Цзю Нин заставила себя успокоиться, глубоко вздохнула и напомнила себе, что маленький снежный человечек прав. Он болеет, поэтому можно с ним немного поворковать. Не стоит раздражать его сейчас, чтобы потом избежать неприятностей.
Так, она неловко, но мило и вкрадчиво, с нотками кокетства, произнесла:
– Братик, миленький братик, ну пожалуйста, пожалуйста, молю тебя, ну можно? Я не знаю, но очень тебя люблю, ты самый лучший, ну пожалуйста!
Юэ Ань чуть заметно улыбнулся, наклонился к ней, хотел что-то сказать, но, увидев её пухлые алые губы, невольно вспомнил, как она этим ртом кормила Цзюнь Сюя.
Улыбка тут же исчезла. Он глубоко вздохнул, выпрямился и подавил гнев, бушевавший внутри.
Не хотел срываться на неё, не хотел ссориться, но и сделать вид, что ничего не произошло – тоже не мог.
Просто хотел её проучить, чтобы запомнила и больше так не делала!
В прошлый раз с Бай Юем, теперь с Цзюнь Сюем. Да, она спасала их.
Но это не означало, что он должен радостно сказать: "Цзяо'эр, ты такая добрая! Сама Гуаньинь небесная должна тебе место уступить!"
А ведь это она ему говорила, что Цзюнь Сюй – её злейший враг. Так почему бы не воспользоваться случаем, не лишить его жизни, вместо того чтобы спасать?
Что за болезнь такая?
Что за чувства заставили её забыть о ненависти к врагу своего рода и броситься спасать его?
Или всё, что она ему рассказывала – просто ложь?!
Он не спрашивал, потому что знал: если человек однажды солгал, то и потом будет лгать.
Ложь рождает всё новые и новые обманы, чтобы себя прикрыть.
Цзю Нин спросила его:
– Братик, что ты хочешь, скажи мне? Я же не читаю твои мысли.
Что он хочет? Чего он всегда хотел – чтобы она принадлежала ему без остатка.
Но почему, такую простую вещь, она не может ему дать?
Всё больше становится похожей на ту Цзю Нин, что вечно где-то пропадала, а с ним была лишь изредка!
Размышляя, Юэ Ань вдруг кое-что понял. Точно, это должна быть Сяосюэ, та самая ст**ва, которую привела к нему Чу Цзюнин!
Ха-ха, Чу Цзюнин решила передать своего мужчину, который повсюду, Сяосюэ? Чу Цзюнин знала, что Юэ Ань не оставит ее в покое, поэтому начала действовать через всех, кто его окружал. Отлично, очень хорошо, неудивительно, что она повсюду!
Чу Цзюнин, молись, чтобы не попасть ко мне в руки, иначе я заставлю тебя вкусить адской боли, хуже самой смерти!
Тем временем Чу Цзюнин, привязанная к широкой кушетке, видела, что Юэ Ань молчит, и решила сама начать разговор:
– Братец, я признаюсь, чтобы получить снисхождение. Просто я подумала, что если Цзюнь Сюй умрет вот так, это будет слишком легко для него! Я не могла не отомстить ему за боль, которую причинил моим родителям и соплеменникам, вернув ее в десятикратном размере. Мне хотелось, чтобы Цзюнь Сюй попробовал отчаяние, худшее, чем смерть, только это могло хоть немного утолить мою ненависть!
По мере того, как она говорила, ее голос становился все более напряженным, и последние слова она произнесла сквозь стиснутые зубы. Ненависть в ее тоне была почти осязаемой.
Юэ Ань нахмурился, глядя на нее. Слыша ее слова, он задумался, уж не планирует ли она что-то еще?
– Цзяо'эр, что ты задумала?
Чу Цзюнин долго молчала, прежде чем ответить:
– Я не буду скрывать от братца, после того раза в Юньмэнцзэ я заметила, что Цзюнь Сюй неплохо ко мне относится, поэтому я хотела использовать это…
Не успела она закончить, как сильный порыв ветра сорвал черную вуаль, закрывавшую ей глаза. Открыв глаза, она встретилась со взглядом, полным кровожадной злости.
– Сюань Юань Сюэ, ты играешь с огнем! – тихо и холодно произнес Юэ Ань ей.
Она усмехнулась, губы ее болезненно скривились, а в глазах вспыхнул слабый огонек предвкушения.
- Я призрак, выбрался из огненного моря. Думаешь, боюсь играть с огнем? Нет, это я огонь, который может сжечь Цзюнь Сю дотла! Отправлю его в восемнадцатый круг адского пламени!
Юэ Ань смотрел на нее в упор, отчетливо видя глубокую ненависть и непримиримость в ее глазах, и верил каждому слову.
Повернув свое зловещее лицо, он почти умоляюще спросил:
- Сюаньюань Сюэ, а я? Что со мной?
Сквозь слезы она усмехнулась:
- Остается уповать только на следующую жизнь. Тогда я стану для тебя коровой или лошадью.
- Ха-ха, - глаза Юэ Аня холодно блеснули, - Сюаньюань Сюэ, кому ты рисуешь эту картину? Почему бы не сказать, что обернешься призраком и отомстишь Цзюнь Сю?
Маленький Снеговик знал, что сейчас не время для смеха, но все равно рассмеялся, не в силах сдержаться: [Хахахахаха.]
Чу Цзюнин стиснула зубы. "Проклятый Маленький Снеговик, я тут выкладываюсь! Разве нельзя не отвлекать меня? Если Юэ Ань увидит, что я притворяюсь, то сегодня же вечером мне отправляться в Зал Ада."
[Прости, Хозяин, я ошибся, продолжай.]
Чу Цзюнин пренебрежительно хихикнула:
- Брат, ты можешь отказаться мстить Чу Цзюнин, а потом броситься к ней в следующей жизни?
- Ты можешь, и я могу со всем этим покончить, - ответил Юэ Ань.
Она прикрыла глаза и отвернулась:
- Брат, ты же знаешь, что я не могу. Хозяин Дракон все еще здесь, но мои родители, соплеменники... они все...
Слезы хлынули из глаз и текли беззвучно.
Юэ Ань почувствовал сильную боль в сердце, увидев это. Он поднял руку, чтобы вытереть слезы, текущие по ее лицу.
- Сяо Сюэ, нам просто нужно убить Цзюнь Сю. Не плати собой, это не стоит того! Цзюнь Сю не стоит того. И твои родители, соплеменники, наблюдают с небес, и они точно не захотят, чтобы ты выбрала такой путь!
Глаза ее покраснели, на лбу вздулась вена:
- Брат, если ты просто убьешь Цзюнь Сю, смерть для него лишь мгновение. Он не познает отчаяния падения в бездну, из которой нет выхода. Это слишком легко для него!
Я хочу, чтобы он, бессмертный владыка, был проклят миром, заклеймен позором на тысячелетия. Хочу, чтобы он видел, как его покидают возлюбленная, друзья, родные, ученики - все! Я хочу, чтобы он страдал!
В тот день я непременно вручу ему кинжал и буду смотреть, как он кончает с собой!
Глаза Юэ Аня тоже постепенно налились кровью. Он покачал головой и произнес:
- Нет! Я не позволю тебе опозорить себя из-за такого человека! Я могу помочь тебе схватить его и заточить. Ты сможешь отомстить ему как угодно, хорошо? Сяо Сюэ.
Чу Цзюнин, полностью погруженная в свои эмоции, смотрела на него воспаленными, лишенными рассудка глазами. Ее вид напоминал безумную женщину.
- Юэ Ань, слушай внимательно. Если посмеешь остановить меня и помешать моему плану, я вонжу этот кинжал себе в грудь прямо у тебя на глазах!
Произнося это, она сохраняла поразительное спокойствие, но в глазах ее виднелись слезы – слезы ненависти к Цзюнь Сю и к своей жалкой судьбе.
Но Юэ Ань знал, что это не пустая угроза.
Его губы дрогнули, а алые глаза смотрели на нее, в них смешались мрак и нежность.
Он не ожидал, что ради мести Цзюнь Сю она пойдет на такую угрозу!
[Маленький театр]
Чу Цзюнин: Видимо, никто не хочет, чтобы я потеряла свой "лошадиный" облик, поэтому я буду работать еще усерднее, чтобы прикончить этих больших шишек.
Не забудьте поставить хорошую оценку, проголосовать и поторопить меня с обновлением! Иначе я покажу вам своего "лошадя"!
http://tl.rulate.ru/book/129596/6506586
Готово:
