В съёмной квартире Хуан Бо Шао Шуайцзюнь встретился с Нин Хао. К слову, Нин Хао тоже выпускник Бэйдянь, только сначала он поступил в Пекинский педагогический университет, а затем перевёлся на факультет фотографии Бэйдянь. В 2001 году его студенческий фильм «Четверг, среда» получил приз за лучшую режиссуру на Пекинском фестивале студенческого кино и серебряную награду на Китайском конкурсе студенческих цифровых медиа.
Его дебютный фильм «Благовония» также получил множество наград на различных международных фестивалях, а в этом году его работа «Зелёные луга» была отобрана на Берлинский кинофестиваль, Гонконгский кинофестиваль и Шанхайский кинофестиваль. В режиссёрских кругах он тоже считался восходящей звездой, вот только таких режиссёров по всей стране, если не тысяча, то триста точно наберётся, и вряд ли хоть один зритель из десяти тысяч слышал его имя.
Получив приглашение от «Хуайи Бразерс», Нин Хао, не читая сценария, сразу же согласился, и той же ночью примчался из родного города, чтобы прочитать сценарий у Хуан Бо.
«Здравствуйте, режиссёр Шао», — Нин Хао очень сдержанно поздоровался, увидев входящего Шао Шуайцзюня. Хотя он и старше Шао Шуайцзюня, но в учёбе не важен возраст, а важны достижения, а Шао Шуайцзюнь уже стал режиссёром, чьи фильмы собирают сотни миллионов в прокате, к тому же его зрелость не по годам оказывала на него большое давление.
Внутреннее состояние человека не объяснить словами, его не потрогать, но оно реально существует, как, например, если общаться с обычным человеком, то, как правило, не обращаешь на это внимания, но если вдруг скажут, что этот обычный человек — губернатор, то, скорее всего, уже не будешь чувствовать себя так непринуждённо, будешь скован. Статус определяет положение, это чистая правда.
«Здравствуй, Нин Хао». Стоя перед человеком, у которого он позаимствовал идею, Шао Шуайцзюнь немного покраснел, но, к счастью, актёрское мастерство у него было на высоте, и он по-прежнему выглядел достойно. «Когда приехал? Почему не позвонил мне, я бы тебя встретил».
«Только утром приехал, не хотел тебя беспокоить, Сяоцзюнь встретил меня на вокзале, я собирался сразу в гостиницу „Международная“, но мне хотелось поскорее прочитать сценарий, поэтому я потащил Сяоцзюня сюда. Не ожидал, что режиссёру Шао придётся самому сюда ехать, очень неудобно».
«Какие неудобства, мне в гостинице одному скучно, заодно и прогулялся. Кстати, сценарий уже прочитал? Как тебе? Есть уверенность, что сможешь хорошо снять?» — Шао Шуайцзюнь, не сказав и двух фраз, сразу перешёл к делу, любезности — это не его стиль.
Как только речь зашла о сценарии, Нин Хао тут же забыл о своей застенчивости и начал оживлённо говорить. И вот, в съёмной квартире Хуан Бо, площадью не больше двадцати квадратных метров, попивая кипячёную воду, они увлечённо обсуждали старые и новые фильмы.
«Режиссёр Шао, я смотрел „Безумный камень“, фильм снят хорошо, история рассказана хорошо, но есть один момент, который мне кажется не совсем удачным, не знаю, можно ли об этом говорить».
«Говорите смело».
«Недостаточно сатиры, недостаточно глубокого смысла! Сам по себе „Камень“ — это комедия, но я думаю, что он должен быть более глубоким, концовку следует доработать, например, смерть застройщика, господина Фэна, кажется слишком театральной и поспешной. Достаточно того, что Бао Шихун подарил жене нефрит, не стоило добавлять сцену, где он храбро ловит грабителя и получает награду…»
«Я тоже думал об этом», — Шао Шуайцзюнь был очень доволен Нин Хао, у этого молодого человека было сердце, искренне любящее кино. «Безумный камень» смотрели многие режиссёры, и когда Шао Шуайцзюнь общался с ними, он обнаружил, что большинство из них просто смотрят на сюжет, и даже в глубине души презирают такие фильмы.
Большинство из них цепляются за блокбастеры и артхаус, пренебрегая любыми инновациями в кино, таких режиссёров Шао Шуайцзюнь презирал. Нин Хао был не таким, как и Шао Шуайцзюнь, в его словах чувствовалась поддержка новаторства в кино, и такое отношение, несомненно, позволит ему в будущем создать свой собственный стиль.
Тщательно подбирая слова, Шао Шуайцзюнь объяснил: «Прежде чем судить о фильме, хороший он или плохой, нужно подумать о том, примут ли его зрители, если зрители не примут, значит, не будет кассовых сборов. Я не режиссёр артхауса, я снимаю фильмы, чтобы зарабатывать деньги, поэтому, снимая „Безумный камень“, я учитывал вкусы зрителей. Комедии на китайском языке долгое время были представлены гонконгскими фильмами с шутками ниже пояса, затем режиссёр Фэн Сяоган за несколько лет взрастил „юмор в стиле Фэна“, и только тогда фильмы начали собирать большую кассу. Стиль Гая Ричи сам по себе достаточно запутанный, если добавить к этому глубокую критику, смогут ли зрители это принять, сможет ли это принять рынок — это очень важные вопросы!»
Выслушав, Нин Хао смущённо кивнул: «Режиссёр Шао видит проблему гораздо глубже, чем я, я тут просто умничал…»
«Нет, твои предложения были очень хорошими, сейчас, оглядываясь назад, я вижу, что в „Безумном камне“ действительно есть те или иные недостатки, но фильм уже закончен, и мы ничего не можем изменить. Поэтому я надеюсь, что в этом фильме, „Безумные гонки“, ты сможешь снять фильм, который превзойдёт „Камень“».
«С таким хорошим сценарием я обязательно сниму хороший фильм… Кстати, можно спросить, почему режиссёр Шао отдал сценарий мне, а не снимает сам? Учитывая успех „Камня“, „Гонки“ точно соберут большую кассу?»
Шао Шуайцзюнь улыбнулся: «Я хочу сменить обстановку, снять фильм другого жанра». После успеха «Камня» снимать «Гонки» не имеет смысла, ведь это фильмы одного и того же жанра.
Хуан Бо с любопытством спросил: «Режиссёр, а что за фильм? Главный актёр нужен?»
«Ха-ха, твой типаж не подходит для главного героя этого фильма, главный герой должен быть как минимум таким же красавцем, как я!» — Шао Шуайцзюнь, что с ним редко бывало, позволил себе немного самовосхваления.
«Тогда… это… Режиссёр, а как насчёт меня?» — Юэ Сяоцзюнь, стоя в стороне, потирал руки и заискивающе улыбался.
«Э-э», — Шао Шуайцзюнь опешил, затем похлопал Юэ Сяоцзюня по плечу: «Сяоцзюнь, если уж выбрал профессию, то нужно её любить, профессия сценариста тебе очень подходит, помни, что успех приходит только с концентрацией».
Слова Шао Шуайцзюня были довольно тактичными, а вот Хуан Бо выразился гораздо прямолинейнее: «С твоей фигурой, как у таксы, и лицом, как у летучей мыши, ты ещё более колоритный, чем я, уж если я не подхожу, то тебе и мечтать не о чем».
«Тьфу, да ты просто не разбираешься!» — Юэ Сяоцзюнь скривил губы. — «Режиссёр, что же это за фильм, что мы с Хуан Бо не подходим?»
«Научно-фантастический фильм, ладно, хватит расспросов, подробности пока секрет. Нин Хао, Хуан Бо, вы же оба выпускники Пекинской киноакадемии, можете провести меня туда, показать, как там? Я в своё время завидовал тем студентам, которые смогли туда поступить».
Если уж говорить о нынешнем Шао Шуайцзюне, то он, снимая фильмы, считался молодым и успешным человеком, но в глубине души он сожалел, что не смог поступить в Шанхайскую театральную академию, Центральную академию драмы или Пекинскую киноакадемию, что не учился в университете. Особенно в прошлой жизни, из-за отсутствия образования он часто сталкивался с пренебрежением, ведь в режиссёрской профессии, особенно для молодых режиссёров, если ты не выпускник одной из трёх престижных школ, то тебе даже стыдно об этом говорить.
«Двери Пекинской киноакадемии всегда открыты, любой, у кого есть ноги, может войти, зачем туда пробираться тайком. Пойдём, я покажу тебе академию, почувствуешь священную атмосферу университета», — оживился Хуан Бо, и вчетвером, заперев дверь, они направились к воротам Пекинской киноакадемии.
Шао Шуайцзюнь бывал во многих университетах, например, когда снимал фильм в Чунцине, он гулял по Чунцинскому университету. По сравнению с Чунцинским университетом, занимающим пять-шесть тысяч му, Пекинская киноакадемия выглядела гораздо скромнее, всего 105 му, любой из четырёх кампусов Чунцинского университета превосходил Пекинскую киноакадемию. Однако студентов в Пекинской киноакадемии было немного, на данный момент всего около 3000 человек, так что 105 му было вполне достаточно.
http://tl.rulate.ru/book/129786/5601146
