Закончив разговор с Сюй Пинцзэном, Старый У вернулся в машину.
Что касается Бабича, то он сказал, что у него есть ещё кое-какие дела на достроечной набережной, поэтому не поехал с ним.
"Брат У, как всё прошло, успешно?"
Спросил Ян Юн, поворачивая ключ зажигания.
"Успешно..."
Старый У на мгновение задумался, как определить результат этой встречи.
Хотя ему и не удалось сразу убедить Бабича, но он добился существенного прогресса, и, что более важно, получил прибыль от фрахта с заказа "Варяга", который уже считал безнадёжным.
Хотя он и сказал, что запросит разрешение у начальства, но у начальства, очевидно, не было причин ему отказывать:
"Пожалуй, успешно..."
"Тогда куда мы дальше, в Крым, или..."
Машина медленно тронулась.
Согласно первоначальному плану, эта поездка была направлена на поиск ресурсов для отечественной программы авианосцев. После визита на Черноморский судостроительный завод следующим шагом были переговоры о покупке ключевой технической документации по системе подготовки пилотов "Нитка", и, наконец, поездка в Мурманск, чтобы попытать счастья в поисках безработных ветеранов, знакомых с работой авианосных групп.
Однако для Старого У самым важным из этих трёх пунктов был персонал Черноморского судостроительного завода.
Поэтому два других дела можно отложить.
Главное, что проект "Дружба" напрямую связан с Чан Хаонанем, и хотя плата за "голову" невелика, но цикл возврата средств очень короткий, практически деньги за товар (людей) платятся сразу.
Любой, кто когда-либо был подрядчиком у государства, знает, насколько это редкое явление.
В нормальных условиях, если удаётся рассчитаться к концу года, то это уже считается благодеянием, а задержки на три-пять лет тоже не редкость.
"Не спешим уезжать, нам ещё нужно побыть в Николаеве несколько дней, сначала найти жильё, а потом связаться с родиной."
Сказав это, У Ифань достал из бардачка атлас, напечатанный в советское время, нашёл страницу с Николаевом и начал изучать...
...
Несколько дней спустя.
Штаб-квартира недавно созданной Китайской авиационной энергетической группы.
Кабинет главного планировщика.
Чан Хаонань, держа в руках красно-синий карандаш, быстро делал пометки на документе, полученном утром из группы "Факел".
Документ, естественно, поступил от компании У Ифаня "Черноморская импортно-экспортная торговля".
В документе говорилось, что Черноморский судостроительный завод в целом удовлетворён условиями, предложенными китайской стороной, но, поскольку людям предстоит покинуть родину, они хотели бы получить более убедительные доказательства того, что эти условия реальны, а не являются "заманухой".
Во-вторых, группа "Лутрон" хотела разделить риски и передать Старому У некоторые ключевые судовые приборы и материалы, чтобы он переправил их по своим прежним контрабандным каналам.
С точки зрения Чан Хаонаня, обе эти просьбы были вполне разумными, и на них можно было согласиться.
Однако, согласно правилам, ему всё же нужно было получить разрешение у Дин Гаохэна.
Собрав разбросанные на столе документы в портфель, Чан Хаонань собрался позвонить Жу Ядань, которая ждала внизу, чтобы она подогнала машину.
Но как только он протянул руку, телефон зазвонил сам.
Он на мгновение замер, а затем взял трубку внутреннего телефона.
"Здравствуйте, я Чан Хаонань."
"Генеральный директор Чан, только что сообщили с проходной, что директор Дин из Комитета по науке и технике прибыл в нашу группу."
В трубке раздался голос Чжан Лянпина, заместителя начальника второго общего отдела канцелярии группы.
Так называемый общий отдел канцелярии, по сути, представлял собой команду секретарей руководства.
Согласно документу, изданному ранее, в ведомствах и учреждениях ниже министерского уровня не разрешалось иметь штатных секретарей.
После преобразования головной компании в группу, в ответ на призыв высшего руководства к деадминистратизации, секретариат канцелярии был переименован в общий отдел канцелярии.
Первый отдел работал непосредственно с генеральным директором, а второй отдел - с остальными шестью членами.
Что касается того, почему заместитель начальника отдела был назначен для работы с Чан Хаонанем, который занимал последнее место в руководстве...
Потому что во втором отделе было всего 7 человек, и все, кроме начальника, были заместителями начальника.
"Хорошо, я понял."
Чан Хаонань оглянулся в окно и действительно увидел чёрный "Ауди" Дин Гаохэна, зажатый между двумя другими "Сантанами", медленно въезжающий снаружи.
Уровень безопасности Старого Дина, как директора Комитета по науке и технике, был примерно таким же, как и у нынешнего Чан Хаонаня, и ещё не достиг того уровня, когда, куда бы он ни пошёл, его окружала толпа охраны.
Вполне логично, что он, как вышестоящий руководитель, имеющий отношение к деятельности группы, устроил "внезапный визит" через неделю после её официального создания.
Более того, Чан Хаонань не питал иллюзий.
У него были основания полагать, что Дин Гаохэн приехал специально к нему.
Потому что так совпало, что в последние два дня большинство членов руководства находились с инспекцией на подведомственных предприятиях.
Только он и ещё один главный бухгалтер, из-за наличия конкретной работы, не могли уехать и остались в штаб-квартире в Пекине.
Поэтому, немного подумав, Чан Хаонань снова вытащил уже упакованные документы и заодно встал, чтобы открыть дверь кабинета.
И действительно, всего через несколько минут Чан Хаонань услышал сигнал прибытия лифта на этаж.
Беспорядочные шаги постепенно замедлились, и, наконец, в кабинет вошёл только Дин Гаохэн.
"Директор Дин."
Чан Хаонань встал.
При визите руководителя он, естественно, не мог продолжать сидеть в офисном кресле, а вместе с Дин Гаохэном перешёл к дивану.
Заодно налил им обоим по чашке чая.
"Сяо Чан."
Дин Гаохэн взял чашку чая и, помешивая заварку крышкой, спросил:
"Как тебе работа в последнее время, справляешься?"
"Нормально."
Сказав это, Чан Хаонань сел на другой диван:
"Обычно утром я занимаюсь делами группы "Факел" или университета, а днём прихожу сюда. В конце концов, я уже более двух лет занимаюсь проектами в области авиадвигателестроения, и мне хорошо знакома эта сфера, поэтому я быстро вошёл в курс дела."
На самом деле, у генерального планировщика не должно быть слишком много работы, за которую он отвечает лично, и среди членов руководства это относительно свободная должность.
Но сейчас, когда группа только что создана, наступил особый период, и, конечно же, работы много.
Дин Гаохэн откинулся на спинку дивана, сложив руки перед собой, и слегка кивнул:
"Да... Тебе сейчас приходится разрываться на три части, это действительно большая нагрузка."
Чан Хаонань, видя такое положение дел, понял, что это ещё не всё, и поэтому не стал перебивать.
И действительно, через несколько секунд собеседник снова выпрямился:
"Как ты думаешь, если официально передать группу "Факел" под управление "Авиационной динамики" и сделать её дочерней компанией?"
Ещё до официального создания группы "Хан Фай" Дин Гаохэн говорил об этом -
первоначальное размещение группы "Факел" под Академией наук было временной мерой.
Потому что в то время влияние самого Чан Хаонаня было ограниченным, и в условиях реформирования государственных предприятий высшее руководство не могло специально для него создать новое государственное предприятие, а могло лишь использовать предприятие Академии наук, которое вот-вот должно было пройти процедуру ликвидации, для возрождения.
Но сейчас ситуация кардинально изменилась.
Положение Чан Хаонаня за последние два года взлетело, как ракета, он сам уже стал руководителем группы "Хан Фай", и, естественно, не было смысла и дальше держать группу "Факел" в системе Академии наук.
Просто Чан Хаонань не ожидал, что всё произойдёт так быстро.
Он думал, что самое раннее это случится в начале следующего года.
"С моей точки зрения, конечно, так лучше, это сэкономит много сил, но..."
Чан Хаонань немного поколебался:
"Группа "Авиационная динамика" только что создана, и если она сразу же начнёт отбирать предприятия у братских ведомств, не повлияет ли это на наш Комитет по науке и технологии..."
Предприятия, находящиеся в ведении Академии наук, относятся к системе Министерства науки и технологий, а группа "Хан Фай" - к системе Комитета по науке и технологии.
Хотя отношения между ними всегда были хорошими, но на нынешнем уровне Чан Хаонаня необходимо учитывать некоторые последствия.
Влияние Комитета по науке и технологии за последние годы и так сильно возросло, и ему не хотелось создавать впечатление чрезмерной властности.
"Об этом тебе не стоит беспокоиться."
Дин Гаохэн жестом прервал его:
"Когда создавалась группа "Факел", я договорился с Сун Цзянем, что, когда ты сможешь самостоятельно вести дела, независимо от того, в какой системе ты будешь, группа "Факел" будет передана под твоё непосредственное управление. Хотя Комитет по науке и технологиям уже преобразован в Министерство науки и технологий, и Сун Цзянь ушёл в отставку, договорённость всё ещё в силе."
"Кроме того..."
Дин Гаохэн немного понизил голос:
"Это решение, включая прошлогоднюю передачу Электронной технологической группы и Китайской машиностроительной группы под управление Комитета по науке и технологии, на самом деле продвигается сверху, я лишь отвечаю за исполнение."
"Судя по нынешним настроениям, если не произойдёт ничего непредвиденного, то при следующей реорганизации рейтинг Комитета по науке и технологии, скорее всего, поднимется на одну-две позиции и он станет одним из ключевых ведомств."
Глаза Чан Хаонаня слегка расширились.
Ещё на одну-две позиции вперёд, и это будет пятое или шестое место.
Если тенденция сохранится, Комитет по науке и технологии, скорее всего, досрочно лишится военной составляющей и полностью станет гражданским ведомством.
И Дин Гаохэн в таком случае, скорее всего, сделает ещё полшага вперёд и будет полностью курировать промышленность и информатизацию...
Для него это, конечно, хорошие новости.
http://tl.rulate.ru/book/129535/5658279
Готово:
