Новость в газете, в конце концов, была лишь эпизодом.
То, что Чан Хаонань временно не мог придумать решение, было лишь одной стороной вопроса.
Другой момент заключался в том, что он, как руководитель среднего и высшего звена в системе Комитета по науке и технологии, действительно не мог опрометчиво вмешиваться в проблемы сельского хозяйства.
И, в конечном счёте, сельское хозяйство можно упрощённо свести к земле + семенам + удобрениям.
Если эти три основных элемента не могут быть решены, пространство для манёвра на уровне политики в конечном итоге будет довольно ограниченным.
А обмен мнениями между Чан Хаонанем и Тан Линьтянем только что был скорее не серьёзным обсуждением, а стандартной болтовнёй мужчин среднего возраста.
Поэтому, когда чашка чая опустела, они вдвоём быстро вернулись к основной теме.
— Кстати, профессор Чан, вы только что сказали, что пришли ко мне по поводу новой лаборатории?
— спросил Тан Линьтянь, беря чайник и наливая воду в чашку.
— Да, — кивнул Чан Хаонань:
— Я закончил университет примерно в это же время в прошлом году, получается, прошёл уже год, как там сейчас обстоят дела?
Начало строительства нового места для лаборатории «Факел» практически совпало с моим поступлением на работу, по сути, это блюдо было приготовлено специально ради этой приправы.
Теоретически, главным там должен быть сам Чан Хаонань.
Однако это место всё-таки находится рядом с рекой Шахэ, и даже через двадцать с лишним лет будет считаться пригородом Пекина, а в те годы ещё и пятая кольцевая дорога не была достроена, так что и говорить нечего.
Тем более, что передвижения Чан Хаонаня теперь связаны с вопросом безопасности.
Поэтому он был там всего один раз, вскоре после поступления на работу.
Весь процесс строительства контролировался и управлялся университетом «Кинханг Дасюй».
— Главное здание № 1 уже подведено под крышу, осталось только установить некоторое внутреннее оборудование.
Что касается дел, связанных с Чан Хаонанем, Тан Линьтянь, безусловно, следил за ними лично, поэтому не было нужды спрашивать других:
— Лабораторные корпуса № 2 и № 3… Когда я был там на прошлой неделе, они только начали возводить второй этаж, думаю, даже в лучшем случае придётся ждать до конца года.
— Общежития, столовые и другие объекты жизнеобеспечения уже достроены, но чтобы действительно заселиться… Я всё же советую подождать, хотя бы до конца лета, я заходил посмотреть, запах всё ещё довольно сильный.
В новой лаборатории было запланировано три соединённых крытыми переходами рабочих здания, все они имели четыре надземных этажа и два подземных.
Изначально Тан Линьтянь хотел, взяв за образец некоторые зарубежные научно-исследовательские институты, сделать внешний вид зданий более футуристичным.
Это соответствовало бы главной цели лаборатории «Факел» — «ориентации на будущее».
Но потом, чтобы уложиться в сроки, от этой идеи отказались.
— С остальным всё в порядке, а электричество и вода подключены?
Чан Хаонань сразу перешёл к делу:
— У меня сейчас в работе одно важное исследование, поэтому я собираюсь заранее закупить некоторое крупное экспериментальное оборудование, в главном кампусе у нас точно нет места, и потом перевозить будет неудобно, можно ли разместить его прямо там, в Чанпине?
— Важное исследование?
Глаза Тан Линьтяня тут же загорелись.
Он тут же выпрямился.
По его опыту, если даже Чан Хаонань говорил, что что-то важно, значит, это действительно было важно.
— Какое именно оборудование вам нужно?
В то же время Тан Линьтянь уже начал размышлять, сколько средств из бюджета университета ещё можно гибко использовать в этом году.
И если ещё поплакаться начальству, сколько денег можно дополнительно выбить —
Заявки на финансирование с именем Чан Хаонаня, как правило, одобрялись довольно легко.
На самом деле, поначалу находились и те, кто был недоволен.
Но очень скоро эти голоса затихли.
Ведь скорость окупаемости инвестиций, которую демонстрировал Чан Хаонань, была просто невероятной.
В основном, через год был прогресс, через два — результат, через три — влияние.
Даже если бы руководитель, отвечающий за финансирование, был самым недальновидным, в ситуации, когда не нужно беспокоиться о том, что подписанные им ассигнования пойдут на пользу кому-то другому, он бы не пожалел денег.
Поэтому, раз уж есть такая возможность, нужно обязательно как следует пощипать шерсть с овец Национального фонда естественных наук.
Чан Хаонань, сидевший напротив, конечно, не знал, что Тан Линьтянь уже начал обдумывать, как писать отчёт о выделении средств, он лишь слегка приподнял голову, немного подумал, а затем, загибая пальцы, ответил:
— Совершенно новый суперкомпьютер, мощный импульсный лазер с переменной длиной волны, сканирующий гальванометр, автоматический укладчик углеродного волокна… И ещё желательно иметь полноценный центр электронной микроскопии, э-э… Это, пожалуй, дороговато, можно сначала приобрести обычный просвечивающий электронный микроскоп и сканирующий электронный микроскоп с режимом высокого вакуума, остальное можно будет постепенно докупить позже, но место нужно оставить заранее, разместить на втором подземном этаже главного здания…
Даже несмотря на то, что Тан Линьтянь заранее подготовился, слушая эту скороговорку, похожую на перечисление блюд, он немного не выдержал.
— Э-э…
— Э-э…
— Э-э…
Даже когда Чан Хаонань закончил говорить, он всё ещё не пришёл в себя.
— Ректор Танъ.
Первый, мысленно отметив, что у старого Тана немалый объём лёгких, протянул руку и помахал ею перед лицом собеседника:
— Если вы будете продолжать в том же духе, то внесёте свой вклад в глобальное потепление…
Тан Линьтянь опешил, и только потом понял шутку в словах Чан Хаонаня.
— Кхм-кхм…
Он смущённо откашлялся:
— Из этого списка… Многое оборудование придётся импортировать?
— Это точно.
Чан Хаонань кивнул:
— По крайней мере, электронные микроскопы сейчас можно только импортировать.
Хотя за эти несколько лет он уже дал толчок развитию многих отраслей промышленности в Китае, всё же нужно действовать постепенно.
Особенно в некоторых областях, которые изначально были особенно слабыми, требуется ещё больше накоплений.
Просто взять и достать из кармана электронный микроскоп — такого не бывает.
К счастью, благодаря отношениям между Китаем и Европейским союзом, и, что ещё важнее, благодаря всё более тесной взаимосвязи между сторонами в некоторых отраслях и технологиях, Китай испытывает гораздо меньше ограничений в области высокотехнологичного оборудования, чем в прошлой жизни.
Вот только деньги.
Их определённо придётся потратить.
— Если посчитать всё, что ты перечислил, то в пересчёте на нашу валюту, боюсь, и ста миллионов не хватит…
Тан Линьтянь почувствовал лёгкую зубную боль.
В 2000 году общий объём средств, поступивших в Кинханг на научные исследования, составлял около 500 миллионов.
И это уже было вдвое больше, чем в 1999 году.
Чан Хаонань же, всего лишь покупая оборудование, и даже не строя целую лабораторию, тратил почти четверть этой суммы…
Даже будучи ректором, он не мог принять такое решение.
В науке так: передовым техническим специалистам достаточно погрузиться в проект и сосредоточиться на исследованиях, а вот тыловому персоналу приходится думать о многом… (нет)
Чан Хаонань в прошлой жизни тоже прошёл через муки подачи заявок на финансирование, поэтому, естественно, понимал трудности Тан Линьтяня:
— Такое крупное оборудование, в основном, оценивается индивидуально, поэтому конкретная стоимость зависит от марки, модели и условий переговоров, но, по грубым подсчётам, полный комплект оборудования действительно может обойтись примерно в 120 миллионов.
На этот раз, не успел Тан Линьтянь затаить дыхание, как он добавил:
— Однако, поскольку это совместная лаборатория, наша группа «Факел» также возьмёт на себя часть расходов.
Тан Линьтянь немного выдохнул.
Но не сильно.
— Кроме того, этот центр электронной микроскопии не только может приносить научные результаты, но и способен приносить некоторый экономический эффект университету… И, конечно, нашей лаборатории…
Чан Хаонань продолжал нагнетать:
— Например, делать электронно-микроскопические исследования для сотрудников других исследовательских институтов, брать за раз несколько сотен или тысяч юаней — это не слишком много, верно?
— Если так понемногу, то через несколько лет, возможно, даже удастся окупить инвестиции…
Это было чистой воды заманиловкой.
Электронные микроскопы в основном используются в биологии и материаловедении.
Как говорится: «Хорошо снял на электронный микроскоп — и статья обеспечена».
Но сейчас, примерно в 2000 году, ещё не наступил бум этих двух дисциплин, и даже если центр электронной микроскопии откроет свои двери для клиентов, заказов не будет так много, чтобы не было свободных мест, как через 20 лет.
Однако этот предлог был нужен в основном для того, чтобы Тан Линьтянь убедил себя —
Чан Хаонань видел, что тот всё ещё хочет вложить эти деньги.
Просто нужно стиснуть зубы.
И действительно, помолчав некоторое время и глядя на чай, Тан Линьтянь снова поднял голову:
— Насколько я помню, в начале этого года Министерство науки и технологий, Министерство финансов, Комитет по науке и технологиям города Пекина и Академия наук хотели создать национальную инновационную платформу для фундаментальных научных исследований высокого уровня.
— Если удастся привлечь этот проект, и ты согласишься сотрудничать с этими организациями… То вопрос с деньгами не будет сложным.
http://tl.rulate.ru/book/129535/5697288
Готово:
