– Бум! –
Лу Лу услышал в своей голове что-то, похожее на раскат грома.
Телефон упал на пол, но он даже не заметил этого.
– С этого момента мы просто обычные друзья? – пронеслось у него в голове.
– Я столько для тебя сделал, и заслуживаю только этого? Нет! Чжэньюй, ты не можешь так поступать со мной!
Голова раскалывалась от боли, а сердце словно разрывалось на части.
Он вложил в Бай Чжэнью столько чувств и надежд. Он всегда считал её своей, верил, что они закончат учёбу и поженятся!
А теперь она говорит, что хочет быть с ним просто обычными друзьями?
Как она могла такое сказать?
Лу Лу в панике присел на корточки, поднял телефон и снова начал названивать Бай Чжэнью, пытаясь что-то объяснить, но её телефон был выключен.
...
В общежитии Бай Чжэнью.
Девушка лежала на кровати, её лицо было мокрым от слёз, а сердце разрывалось от боли.
Она собрала всю свою смелость, чтобы отправить то сообщение, и в тот же момент уже пожалела об этом.
Разве можно так просто оборвать отношения, которые длились с самого детства?
Но чтобы не стать разменной монетой между Лу Сюй и Цзян Нин, она решила уйти первой.
Больше она не могла продолжать бороться с этой грязной ситуацией.
Её самолюбие не позволяло ей быть чьим-то запасным вариантом.
Даже если это касается Лу Сюй, она не согласится на это!
– У-у-у... – Бай Чжэнью рыдала так, что не могла открыть глаза.
Казалось, что самое важное в её жизни вдруг исчезло.
Она несколько раз брала в руки телефон, пыталась включить его и снова связаться с Лу Сюй, но каждый раз останавливалась.
– Что мне делать? Как дальше жить? – всхлипывала она.
– Может, уехать из этого города, где так много боли...
– Лучше вернуться домой.
С этими мыслями Бай Чжэнью заставила себя встать с кровати, достала чемодан из-под кровати и начала собирать свои вещи.
Если она останется в Киото, то, вероятно, пожалеет о своём решении и сделает что-то, что пойдёт против её принципов ради Лу Сюй.
Слёзы застилали ей глаза, и она несколько раз останавливалась, чтобы вытереть их.
Когда её соседки по комнате вернулись с занятий, они застали её всё ещё плачущей.
На кровати в беспорядке лежали её вещи.
– Эй, Бай Чжэнью, ты в порядке? Почему ты так горько плачешь? Что ты собираешь? Уже поздно, – с беспокойством спросила одна из соседок.
Бай Чжэнью лишь покачала головой, не желая ни с кем разговаривать.
Она схватила вещи с кровати, запихала их в чемодан и уже собиралась уходить.
Чжао Ци, соседка, которая всегда любила спорить с ней, тут же схватила чемодан и строго сказала:
– Ты сейчас в очень плохом состоянии. Мы не можем отпустить тебя одну! Позвони своей подруге Цзян Нин, попроси её прийти за тобой...
– Если ты сама не хочешь звонить, я сделаю это за тебя.
Чжао Ци решила, что Бай Чжэнью так горько плачет, вероятно, из-за ссоры с Цзян Нин.
Ну, знаешь, как в сериалах – маленькая жена расстроена и внезапно уходит, а потом строгая президентша волнуется и ищет её.
– Не лезь в мои дела, у меня свои планы! – попыталась вырвать чемодан Бай Чжэнью, но в комнате было несколько человек, а она не отличалась силой, так что ничего не вышло.
Более того, её телефон тоже оказался в руках Чжао Ци.
Так как он был разблокирован по отпечатку пальца, Чжао Ци легко нашла номер Цзян Нин в записной книжке.
– Чжао Ци! Перестань! Это мои вещи, моя личная жизнь! – Бай Чжэнью, прижатая к кровати соседками, срывающимся голосом кричала.
– Почему вы обе не считаетесь с моими чувствами!
– Почему вы все издеваетесь надо мной!
Чжао Ци впервые увидела её такой яростной и растерялась.
Она больше не пыталась пользоваться телефоном и аккуратно вернула его Бай Чжэнью.
Но отпускать её одну из общежития всё равно не собиралась.
– Ты сейчас не в своём уме, – редко сказала Чжао Ци с долей заботы. – Давай подождём, пока ты успокоишься, а потом уже решим, что делать, хорошо?
Бай Чжэнью шмыгнула носом, отвернулась и ничего не ответила.
Но она больше не настаивала на том, чтобы уйти.
Соседки, видя, что она постепенно успокаивается, перестали смотреть на неё как на пленницу.
Время шло минута за минутой.
Неизвестно, сколько времени прошло.
Кто-то тихо постучал в дверь их общежития.
Чжао Ци поднялась, чтобы открыть дверь, и, увидев человека на пороге, приветливо пригласила его внутрь:
– Смотрите, она сидит на балконе! Что случилось с вами двумя? Почему она так плачет?
Услышав шум за спиной, Бай Чжэнью напряглась и медленно повернулась, чтобы посмотреть.
Она увидела, как Цзян Нин, с мокрыми волосами, входит с тортом в руках.
– Цзян Нин? Ты... Почему ты здесь?.. – прошептала Бай Чжэнью, вспомнив, что её соседке не удалось дозвониться до Цзян Нин.
Чжао Ци подняла бровь и сказала:
– У меня хорошая память. Я запомнила номер телефона Цзян Нин.
Затем она тайно отправила сообщение Цзян Нин, рассказав ей о состоянии Бай Чжэнью.
Цзян Нин оказалась очень внимательной и сразу же отправила ей красный конверт с 500 юанями, попросив временно позаботиться о Бай Чжэнью.
Она действительно была старшей дочерью богатой семьи, совсем не похожей на скупого друга детства Бай Чжэнью!
Цзян Нин поставила торт на стол и направилась прямо к Бай Чжэнью.
Увидев, что её глаза опухли от слёз, как персики, она почувствовала смесь злости и удивления.
– Почему ты так расстраиваешься из-за этого подлеца? Твоё счастье ещё впереди, понимаешь? – сказала Цзян Нин, протягивая руку.
– Вставай! Я отведу тебя на выставку искусств.
– А? Сейчас?.. – Бай Чжэнью не было настроения смотреть на какие-то выставки.
– А что ещё? – жестко спросила Цзян Нин, беря её за руку.
– Пойдём, всё-таки это подарок на твой день рождения, над которым ты так старалась. Будет жалко, если он пропадёт впустую.
Под взглядами соседок Цзян Нин взяла Бай Чжэнью за руку.
– Поторопись! Если будешь медлить... – Цзян Нин вдруг понизила голос до шёпота, чтобы слышали только они две: – Если будешь медлить, не вини меня, если я сегодня поведу себя плохо! У меня нет джентльменских манер, я люблю пользоваться ситуацией.
Конечно, это была лишь пустая угроза.
На самом деле, даже если бы система не запрещала ей что-то подобное, она бы не стала этого делать.
Бай Чжэнью, находящаяся на грани эмоционального срыва, нуждалась в времени, чтобы успокоиться и подумать.
Пользоваться её несчастьем сейчас привело бы только к плохим последствиям.
Конечно, было бы приятно воспользоваться моментом, но разве кто-то откажется от конца, где белая лилия сама бросится в объятия своей соперницы?
Бай Чжэнью опустила голову и тихо прошептала:
– Извращенка... – но всё же ускорила шаг, чтобы поспеть за ней.
Они шли, держась за руки, покинули общежитие, вышли из здания и под зонтом двинулись в дождь под туск
http://tl.rulate.ru/book/129711/5775044
Готово:
