Осень сменилась зимой.
Время быстро подошло к последнему дню 2008 года.
Западный пригород Жунчэна, аэропорт Хуантяньба.
С наступлением темноты навигационные огни по обе стороны взлётно-посадочной полосы, преломляясь в мелких кристалликах льда, окрашивались в оранжево-красный ореол.
Более десятка технических специалистов группы «Жунфэй» собрались возле стоянки самолёта, а возглавлявший их человек, плотно запахнув воротник армейского ватника, с некоторой тревогой смотрел в сумрачное небо.
Это был главный конструктор проекта №20 Ян Вэй.
Из соображений секретности транспортировка крупногабаритных грузов, связанных с разработкой истребителя нового поколения, в основном осуществлялась в ночное время.
Но сейчас погода явно не благоприятствовала.
Когда метеорологическая служба внезапно сообщила о понижении температуры и тумане, транспортный самолёт, отвечавший за перевозку, уже вылетел из Шэнцзина.
Если погодные условия в аэропорту будут слишком плохими, то придётся выбирать запасной аэродром или возвращаться обратно.
«Генеральный Ян, в настоящее время температура -5℃, работы по очистке поверхности от инея завершены, дальность видимости взлётно-посадочной полосы при включённых боковых огнях составляет около 350 метров, пилоты обоих самолётов считают, что условия соответствуют требованиям для посадки, и нет необходимости перенаправляться на запасной аэродром в южном пригороде Фучэна».
Помощник главного конструктора Ван Чэнъяо подбежал издалека, докладывая обстановку и одновременно протягивая термос.
Услышав вывод «нет необходимости в запасном аэродроме», Ян Вэй, наконец, успокоился.
Но, едва отвинтив крышку, он забеспокоился о другом:
«Вы не оказывали давления на товарищей лётчиков в процессе переговоров?»
Он посмотрел на пар, поднимающийся над горлышком термоса и превращающийся в белый туман, и уточнил у Ван Чэнъяо:
«Если есть риск, то не нужно заставлять…»
Видя, что обычно невозмутимый, как гора, главный конструктор теперь тоже выглядел обеспокоенным, тот хотел было усмехнуться, но под пристальными взглядами окружающих больших шишек не решился рассмеяться вслух, а лишь покачал головой:
«Все переговоры вели диспетчеры вышки, мы вообще не вмешивались… К тому же самолёты №5 и №6 37-го авиаполка не в первый раз летают к нам, они должны быть хорошо знакомы с обстановкой и не станут рисковать…»
Требования гражданской авиации в Жунчэне к видимости для посадки двухмоторных самолётов весом 80-100 тонн составляют не менее 550 метров дальности видимости взлётно-посадочной полосы, но эта цифра, очевидно, оставляет очень большой запас.
Губы Ян Вэя шевельнулись, казалось, он хотел что-то сказать, но в итоге промолчал.
Ежедневная подготовка пилотов транспортной авиации включает в себя посадку вслепую в условиях низкой видимости, к тому же взлётно-посадочную полосу аэропорта Хуантяньба не используют другие самолёты, поэтому условия взлёта и посадки, безусловно, более гибкие.
И как раз в этот момент в небе раздался рёв двигателей.
Затем огни шасси и крыльев прорвались сквозь лёгкий туман, образуя отчётливый столб света под действием эффекта Тиндаля.
До самого момента касания земли светло-серый фюзеляж транспортного самолёта постепенно проявлялся полностью, полностью открытые тормозные щитки и колёса шасси ощетинились, как вырвавшийся из заточения свирепый зверь.
Этот новейший двухмоторный средний транспортный самолёт был официально принят на вооружение всего около года назад, и, в частности, он был оснащён совершенно новыми двигателями, в соответствии с прошлым темпом, он должен был находиться на стадии переоборудования, и должны были быть определённые ограничения на грузоподъёмность, взлётно-посадочные условия и дальность полёта.
Однако внезапно возникшая в первой половине года потребность в ликвидации последствий стихийных бедствий нарушила все планомерные планы, и практически все исправные транспортные самолёты армии по очереди вылетали для сброса грузов или перевозки личного состава и техники.
В итоге было доказано, что Y-9 имеет более высокий коэффициент вылетов и меньшее количество прямых человеко-часов технического обслуживания на лётный час, чем Y-8 и даже Ил-76, и при интенсивной лётной работе может даже приближаться к уровню гражданских пассажирских самолётов.
Большинство Y-8, конечно, были старыми машинами с возрастом более десяти лет, и не имели особой ценности для сравнения, но среди Ил-76 было немало новых, выпущенных в течение последних 5 лет.
В таком сравнении новая модель фактически сразу же прошла период адаптации, а два подразделения, которые первыми попробовали новинку, мгновенно стали фаворитами и начали постепенно брать на себя основную нагрузку по перевозке средних грузов и на средние расстояния.
……
В то же время в грузовом отсеке второго самолёта №06, следовавшего позади, Лю Юнцюань смотрел сквозь ледяные узоры, образовавшиеся на иллюминаторе, на медленно разворачивающийся силуэт огромного ангара в конце взлётно-посадочной полосы.
Неподалёку позади него двигатель Turbofan 10G, воздухозаборник которого был обёрнут антистатической камуфляжной тканью, был закреплён на специальной транспортировочной опоре, серебристо-серый корпус сопла отливал холодным блеском в тусклом свете кабины.
На самом деле, с учётом грузоподъёмности и объёма Y-9, для перевозки двух двигателей и менее двадцати технических специалистов потребовался бы всего один рейс.
Но из соображений распределения рисков специально были выделены два самолёта.
Это, конечно, был не первый визит Лю Юнцюаня в «Жунфэй», но первый раз, когда он привёз сюда модель, разработанную под его руководством, для передачи.
Это было совершенно иное чувство, чем в прошлом, когда он просто обменивался опытом работы.
Он даже с нетерпением ждал момента, когда новая модель будет установлена на истребитель-невидимку нового поколения, который вот-вот совершит первый полёт —
Чан Хаонань однажды упомянул на совещании, что четыре года назад, когда проект №20 был официально утверждён, коллеги из авиационной промышленности уже были готовы продолжать использовать Turbofan 10A на первой серийной модели.
Но теперь, всего лишь на этапе технической проверки, уже была завершена адаптация новой версии двигателя.
На самом деле, если бы не необходимость получения полных данных для сравнения, то были бы даже условия для непосредственного использования нового двигателя для первого полёта.
Через несколько минут вибрация от касания шасси земли прервала его размышления.
В момент открытия люка влажный и холодный воздух, смешанный с запахом авиационного керосина и смазочно-охлаждающей жидкости, ворвался в кабину, вызвав у Лю Юнцюаня, который только что отстегнул ремень безопасности, некоторое неудобство.
Для человека, долгое время работавшего на северо-востоке, температура -5℃, конечно, не была чем-то особенным, но насыщенный, словно осязаемый, водяной пар создавал значительное сопротивление дыханию.
Как будто на него ни с того ни с сего надели маску.
«Старый Лю!»
Прежде чем он успел полностью прийти в себя, звук прорвался сквозь низкий гул двигателя, работающего на холостом ходу.
Лю Юнцюань посмотрел наружу через открывающуюся гидравлическую аппарель и увидел, что Ян Вэй, одетый в старую армейскую ватную куртку, машет рукой в эту сторону, а позади него ещё семь или восемь техников спешат вместе со специальным тягачом транспортной платформы.
«Вы приехали как раз вовремя, самолёт №2003 ждёт эти два сердца…»
Он, приветствуя, руководил технической группой, которая начала выгрузку двигателей.
Лю Юнцюань по привычке потопал ногами, чтобы согреться, но холод на юго-западе был скорее иллюзией, чем реальной низкой температурой, поэтому эти два движения, наоборот, вызвали онемение в ногах, которые до этого были в порядке.
Ему вдруг показалось, что эта сцена немного напоминает одну классическую юмористическую сценку с новогоднего гала-концерта.
"Потопай, и у тебя тоже занемеет".jpg
Поэтому он неловко сменил тему:
«Благодаря улучшению технологии производства, он стал легче на 27 килограммов по сравнению с первоначальными проектными показателями».
Он окинул взглядом работающую подъёмную платформу. Рабочие калибровали подвеску двигателя с помощью лазерного позиционера:
«Кроме того, честно говоря, мы за эти годы многому научились у британцев… Монокристаллический материал четвёртого поколения в сочетании с более совершенной технологией активного охлаждения предыдущего поколения позволяет выдерживать температуру газа до 2050К, а также, благодаря отрегулированному компрессору, работающему в полном режиме, мы, наконец, достигли реального двузначного значения тяговооружённости в идеальных условиях на уровне моря… Старый Ян, на этот раз нам, наконец, не придётся вычитать из тяги».
Услышав это, Ян Вэй остановился, собираясь поставить подпись, и поднял голову, в его глазах промелькнуло сложное выражение.
Двадцать лет назад, когда обсуждался Десятый проект, они даже подумывали о том, чтобы временно использовать турбореактивный двигатель, а позже, найдя подходящий российский двигатель, услышали, как инженер с ломаным русским акцентом сказал: «Придётся подождать как минимум пять лет».
Эта боль до сих пор жгла в памяти.
И теперь эти два двигателя, воплощающие новейшие отечественные технологии, осторожно перегружались на специальную платформу, а в сочетании с почти совершенным аэродинамическим дизайном…
В сердце Ян Вэя на мгновение промелькнуло чувство гордости, но тут же сменилось настороженностью.
В инженерном деле самое опасное — это слепой оптимизм.
«Если подумать, американцы смогли получить такие же данные 10 лет назад, я даже не знаю, как они разработали эту технологию…»
Эта фраза была наполовину разговором с собеседником, наполовину напоминанием самому себе.
Ещё далеко не время расслабляться.
Лю Юнцюань тоже почувствовал отклик, невольно вспомнив бесчисленные ночи, проведённые за работой при свете лампы.
«Инженеры Роллс-Ройса однажды сказали мне, что они поделились самыми передовыми технологиями материалов этой эпохи».
Он вдруг заговорил о, казалось бы, не имеющей отношения к делу вещи:
«В целом, я думаю, что даже если в этой фразе и есть преувеличение, то, вероятно, не слишком большое…»
Ян Вэй передал подписанный транспортный документ своему помощнику, а затем посмотрел на Лю Юнцюаня с недоумением, словно не понимая, почему тот вдруг заговорил об этом.
Тот поцокал языком и продолжил объяснять:
«Поэтому характеристики Turbofan 10G почти достигли физического предела этой эпохи… Но, как ты только что сказал, он находится на одном уровне с F119».
Затем он глубоко вздохнул и выпалил, не переставая удивлять:
«Как ты думаешь, в Зоне 51… Неужели там действительно есть инопланетяне?»
http://tl.rulate.ru/book/129535/5797759
Готово:
