Съёмочная группа Центрального телевидения Китая прибыла во второй половине дня по американскому времени. Премьера «Раскрашенной кожи» состоялась вчера, и в 3022 кинотеатрах по всей Америке фильм собрал 7,5 миллионов долларов, заняв третье место в североамериканском прокате за уик-энд с 5 по 7 мая, и это данные только за один день проката.
«Миссия невыполнима 3» возглавила рейтинг кассовых сборов этой недели с 48 миллионами долларов. Фильм «Миссия на колесах», вышедший на экраны две недели назад и занявший первое место на прошлой неделе, на этой неделе занял второе место с 11 миллионами долларов. Сразу за ним следует «Раскрашенная кожа» с 7,5 миллионами долларов. Фильм ужасов «Американские страшилки», вышедший на этой неделе, за три дня собрал 6,38 миллиона долларов и занял четвёртое место, не сумев за три дня достичь результата «Раскрашенной кожи» за один день.
Отличные кассовые сборы «Раскрашенной кожи» и хорошая репутация фильма очень порадовали прокатчика Miramax Films. Ян Хунътао и другие планируют приложить ещё больше усилий, чтобы расширить прокат и сравняться с 4000 кинотеатров «Миссии невыполнима 3», чтобы побороться за первенство.
Американская киноиндустрия ожидала, что «Миссия невыполнима 3» соберёт 60 миллионов долларов в первый уик-энд, но, несмотря на кажущийся ажиотаж, фильм собрал всего 48 миллионов, что вызвало разочарование. Ещё большим разочарованием стал рейтинг фильма — всего 7,0 баллов, что намного ниже 7,9 баллов «Раскрашенной кожи».
Это придало Ян Хунътао и другим большую уверенность, и они решили усилить рекламную кампанию, чтобы сразиться с «Миссией невыполнима 3».
В общем, ситуация с «Раскрашенной кожей» складывалась как нельзя лучше.
Вечером Гао Чжишэн встретил съёмочную группу Центрального телевидения в аэропорту и привёз их в Санта-Монику, где жил Шао Шуайцзюнь. Съёмочная группа состояла всего из трёх человек: ведущей Шэнь Бин, оператора и ассистента. Было уже около вечера, Шао Шуайцзюнь коротко поприветствовал всех троих и повёл их в ресторан западной кухни.
После ужина, когда все уже немного познакомились, началось официальное интервью.
Оператор установил камеру, ассистент достал блокнот, Шэнь Бин слегка откашлялась: "Все считают вас режиссёром-интеллектуалом, но в последнее время мы видим, что вы активно занимаетесь коммерческой деятельностью. От студента к режиссёру, от режиссёра к боссу, ощущаете ли вы сами какие-либо изменения в своей роли?"
— Как сказать, изменения, конечно, есть. Раньше ты был студентом, беззаботным, мог делать всё, что душе угодно. Став режиссёром, ты уже не можешь позволить себе такую вольность, нужно всё обдумывать, прежде чем принять решение. А когда становишься боссом, то, возможно, начинаешь видеть вещи более реалистично.
Шао Шуайцзюнь отвечал расслабленно, ведь это было интервью рекламного характера, и все слишком глубокие вопросы будут вырезаны после возвращения на родину.
— Тогда не могли бы вы, режиссёр Шао, поделиться с нами своим видением коммерческой составляющей кино?
— О, на самом деле, мне особо нечего сказать, я не занимаюсь вопросами рекламы. Хе-хе. — Шао Шуайцзюнь поёрзал, устраиваясь поудобнее. — Но если меня просят где-то появиться, где-то посидеть, я иду, они меня туда сажают, и я там сижу, создаю ажиотаж.
— Нам известно, что в «Раскрашенную кожу» были вложены очень большие инвестиции, которые разделили между собой шесть компаний. Какова была логика такого подхода? И на съёмочной площадке вы так же, как и другие режиссёры, скрупулёзно относитесь к финансам?
— Ну, как режиссёр я больше всего ненавижу, когда урезают бюджет, когда не хватает денег. Главное отличие меня от известных режиссёров пятого и шестого поколений в том, что мы жили в разные эпохи. Я родился в 86-м году, моя семья уже могла позволить себе хорошую жизнь, и у меня довольно смутное представление об экономии. Поэтому я редко позволяю другим вмешиваться в процесс съёмок. Знаете, когда для съёмки одного кадра нужно сначала измерить, сколько плёнки потребуется, разве это не слишком хлопотно?
— То есть?
— Я не люблю мелочиться. Сейчас в Китае, когда снимают фильм, финансирование обычно происходит так: берётся сценарий, бюджет, все контракты с актёрами, затем обращаются в известную международную страховую компанию, которая проверяет все составляющие. После того как проверка пройдена, страховая компания даёт гарантию, и со всеми этими документами идут в банк за кредитом. Поскольку кино — это риск, нельзя бездумно тратить инвестиции, чтобы не повлиять на прибыль. Мне это очень непривычно, я всегда работал один, или же кто-то специально вкладывал деньги и ни о чём не спрашивал.
— А «Раскрашенная кожа»?
— Вот мы и подошли к этому вопросу, почему у «Раскрашенной кожи» шесть инвесторов. Раньше режиссёр Чжан Имоу приводил такую аналогию: режиссёр — это тот, кто выращивает редис, а инвестор — тот, кто его покупает. Задача режиссёра — вырастить хороший редис, а не думать о том, как его продать. Если дают много денег, то выращиваешь по-своему, если мало — то так, как хочет покупатель. Я очень боюсь, когда мне ставят рамки, поэтому я обязательно должен выращивать по-своему, а для этого нужны деньги.
— Поэтому вы нашли шесть инвесторов, чтобы они вместе вложили деньги?
— Верно, чем больше денег, тем больше я могу снимать фильм по-своему. Однако, когда приходит время продавать редис, неизбежно приходится приложить и свои усилия.
— Какие усилия, например? Бывает ли вам порой очень тяжело?
Шао Шуайцзюнь кивнул: "Конечно, бывает. Вырезать 25 минут было для меня очень больно, возможно, даже больнее, чем всё остальное. Наверное, это была самая большая боль при продаже редиса".
— Что значит "вырезать 25 минут"? — удивлённо спросила Шэнь Бин. На самом деле, всё это было оговорено заранее, Шэнь Бин должна была подвести разговор к этой теме, чтобы выйти на главную тему сегодняшнего интервью.
— Я сам монтирую свои фильмы. Сначала я смонтировал версию на 145 минут, которая и вышла в прокат в Китае. Но здешние, американские прокатчики, потребовали, чтобы фильм не был слишком длинным, и в итоге получилась версия на 120 минут, на 25 минут короче. Потом мне сказали, что если мне жалко резать самому, то найдут другого монтажёра. Я решился, пусть будет больно, но уж лучше я сам, чем кто-то другой.
— Значит, это можно считать уступкой, на которую вы пошли ради баланса между искусством и коммерцией.
Шао Шуайцзюнь спокойно кивнул: "Да, я пошёл на уступку. Конечно, я мог бы настоять и не резать, сказать, что я не буду этого делать".
— Но почему вы не настояли?
— Нельзя сказать: "Я художник, я настаиваю на своём, и мне плевать на вас", так не пойдёт. Здесь, в Америке, я, конечно, мог бы настоять и не резать, если бы не "Мира", то "Лайонсгейт" с руками оторвали бы. Но для здешнего рынка слишком длинный фильм не подходит, поэтому ради коммерции я не стал настаивать. Это вопрос репутации: если ты будешь настаивать на своём искусстве и другие понесут убытки, то как потом выпускать фильмы в прокат?
Закончив разговор о коммерческом кино, беседа быстро перешла к теме пиратства. Шэнь Бин сказала: "Есть мнение, что расходы на пиратскую продукцию в нашей стране в 10 раз превышают кассовые сборы".
— Я думаю, что даже больше, чем в 10 раз.
— Мы знаем, что уже появились пиратские копии «Раскрашенной кожи». Как это повлияло на фильм?
— Кассовые сборы резко упали.
— Насколько сильно?
— Сейчас я не могу сказать точно, но если исходить из кассовых сборов «Раскрашенной кожи» за первый день, то общие сборы в Китае должны были составить не менее трёхсот миллионов. Если взять эту цифру за основу, то сборы упали как минимум на тридцать процентов, то есть не меньше, чем на сто миллионов.
Сто миллионов, возможно, преувеличение, но влияние пиратских видео, безусловно, огромно. (Продолжение следует).
http://tl.rulate.ru/book/129786/5601289
