Пока Чан Хаонань вёл интенсивную работу по испытаниям Turbofan 10.
На восточном побережье Средиземного моря, в Яффе.
В Израильской авиастроительной компании (IAI).
Руководитель задачи по общей сборке проекта "Круглое кольцо" Лу Цзивэнь вместе со своим заместителем Суй Дунсином сидели на корточках у окна лестничного пролета.
У первого в руках был даже небольшой монокулярный телескоп.
Они сосредоточенно наблюдали за цехом, находившимся примерно в 500 метрах.
Благодаря солнечному свету, проникавшему с востока, Суй Дунсин мог видеть в телескоп, что внутри цеха припаркован огромный транспортный самолет Ил-76.
Вокруг самолета также были установлены плотные подъемные леса.
Но на них или вокруг них никто не работал.
На самом деле, работы по модификации этого самолета фактически приостановлены уже больше года.
А в последнее время им, китайским техническим специалистам, и вовсе запретили приближаться к этому самолету.
В этом месяце им даже аннулировали разрешение на вход в цех.
Как только к нему приближалось лицо китайской национальности, стоящий у входа часовой подходил и прогонял его.
Учитывая, что сейчас они находятся на чужой территории, силовой прорыв, безусловно, бесперспективен.
Поэтому, чтобы наблюдать за ситуацией внутри цеха, пришлось прибегнуть к этой крайней мере.
"Генеральный директор Лу, даже если нужно наблюдать за противоположной стороной, не обязательно приходить так рано утром, верно?"
Суй Дунсин держал в руках фотоаппарат и, говоря, зевнул, очевидно, не до конца проснувшись:
"Этот самолет не может внезапно убежать, нам нужно только предотвратить саботаж с их стороны".
"Убежать, конечно, не может".
Лу Цзивэнь даже не опустил бинокль:
"Но Лао Сун ранее говорил мне, что вчера слышал, как несколько человек из Израиля болтали, будто в последнее время приедут иностранцы... имелось в виду люди из четвертой страны, кроме нас, России и Израиля, чтобы посмотреть на этот самолет".
Упомянутый им Лао Сун, которого звали Сун Хаоцян, был единственным человеком во всей команде, помимо переводчиков, который говорил на иврите и арабском.
Но он никогда этого не афишировал.
Поэтому часто слышал, как недостаточно осторожные люди выдавали важную информацию.
"А?"
Услышав эти слова, Суй Дунсин чуть не подпрыгнул на месте, на его лице отразился гнев:
"Как, чёрт возьми, такое возможно?"
Надо знать, что в первоначальном плане продукция проекта "Круглое кольцо" должна была стать абсолютным боевым ядром ВВС Китая на ближайшие 20 лет.
Хотя, судя по тому, как обстоят дела на сегодняшний день, любой зрячий человек может понять, что этот трехсторонний совместный проект определенно распадется.
Но, по крайней мере, с юридической точки зрения, он еще не закончен.
Ладно, что сейчас им, китайской стороне, не дают доступа к самолету, но еще и водят смотреть людей из других стран?
Если это можно стерпеть, то можно и дерьмо есть!
Неудивительно, что Суй Дунсин был так взволнован.
За последние несколько месяцев они натерпелись в Израиле слишком много унижений.
"Тише".
Лу Цзивэнь поспешно хлопнул Суй Дунсина, сидевшего рядом.
Хотя то, чем они сейчас занимаются, нельзя назвать шпионажем, но если их обнаружат, это все равно будет не очень хорошо.
После того, как последний снова присел перед окном, Лу Цзивэнь снова понизил голос и сказал:
"Поэтому я сегодня собираюсь получить доказательства того, что они нарушили положения контракта, самовольно допустив посторонних лиц к прототипу проекта "Круглое кольцо", таким образом, когда позже начнутся разбирательства, у нас в руках будет больше козырей".
Будучи заместителем генерального директора проекта и руководителем на месте, Лу Цзивэнь на самом деле давно знал, что страна уже отказалась от надежд на проект "Круглое кольцо", поэтому сейчас уже начал готовиться к неизбежным и долгим международным тяжбам.
Пока они разговаривали, несколько черных автомобилей представительского класса выехали вереницей с внутренней дороги, сделали несколько поворотов и, наконец, выстроились у входа в цех.
Очевидно, что информация, которую услышал Сун Хаоцян, была правдой.
"Быстро, готовься фотографировать!"
Увидев эту сцену, Лу Цзивэнь поспешно дал знак Суй Дунсину заняться делом, а сам продолжил наблюдать за ситуацией вдалеке в бинокль.
Из машин вышли более десяти человек в разной одежде, они по очереди пожали руки встречающим их руководителям IAI.
Жаль только, что отсюда невозможно услышать, о чем они говорят.
"Черт возьми, из какой страны эти люди... ни белые, ни черные..."
Лу Цзивэнь нахмурился и пробормотал себе под нос с некоторым сомнением.
Когда только появились эти несколько машин, он на самом деле уже обдумал множество вариантов.
Но в этот момент мозг немного завис.
"Дай-ка я посмотрю..."
У фотоаппарата Суй Дунсина было немалое увеличение, но через видоискатель было не очень хорошо видно, поэтому, несколько раз нажав на спуск, он поменялся с Лу Цзивэнем инструментами.
Но вскоре и он озадачился:
"Хм... неужели из Африки, выглядят немного черными, но не особо?"
"В Северной Африке к югу от Средиземного моря в основном белые, а в Африке к югу от Сахары... думаю, им не интересны самолеты ДРЛО?"
Лу Цзивэнь взял на себя работу по фотографированию и щелкал затвором без остановки.
Внезапно он заметил, что из машины, находившейся посередине, вышел человек в тюрбане необычной формы.
"Черт, я понял!"
Сначала он хлопнул себя по бедру, а затем поспешно снова поднял камеру, запечатлев момент рукопожатия этого человека с генеральным директором IAI.
"Индусы?"
Суй Дунсин, стоявший рядом, тоже догадался.
"Почти наверняка".
Лу Цзивэнь кивнул:
"Я слышал, что в первой половине года у них был небольшой конфликт с соседями, и хотя в итоге они вроде как победили, но потери со стороны ВВС были довольно тяжелыми, возможно, они, извлекая уроки из горького опыта, готовятся обзавестись самолетами ДРЛО".
"Но если им срочно нужно, почему бы не купить готовое?"
Суй Дунсину было немного странно.
"Эх, ты не понимаешь, я раньше с ними контактировал, они отличаются завышенными требованиями и заниженными возможностями, наверняка считают, что E-3 и A-50У слишком устарели, поэтому и обратились сюда, чтобы купить "Феркон" с активной фазированной решеткой, а тут как раз есть наполовину готовый экземпляр, доставка точно будет быстрее, чем разработка с нуля".
Анализ Лу Цзивэня был явно очень разумным, отчего Суй Дунсин сразу же вспылил:
"Черт, они, сукины дети, хотят отдать наш самолет другим?"
"Тогда нам нужно срочно связаться с нашими и выразить решительный протест против таких действий!"
А первый был гораздо спокойнее:
"До этого не дойдет, этот самолет был отправлен сюда по контракту нашей стороны с Беляевым, они выбрали там подержанный самолет в хорошем состоянии, из-за приостановки проекта этот остаток до сих пор не оплачен, так что, не говоря уже о том, посмеет ли Израиль его отдать, даже если посмеет, индусы, скорее всего, не примут".
"Я полагаю, что они, должно быть, все еще хотят продать проект переоборудования Ил-76 в самолет ДРЛО, поэтому и привели индусов на экскурсию".
Основное вооружение индийской армии в основном импортируется из России, и они точно не станут ссориться с Беляевым из-за такой мелочи, как один Ил-76.
В этот момент две группы людей вдалеке закончили обмениваться любезностями и вместе вошли в цех.
Лу Цзивэнь сделал еще несколько фотографий, затем поднял голову и сказал:
"Однако ты прав, нужно обязательно связаться с нашими".
С этими словами он сжал кулак:
"В любом случае, этот самолет является нашей собственностью, а проект "Круглое кольцо" - это проект, совместно разработанный нашей страной и IAI, они хотят напрямую передать результаты иностранцам, да еще и стране, с которой у нас конфликт, это просто возмутительно!"
Суй Дунсин, который давно ждал этих слов, тут же встал:
"Тогда я сейчас же свяжусь с посольством в Яффе, чтобы они передали фотографии и сообщение!"
"Давай вместе, телеграмму, наверное, должен буду подписать я".
Сказав это, Лу Цзивэнь убрал фотоаппарат.
Но, поразмыслив немного, он снова несколько раз нажал на спуск, отсняв оставшиеся кадры пленки.
Раздалось жужжание работающего мотора перемотки.
"Это..."
На лице Суй Дунсина на мгновение появилось недоумение, но он тут же понял действия Лу Цзивэня.
Он собирался вынуть пленку.
Как он и ожидал, Лу Цзивэнь ловко вытащил пленку из фотоаппарата и осторожно спрятал ее за поясом.
Наконец, он вставил в фотоаппарат наполовину использованную пленку.
Только после всех этих манипуляций они вдвоем сделали вид, что ничего не произошло, и покинули здание.
Как и ожидалось, у ворот завода IAI их остановил офицер в звании лейтенанта.
Суй Дунсин к этому моменту уже был так взбешен, что у него волосы встали дыбом, и, хотя он постоянно твердил себе, что нужно сохранять спокойствие, в его голосе все равно прорывались резкие нотки:
"В чем дело?"
Взгляд собеседника переместился на рюкзаки и сумки с фотоаппаратами, висевшие у них за спиной, и он произнес на ломаном английском:
"В соответствии с правилами, прежде чем вы покинете сверхсекретную зону, я должен убедиться, что у вас нет с собой никаких секретных материалов".
"Когда это ввели такие правила?"
Хотя Лу Цзивэнь и был готов к этому, но чтобы выглядело правдоподобнее, а также чтобы поспорить на законных основаниях, он все же спросил:
"Когда мы раньше покидали территорию завода, нас никогда не обыскивали".
На самом деле, их личные вещи были зарегистрированы, и когда они раньше проносили фотоаппарат, никто на это не обращал внимания, а значит, таких требований не было.
Даже если бы и были, то не могли касаться всей территории завода.
"Уведомление пришло только вчера".
Английский акцент лейтенанта был немного неестественным:
"Если вы откажетесь от досмотра, то не сможете покинуть это место".
В этот момент два вооруженных охранника неподалеку тоже сделали шаг вперед.
Очевидно, что договориться не получится.
Они вдвоем, изображая безысходность, бросили три сумки на стол:
"Побыстрее, мы торопимся".
Один из охранников вытащил содержимое сумок и разложил на столе для досмотра, а лейтенант начал обыскивать их самих.
К счастью, Лу Цзивэнь спрятал вещи достаточно надежно, и ничего подозрительного обнаружено не было.
В этот момент охранник взял фотоаппарат и попытался открыть заднюю крышку.
Если открыть крышку недоснятой пленки при свете, она будет засвечена и испорчена, поэтому Суй Дунсин сразу же протянул руку, пытаясь помешать этому.
"Нельзя открывать, если открыть, то засветится и будет непригодна!"
Но охранник не собирался отпускать.
В конце концов, Суй Дунсин, хотя и со злым лицом, но неохотно отпустил руку.
Тот сразу же вытащил пленку и отбросил в сторону, вернув им только фотоаппарат.
"Твою мать..."
Взбешенный Суй Дунсин выругался по-китайски.
Конечно, кроме него и Лу Цзивэня, никто не мог понять.
"Теперь мы можем идти?"
Лу Цзивэнь вел себя относительно сдержанно, но в его голосе явно тоже чувствовался гнев.
Лейтенант кивнул и жестом приказал охранникам пропустить их.
Суй Дунсин, очевидно, хотел воспользоваться возможностью разыграть сцену и выпустить пар, но Лу Цзивэнь, опасаясь, что дело может затянуться, остановил его.
Только после этого они вышли за ворота IAI.
http://tl.rulate.ru/book/129535/5658325
Готово:
