Лицо Шао Шуайцзюня было спокойным, он выглядел очень сдержанным и серьёзным, увидев такое выражение его лица, изначально улыбавшиеся девушки тоже постепенно стали серьёзными. Только тогда Шао Шуайцзюнь повернулся и спросил Чжао Чэна: "Ты давал им сценарий?".
"Ты же не разрешал, как я посмел".
Кивнув, Шао Шуайцзюнь сказал: "Сунь Нин, тебе предстоит сыграть женщину за тридцать, она кондуктор автобуса, у неё слабый характер, но она безоговорочно поддерживает своего мужчину. Жизнь у неё тяжёлая, её мужчина снова влез в долги, она отдаёт ему все деньги, вырученные за билеты, и говорит: "Вот, на сегодня всё", подготовься и сыграй эту сцену".
Затем повернулся к Хуан Бо и сказал: "Хуан Бо, а ты будешь у неё деревянным истуканом".
"Будет сделано!"
Через несколько минут Сунь Нин дала знак, что готова, Шао Шуайцзюнь хлопнул в ладоши. Выражение лица Сунь Нин исчезло, сменившись спокойствием простой женщины, в котором, казалось, была доля обиды и ещё больше упрёка. Она подошла к Хуан Бо и не громко и не тихо сказала: "Вот, на сегодня всё".
Получилось неплохо, но немного преувеличенно, слишком много от сериалов. Шао Шуайцзюнь слегка нахмурился: "Попробуй ещё раз, будь сдержаннее в выражении лица, не надо театральности, просто представь, что ты эта женщина, делай движения, выражение лица, говори естественно, не нужно слишком много экспрессии".
Актёрское мастерство Сунь Нин действительно было неплохим, после повторной попытки она сознательно сгладила следы игры, сыграв ту самую простодушную женщину, для которой муж - это всё. После того, как она закончила, Шао Шуайцзюнь подпёр подбородок и молчал, а раз он молчал, все молча ждали.
Спустя долгое время Шао Шуайцзюнь наконец заговорил: "Подожди пока в стороне, Гу Сюань, верно, твоя очередь. Тебе нужно сыграть дерзкую оторву, у этой оторвы парень - бандит, она сама изменяет ему с его же братом, и её застают в постели с другим мужчиной. Мне нужно, чтобы ты показала ту самую наплевательскую дерзость оторвы, которую застали с поличным, как именно ты это покажешь, решай сама, пять минут на подготовку".
Гу Сюань была очень молода, ей, наверное, было лет восемнадцать-девятнадцать, актёрское мастерство было немного незрелым, но аура игры была сильной, перед Шао Шуайцзюнем предстала настоящая оторва.
Закончив играть, Гу Сюань развязно спросила: "Режиссёр Шао, как я сыграла?".
"Так себе".
Шао Шуайцзюнь сказал как есть, по сравнению с Сунь Нин, актёрское мастерство Гу Сюань было хуже, но она была хорошим материалом, немного огранки, и она засияет. Раньше Шао Шуайцзюнь хотел сразу сказать "нет", но, увидев актёрское мастерство обеих, передумал, пусть будет протекция, лишь бы хорошо играли.
"Брат Чжао, дай им по экземпляру сценария".
Чжао Чэн, указав на них, сказал: "Что же вы не поблагодарите режиссёра Шао за оказанную честь и предоставленную возможность".
"Спасибо, режиссёр".
"Постарайтесь как можно быстрее ознакомиться со сценарием, завтра мы отправляемся в Шаньчэн, сначала грим, потом репетиции".
...
Поздней ночью в одном из кинотеатров Пекина несколько мужчин и две женщины сидели в ряд и, пользуясь тем, что фильм ещё не начался, тихо переговаривались. Это была компания Шао Шуайцзюня, включая Сюй Чжэна, Го Тао, Лю Хуа и Юэ Сяоцзюня.
"Режиссёр Шао, первый раз, волнуетесь?"
"Более-менее".
Хуан Бо выпалил: "Да чего тут волноваться, у всех бывает первый раз, верно? Закрыл глаза, потерпел немного, и всё прошло".
"Что ты несёшь, парень?"
"Пошляк", - упрекнула Хуан Бо Сунь Нин.
Хуан Бо оправдывался: "Это у тебя самой больные фантазии, о чём ты подумала? Когда я в первый раз увидел себя в телевизоре, я просто закрыл глаза и слушал диалоги, боялся смотреть".
Сюй Чжэн сидел рядом с Шао Шуайцзюнем, только что сняв кепку, он был единственной звездой, образ братца-свина был известен всем, не обращая внимания на их шутки, он прямо сказал Шао Шуайцзюню: "Честно говоря, видя, насколько вы молоды, режиссёр Шао, если бы я не знал Чжао Чэна, я бы ни за что не поверил, что вы режиссёр. Я и сам двигаюсь в этом направлении, режиссуры, и прекрасно понимаю, насколько это сложно".
"В основном я самоучка, «Погребённый заживо» — малобюджетный проект, не очень сложный, а в этом фильме мне понадобится помощь брата Сюя и остальных".
Казалось, каждый считал своим долгом высказаться о его возрасте, Шао Шуайцзюнь намеренно старался не акцентировать внимание на своём возрасте, часто сокрушаясь, восемнадцать лет, конечно, полны юношеского задора, но это и своего рода оковы, из-за которых людям сложно воспринимать его всерьёз. Сотрудничество с Чжао Чэном и приглашение Ли Кая на должность ассистента режиссёра были вызваны опасениями, что он сам не справится с управлением съёмочной площадкой.
Как бы то ни было, все необходимые актёры были найдены, и было достаточно времени, чтобы постепенно сработаться.
Через несколько минут фильм начался с заставки с золотым драконом от Главного управления по делам радио, кино и телевидения, а затем появился логотип Huayi Brothers. Шао Шуайцзюнь уже не думал о фильме, оглядевшись по сторонам, он увидел, что зал заполнен меньше чем наполовину, несколько парочек, похоже, совсем не обращали внимания на фильм, увлечённо флиртуя друг с другом, обнимаясь и целуясь.
Шао Шуайцзюнь не испытал особых эмоций, в прошлой жизни, будучи ассистентом режиссёра, он повидал всякое, несколько фильмов провалились, несколько окупились, он привык к такому.
В начале шли титры, промелькнули имена Лю Саньси и других, в конце появились два окровавленных больших иероглифа "Погребённый заживо", иероглифы "Погребённый заживо" исчезли, и появились пять иероглифов "Режиссёр Шао Шуайцзюнь", задержавшись на три секунды. Затем экран полностью погрузился во тьму, и эта тьма длилась почти тридцать секунд.
Некоторые нетерпеливые зрители уже начали ругаться: "Что за чертовщина, показывают бракованную копию".
"Неужели и правда сломалась?" - тихо спросила Гу Сюань.
"Смотри дальше", - бросил Чжао Чэн, подумав, что эта девчонка не так умна, как кажется, если бы плёнка действительно была испорчена, разве режиссёр Шао Шуайцзюнь молчал бы.
То, что понимал Чжао Чэн, не обязательно понимали другие зрители, через тридцать секунд кто-то уже начал звать сотрудников кинотеатра. В этот момент из колонок внезапно раздалось несколько покашливаний, сопровождаемых тяжёлым дыханием и глухими стуками по дереву. Зрители тут же затихли, начав сосредотачивать внимание на экране.
Шао Шуайцзюнь усмехнулся, это был небольшой трюк, сначала заставить всех понервничать, а когда эмоции накалятся, начать воспроизведение звука. Эта пауза мгновенно захватывала внимание зрителей, заставляя их невольно хотеть смотреть дальше. Для фильма, в котором нет звёзд, нет известного режиссёра, и даже реклама которого ограничивается лишь постером, возможность удержать внимание зрителей - уже половина успеха.
Потому что эту историю нужно смотреть с душой.
Фильм продолжался, звуки становились всё громче, было ясно слышно, что это мужчина издаёт испуганные вздохи. Внезапно экран вспыхнул, показав половину лица и один глаз, зрители, увлечённые звуком, вздрогнули от неожиданности. Шао Шуайцзюнь даже услышал, как какая-то девушка вскрикнула "Ах!".
Изображение мигнуло несколько раз, зажглась зажигалка, осветив испуганное и встревоженное лицо, рот был заткнут тряпкой, руки связаны. Смутно можно было узнать лицо Шао Шуайцзюня, только постаревшее лет на десять, как у мужчины средних лет. С началом борьбы этого человека зрители в кинотеатре окончательно затихли...
http://tl.rulate.ru/book/129786/5601124
