то заботы, достаточно пойти к морю и посмотреть на него, и тогда никаких забот не останется!
Чжао Чжунъяо опёрся на железные перила палубы и снова посмотрел вдаль.
Эй! Чжунъяо! Кстати о мечтах, какая же у тебя мечта? Хочешь стать великим ученым? — Янь Минчэн, глядя на простирающееся перед ним море, снова спросил Чжао Чжунъяо.
О, тут ты прав, моя самая большая мечта в этой жизни — стать всемирно известным великим ученым! В идеале — каждый год получать Нобелевскую премию, вот моя самая большая мечта.
Услышав слова Янь Минчэна, Чжао Чжунъяо без колебаний согласился с его предположением. Потому что это и была главная мечта Чжао Чжунъяо. Неважно, чем он сейчас занимался, эта его конечная цель оставалась неизменной.
Хм! Мечта у тебя и вправду великая! Надеюсь, ты сможешь ее осуществить! — Янь Минчэн посмотрел на Чжао Чжунъяо и улыбнулся.
Эй! Командир дивизии, а у вас какая мечта? Неужели хотите дослужиться до генеральских звезд? — Чжао Чжунъяо знал, что у офицера в должности командира дивизии единственная мечта — стать генералом.
Ха-ха! Да! На моей должности нет никого, кто не хотел бы стать генералом! Только вот стать генералом — дело нелегкое! Сколько командиров дивизий на этой должности так и останавливаются!
Янь Минчэн знал, что путь от командира дивизии до генерала — это труднопреодолимая 'пропасть'! Тех, кто сможет перешагнуть эту 'пропасть', будет меньшинство, а не большинство.
Лао Янь! Вы правы! Стать генералом, естественно, нелегко, точно так же, как и мне стать великим ученым! Разве можно так просто осуществить такую великую мечту! Если бы это было легко, то все были бы генералами, все были бы великими учеными!
Услышав слова Янь Минчэна, Чжао Чжунъяо снова согласно кивнул и добавил несколько слов.
Эй. Чжунъяо! Скажи, кто круче — великий ученый или великий генерал? — Янь Минчэн вдруг словно что-то придумал и захотел, чтобы Чжао Чжунъяо сравнил этих двух великих людей!
Лао Янь! Тут нечего сравнивать! Великий ученый и великий генерал — это выдающиеся личности в разных областях! Нельзя сказать, кто из них круче! — Услышав эти слова Янь Минчэна, Чжао Чжунъяо тоже не смог сразу ответить, кто круче — великий ученый или великий генерал.
Эй, Чжунъяо! А я вот думаю, что великие ученые круче! Ведь прогресс и развитие человечества неотделимы от их великих открытий и теорий! Без этих великих ученых не было бы и речи о цивилизации и прогрессе!
Янь Минчэн, похоже, больше восхищался учеными! Он считал, что великие ученые круче великих генералов!
О, Лао Янь! Если вы так говорите, то я с вами согласен! Действительно, это так. Каждый шаг прогресса и развития человечества тесно связан с научными достижениями великих ученых! Без этих великих ученых трудно представить, как наше человеческое общество могло бы непрерывно прогрессировать и развиваться! Боюсь, что сотни лет оно топталось бы на месте!
Чжао Чжунъяо глубоко прочувствовал это, ведь он сам был ученым! Особенно в прошлой жизни, он был известным ученым!
Надо сказать, что он уже досконально обдумал этот вопрос, он верил, что прогресс и развитие человечества — это результат усилий ученых.
На ранних этапах человеческого общества, из-за неразвитости науки, возможно, долгое время почти ничего не менялось, люди просто изо дня в день жили одинаковой жизнью.
Такая жизнь была похожа на долгий первобытный период человечества, из-за того, что наука еще не появилась, производительные силы были крайне низкими, поэтому жизнь людей, возможно, тысячи, десятки тысяч лет топталась на месте, почти не претерпевая больших изменений.
Как в первобытном обществе, палеолит человечества длился от двух-трех миллионов лет до десяти тысяч лет назад, и в течение этих более чем двух миллионов лет человеческая цивилизация день за днем, год за годом проводила время, обтесывая камни.
Более двух миллионов лет человечество потратило на обтесывание каменных орудий.
Наука и прогресс, мудрость и богатство человечества в те два миллиона лет — это были повсеместно распространенные на земле камни. Человечество два миллиона лет занималось одним и тем же делом, какую жизнь оно вело, современному человеку, боюсь, невозможно представить.
В такие времена о продвижении человеческой цивилизации вперед не могло быть и речи. Первобытный человек, каждый день обтесывающий камни, вероятно, сломал бы голову, но не смог бы представить, что однажды следы человеческой цивилизации останутся на мягкой почве Луны.
Для первобытного человека того времени жизнь была неизменной. С его точки зрения, все будущие дни человечества будут такими же — каждый день обтесывать камни, и другого образа жизни не будет.
Именно в такие дни стука и ударов проходила человеческая цивилизация день за днем, человеческая наука рождалась в столкновении камня о камень.
Наконец, однажды гениальный ум додумался, что можно шлифовать оббитые каменные орудия, и сделанные таким образом орудия были острее прежних, а их применение стало шире, и тогда человечество вышло из дней оббивания камня палеолита и начало дни шлифования каменных орудий.
В такие дни человеческая цивилизация прошла еще десять тысяч лет, и наконец появился еще один гениальный ум, познавший тайны этих камней.
Оказалось, что в этих, казалось бы, обычных камнях содержатся некие таинственные элементы, и с помощью огня эти металлические элементы были извлечены, и тогда человечество наконец завершило время, потраченное на камень, и вступило в Бронзовый век.
По сравнению с камнем, особенности бронзы были еще более очевидны: ее можно было обрабатывать в любую форму, ее пластичность была несравнима с камнем. В то же время ее твердость не уступала камню.
Так человечество вступило в Бронзовый век, началось рабовладельческое общество. Хотя этот общественный строй казался очень жестоким, но все же это был прогресс и развитие человеческой цивилизации.
http://tl.rulate.ru/book/129841/6066143
Готово:
