В общем, хотя Чан Хаонань всего лишь опубликовал анонс своей новой статьи, он одновременно вызвал немалый переполох как в научных, так и в коммерческих кругах.
Помимо компании COMSOL, несколько других компаний, выпускающих аналогичные продукты, также в кратчайшие сроки привлекли технических экспертов или команды технических специалистов, чтобы начать отслеживать и анализировать динамику его исследований.
Разумеется, поскольку большинство конкурирующих продуктов не специализируются на двухфазных потоках, они либо ограничивались поверхностным анализом, либо, как и COMSOL, после некоторого анализа, продолжали идти по своему первоначальному пути разработки.
Только компания ANSYS, которая в своё время разработала Fluent, увидела потенциал, скрытый за этой статьёй.
Но и она столкнулась с той же проблемой, что и профессор Джеймс:
совершенно не представляла, как можно точно и эффективно сгенерировать неструктурированную сетку в декартовой системе координат.
По логике вещей, обычно в такой ситуации, когда кто-то уже опубликовал статью, можно либо переманить автора высокой зарплатой, либо, если не получается переманить, предложить ему исследовательский проект.
Но в этот раз ситуация была особенной — автором статьи был глава конкурирующей компании.
Смешно, как тут переманишь?
Поэтому пока оставалось только наблюдать за развитием событий и ждать, что ещё такого крутого сможет выкинуть группа «Факел».
Некоторые научно-технические СМИ, в свою очередь, подхватили эту тему, озаглавив свои статьи в духе «Доказавший гипотезу Пуанкаре снова публикуется на arXiv», и вновь разожгли интерес к этому событию.
Впрочем, нельзя полностью винить эти СМИ в том, что они раздувают из мухи слона.
Дело в том, что время было выбрано слишком удачно.
Ведь, как известно, в доказательстве гипотезы Пуанкаре оставался нерешённый вопрос.
Год назад Математический институт Клэя чётко заявил, что, несмотря на то, что гипотеза Пуанкаре была доказана практически сразу после официального объявления, она по-прежнему считается одной из «Задач тысячелетия».
Иными словами, два человека, доказавшие её, могли разделить огромный призовой фонд в размере 1 миллиона долларов США.
Согласно установленным тогда правилам, эти деньги должны были быть официально вручены не ранее, чем через год после публикации статьи.
Если же по прошествии года доказательство не получит всеобщего признания в математическом сообществе, то выплата будет отложена до тех пор, пока оно не будет официально признано.
Разумеется, доказательство Чан Хаонаня и Перельмана было признано менее чем за месяц, так что это условие не было задействовано.
И вот теперь, год спустя.
Все с нетерпением ждали, действительно ли Институт Клэя выполнит своё обещание и выплатит деньги, или же это был просто пустой трёп.
…
Однако, в отличие от шумихи, поднявшейся во внешнем мире, сам Чан Хаонань не слишком беспокоился о последствиях своей публикации.
Всё это время он просматривал рукописи, присланные в редакционную почту, чтобы решить, какие статьи будут опубликованы в первом выпуске журнала JCAS.
Обычно главному редактору не требуется лично заниматься этой работой, но, поскольку это была первая попытка Китая пробиться в основное международное научное сообщество, повышенное внимание было вполне оправданным.
Впрочем, реальная ситуация оказалась намного более оптимистичной, чем ожидали все сотрудники редакции.
Ведь имя Чан Хаонаня в стране было невероятно весомым.
Некоторые даже перенаправляли в редакцию JCAS статьи, которые изначально планировали отправить в ведущие журналы своей области.
Например, профессор Фэн Ци из Института технической физики Китайской академии наук прислал результаты секвенирования и анализа генов 4-й хромосомы риса.
Несмотря на то, что статья занимала всего четыре страницы, она представляла собой важную часть работы по секвенированию генома.
Это был результат, который, безусловно, мог быть опубликован в Nature или Science.
Можно сказать, что это была полная поддержка работы.
Кроме того, было немало знакомых Чан Хаонаню имён.
Сюй Ян, который постоянно курсировал между Институтом вычислительной техники и группой «Факел», разработал метод наблюдения высокой размерности для линеаризованных задач о волнах на воде с распределёнными или точечными измерениями.
Профессор Линь Гофань из Университета Цзиньчэн выдвинул новую метеорологическую теорию, касающуюся механизмов формирования крупных стихийных бедствий в южном Китае…
В общем, несмотря на то, что в начале XXI века общая мощь китайского научного сообщества была ещё довольно слабой, объединённых сил исследовательских институтов всей страны с лихвой хватало для выпуска ежеквартального журнала.
Разумеется, поскольку журнал был ориентирован на международное распространение, в нём не могли быть опубликованы статьи только китайских учёных.
По мере того, как статью Чан Хаонаня, опубликованную на arXiv, видело всё больше людей, в редакцию начали поступать рукописи и от зарубежных исследователей.
Однако у иностранцев не было никаких особых чувств к новому журналу.
Поэтому качество этих статей было на удивление одинаковым:
для публикации в ведущих журналах они явно не годились, но отправлять их в небольшие журналы авторам не хотелось, и вот, раз уж появилась новая платформа с такой известной фигурой во главе, почему бы не попытать счастья.
Это вполне соответствовало первоначальному позиционированию JCAS, которое определил Чан Хаонань.
Вот только по сравнению с явно завышенными по уровню рукописями из Китая, они вызывали ощущение, что и съесть жалко, и выбросить жалко.
Поэтому, когда Юань Сянъя специально приехал в офис Чан Хаонаня, тот как раз сидел, мучительно сравнивая на экране две статьи из одного и того же университета, и никак не мог принять решение.
— Профессор Чан, нет, главный редактор Чан, в последнее время вы много работаете, — сказал Юань Сянъя, поставив принесённые с собой подарки рядом с письменным столом и сев на стул напротив.
Чан Хаонань поднял глаза, убедился, что среди подарков нет ничего особо ценного, и без лишних церемоний принял их — в последнее время он работал как проклятый, выполняя обязанности главного редактора, так что получить от собеседника немного витаминов было вполне справедливо.
На самом деле, Юань Сянъя тоже был членом редакционной коллегии.
Просто рукописей, связанных с его областью знаний, было крайне мало, поэтому он особо не напрягался.
— И не говори, я и представить себе не мог, что будет столько рукописей, последние несколько дней я только и делаю, что ем, сплю и читаю статьи, чувствую, что мозг уже отказывает… — сказал Чан Хаонань, закрывая обе статьи, а затем перетаскивая одну из них в папку под названием «Первый выпуск».
Другую статью, конечно, тоже не отклонили, но, скорее всего, она будет опубликована только во втором выпуске, который выйдет в августе…
— На самом деле, реальное количество присланных рукописей в десять раз больше, чем мы видим.
Юань Сянъя ранее уже имел опыт работы в редакции журнала, поэтому в этом отношении он был намного опытнее Чан Хаонаня:
— Те статьи, содержание которых слишком абсурдно, или которые являются чистой воды графоманией, или в которых с первого взгляда видны проблемы с данными… редакторы, работающие ниже, уже отсеяли.
— И после этого ещё столько осталось? — изумился Чан Хаонань.
— Ничего не поделаешь… — ответил Юань Сянъя с безнадёжностью в голосе. — Мы и не думали, что у профессора Чана такая сильная притягательность, это действительно был просчёт, надо было сразу делать журнал, выходящий раз в два месяца… И качество присланных статей оказалось намного выше, чем мы ожидали…
— Нет, всё же так лучше, ведь мы только начинаем, лучше действовать осторожно.
Чан Хаонань сохранял хладнокровие в сложившейся ситуации, поэтому махнул рукой:
— Наш журнал сейчас как Цзоу Цзи, которому жена, наложница и гости говорили, что он красивее, чем Сюй Гун из северного города, но это не значит, что так оно и было на самом деле. Если ты посмотришь больше рукописей, то увидишь, что все статьи высокого уровня написаны отечественными учёными или китайскими учёными из-за рубежа, у них есть определённый фильтр по отношению к нашему журналу, и это нельзя считать нормальным уровнем.
С этими словами он снова открыл почтовый ящик, собираясь просмотреть следующее письмо.
Однако в этот момент его плавные движения внезапно прервались.
— Я беспокоюсь, что интервал между выпусками ежеквартального журнала слишком велик, некоторые авторы не смогут ждать три месяца и, боюсь, отзовут… — Юань Сянъя продолжал обычный разговор, но на полпути заметил, что Чан Хаонань уставился в экран компьютера и задумался.
— Профессор Чан.
— Профессор Чан?
Он позвал его два раза подряд.
— А? — очнувшийся Чан Хаонань посмотрел на Юань Сянъя. — А… извините, я немного задумался, что вы только что сказали?
— Ничего… ничего важного, — покачал головой Юань Сянъя. — Вы… снова увидели какую-то особенно весомую статью?
Его всё же больше волновали дела журнала.
— Да нет… на самом деле, это не имеет отношения к журналу, — Чан Хаонань поднял руку и потёр подбородок. — Это Математический институт Клэя прислал мне письмо, в котором говорится, что они уже могут вручать премию.
Услышав эти слова, Юань Сянъя не сразу сообразил, о чём речь.
— Что… — но не успел он произнести слово «премия», как уже осознал. — Подождите… — Так это… тот миллион долларов за решение одной из Проблем тысячелетия?
Чан Хаонань кивнул, а затем покачал головой:
— Строго говоря, 500 тысяч долларов…
http://tl.rulate.ru/book/129535/5708594
Готово:
