В тот же день, чуть позже, Чан Хаонань вместе с тем Ил-76, перевозившим двигатель, прилетел в Фучэн.
Чан Хаонань был здесь уже не в первый раз.
Он сидел на пассажирском сиденье грузовика, перевозившего двигатель, и, глядя на ворота института 624, невольно вспоминал, как приехал сюда в первый раз, более года назад.
Когда он проводил испытания РП14, именно здесь он усовершенствовал рабочий процесс оценки искажения полного давления на входе авиационного двигателя по национальному военному стандарту.
Поначалу он хотел лишь, чтобы процесс испытаний конкретной модели РП14 был регламентирован.
Однако, по стечению многих обстоятельств, этот документ, носивший характер руководства по эксплуатации, в конечном итоге стал основой и образцом для нового национального стандарта.
Последовавшая за этим серия эффектов бабочки напрямую изменила путь развития всей китайской авиационной промышленности...
Следует сказать, что за почти два года, прошедшие к настоящему моменту, он уже достиг результатов, намного превосходящих те, которые он ожидал сразу после перерождения.
Конечно, проекты, которые можно было легко и быстро реализовать, в основном уже были им завершены.
Но когда он в прошлый раз приезжал в институт 624, теоретическим директором и секретарем парткома все еще был Лю Чжэньсян, и среди тех руководителей, с которыми он тогда контактировал, вроде бы не было этого человека...
Звук тормозов грузовика и инерция вывели Чан Хаонаня из раздумий.
"Чан Цзун, снова здравствуйте."
Во главе стоял человек в темно-синем френче из шерсти и кожаной шапке.
К счастью, он быстро представился:
"Ли Жунзай, с конца прошлого года переведен из Шэнцзина на должность академика Лю Чжэньсяна."
Он вышел из машины с пассажирского сиденья, и несколько руководителей института 624, уже ожидавших здесь, поспешили навстречу.
Цзян Фухэ, главный конструктор института 624, ранее на совещании по рассмотрению проекта Turbofan 10 у них было некоторое взаимодействие.
В первоначальной временной линии, после завершения строительства испытательного стенда SB101, Лю Чжэньсян еще довольно долгое время занимал должность директора института 624.
И, неизвестно какими уговорами, добился от Ду Ишаня звания "совместного научного руководителя" для Чан Хаонаня.
Однако в этой жизни, возможно, под влиянием Чан Хаонаня, он уже перевел свои организационные отношения обратно в Кинхань Дасюй и стал профессором.
Поздоровавшись и немного пообщавшись, Ли Жунзай лично руководил персоналом, готовясь к разгрузке.
Остались только такие сложные проекты, как Turbofan 10.
"Когда раньше занимались РП14, я отвечал за разработку системы подачи топлива и масла, и на совещаниях по проекту несколько раз встречался с вами..."
Теперь, когда Чан Хаонань публикует статьи, в качестве автора для связи он указывает себя...
Что касается человека, идущего за Ли Жунзаем, то Чан Хаонань был с ним гораздо более знаком.
В общем, академик Лю, очевидно, собирался и дальше блистать в сфере образования, а этот новый директор Ли был одним из бесчисленного множества людей, затронутых эффектом бабочки.
Однако это, конечно, нельзя было показывать, поэтому Чан Хаонань все же тепло пожал ему руку.
Конечно, это всего лишь звание.
А Цзян Фухэ, неизвестно откуда, достал переплетенный бумажный материал и передал его Чан Хаонаню.
Такой наряд был незнаком Чан Хаонаню, но, судя по приветствию, он явно встречался с ним раньше.
Хотя самому Чан Хаонаню было всего двадцать с небольшим, в этот момент у него внезапно возникло таинственное чувство, что "ученики его повсюду".
"Чан Цзун, это предварительно определенное нами содержание испытаний, измененное в соответствии с последней версией национального военного стандарта, посмотрите."
Последний задал тон стандарту испытаний авиационных двигателей, но, в конце концов, он завершил только часть, касающуюся искажения на входе компрессора, что по объему работ не достигало и 10% от процесса испытаний двигателя.
Доработка и пересмотр остальных частей были проведены под руководством Лю Чжэньсяна, прямо в институте 624.
Поэтому даже сам Чан Хаонань не был до конца осведомлен о текущих этапах испытаний после обновления версии.
Для такой сильно измененной версии, как 9A-02, объем необходимых испытаний, хотя и меньше, чем у совершенно нового двигателя, такого как РП14, но все же не мог быть выполнен за несколько дней.
Только на просмотр списка необходимых испытаний Чан Хаонань потратил около получаса.
"Похоже, опять придется встречать Новый год в Фучэне..."
Чан Хаонань достал шариковую ручку, подписал свое имя в конце документа с программой испытаний и с некоторой досадой сказал.
Цзян Фухэ взял документ в руки и убрал его, услышав такое замечание, он с любопытством поднял голову:
"Чан Цзун раньше встречал Новый год в Фучэне?"
Чан Хаонань в прошлой жизни действительно не раз встречал Новый год в Фучэне, но все это было в Девятом институте.
Конечно, о таких вещах говорить было нельзя.
"В Фучэне нет, но из-за работы мне часто приходилось встречать Новый год вне дома."
К счастью, собеседник спросил просто так и не стал продолжать эту тему.
……
Пока они болтали и оформляли необходимые документы, прототип 9A-02 был снят с платформы и медленно перемещался по рельсам внутрь испытательного цеха высотного стенда.
Чан Хаонань поспешил следом.
Не пройдя и нескольких шагов, он зорким глазом заметил, что по соседним рельсам изнутри вывозится двигатель гораздо меньшего размера.
"Здесь сейчас есть другие испытательные задачи?"
Чан Хаонань некоторое время смотрел на маленький двигатель, размер которого составлял примерно четверть от РП-9А, но не смог определить конкретную модель.
В 98 году в Китае было всего несколько моделей авиационных двигателей, и к большинству из них он прямо или косвенно приложил руку.
Появление модели, о которой у него не было особого впечатления, вызвало удивление.
"О, это улучшенная модель, РП-6D, разработанная нашим местным заводом Жунфа."
"Разве это не двигатель для И-6, его все еще модифицируют?"
Чан Хаонань был поражен.
РП-6 был очень старой моделью, разработанной еще в 1966 году, так что неудивительно, что он не сразу ее узнал.
Но на дворе 1998 год, и он все еще видит улучшенную модель двигателя из поколения дедов?
"И-6, конечно, давно снят с производства, но ведь есть еще Ш-5, который его использует..."
Цзян Фухэ, шедший на полшага позади, объяснил:
"Изначально, компания Хунду с конца 96 года разрабатывала Ш-5D, и сейчас он уже практически готов."
"Но поскольку прогресс в разработке улучшенной модели ИБ-7A в Хойкине намного превзошел ожидания, и скоро он сможет быть на 100% отечественным, эта модель, вместе с двигателем РП-6D с увеличенной тягой и продленным ресурсом, потеряла свою нишу и перешла в разряд технических резервов..."
"Ш-5D..."
Честно говоря, с момента перерождения Чан Хаонань ни разу не вспоминал об этой модели.
Только после слов Цзян Фухэ он вспомнил, что Ш-5D, как последняя серийная модель Ш-5, изначально должен был быть запущен в производство в 1998 году и снят с производства только в 2012 году...
Конечно, в нынешней временной линии у него, скорее всего, больше не будет шанса на серийное производство.
Жаль только корпорацию Хунду, у которой и так было всего два основных продукта (У-6 к этому времени был снят с производства, в реальности производство возобновилось в 2015 году), а теперь еще и один из них был безжалостно вытеснен потоком времени...
Тем не менее, эта модель, разработанная на базе И-6, по сути, является специфическим решением для конкретной ситуации в конкретный период.
В нынешних условиях, когда вот-вот наступит 21 век, даже Чан Хаонань не смог бы выжать ничего особенного из этого старого самолета...
В лучах заходящего солнца в Фучэне два двигателя, один входящий, другой выходящий, пересеклись на соседних транспортных путях.
Как две эпохи китайской авиационной промышленности.
http://tl.rulate.ru/book/129535/5604890
Готово:
