— Оставим пока программное обеспечение, у меня есть еще один вопрос, — как ученый, Лоренцо был довольно чувствителен к подобным замечаниям, и на его лице все еще читалось смущение. — Я заметил, что в ваших результатах численных расчетов положение обледенения на поверхности крыла выглядит смещенным назад и вверх по сравнению с обычным. Это так?
— Да, это так, — кивнул Чан Хаонань. — В ходе наших лабораторных исследований мы обнаружили, что от момента столкновения СКВ с поверхностью крыла до завершения процесса обледенения требуется всего около 0,001–0,1 секунды. Это говорит о том, что обледенение при ударе переохлажденных крупных капель воды происходит в результате гораздо более быстрого и сложного термодинамического процесса, совершенно отличного от механизма, обычно рассматриваемого в исследованиях, где капли размером в десятки микрон сначала образуют водяную пленку, а затем претерпевают фазовый переход в результате двухфазного теплообмена.
Он, следуя вопросу Лоренцо, вернулся к обсуждению технических аспектов.
Все, что он хотел сказать, уже было сказано. Хотя немедленного эффекта ожидать не приходилось, по крайней мере, представители ЕС начали ощущать давление и понимать, что некоторые китайские компании уже очень недовольны этой дискриминационной политикой и имеют средства для борьбы с ней.
Фундаментальная логика всех вещей в мире едина.
Например, если добиваться мира борьбой, то мир сохранится, если же добиваться мира уступками, то мира не будет.
Борьба может быть ради мира, а блокада — ради обмена.
Только когда ты сам способен на равноценную технологическую блокаду, другие будут готовы с тобой на равных общаться.
Вот почему простой путь «рынок в обмен на технологии» невозможен.
— Значит, это результаты, полученные с использованием ваших новых моделей теплопередачи и динамики?
— Именно. Наше программное обеспечение может обрабатывать любые ситуации с каплями размером до 1000 микрон, — Чан Хаонань похлопал по гудящему серверу рядом с собой. — Позже мы распечатаем 3D-модели с компьютера и передадим их вам троим. Когда будете в самолете, сможете сами сравнить фактическое обледенение с нашими расчетными данными.
Лоренцо нахмурился, понимая, что все не так просто.
Во время первого раунда переговоров Чан Хаонань упоминал о «необходимости разработки совершенно новых исследовательских методов и даже теоретической базы».
Тогда Лоренцо посчитал, что это перспективы исследования, которые они должны будут реализовать совместно.
Но теперь оказалось, что это уже готовые результаты чужой работы, и никакая внешняя помощь не требуется…
Более того, этот молодой человек осмелился предложить им сравнить результаты на месте, что явно свидетельствовало об уверенности в точности своих данных.
Лоренцо даже предположил, что китайская сторона, вероятно, уже провела множество подобных летных испытаний, и сейчас просто демонстрирует им свои достижения.
Надо сказать, что, хотя старый профессор и нафантазировал себе много несуществующих деталей, в конечном итоге он оказался прав.
Это действительно была демонстрация возможностей, прямо в лицо!
Однако на этот раз он благоразумно не стал вдаваться в детали, а лишь молча прикидывал, насколько велик разрыв между ними в этой области…
Зато Коломбо озвучил свои сомнения:
— Кстати, господин Чан, вы упомянули, что условия испытаний — капли диаметром 400 микрон и температура -30°C. Но в прошлый раз, во время испытаний естественного обледенения, нам потребовалось более двух недель, чтобы дождаться подходящих погодных условий. Сейчас уже вторая половина февраля, погода в Хойкине в последнее время довольно хорошая. Неужели мы действительно столкнемся с такими суровыми условиями?
Будучи бывшим руководителем среднего звена в компании «Агуста», Коломбо, хоть и занимал управленческую должность уже несколько лет, все же имел техническое образование и прекрасно понимал, что упомянутые Чан Хаонанем условия испытаний — крайне неблагоприятные погодные условия, которые редко встречаются даже в районе Великих озер, а в других местах — и вовсе раз в несколько лет.
EMB-120 просто не повезло попасть в облако, содержащее смесь переохлажденных капель и кристаллов льда.
— Конечно, это невозможно, — Чан Хаонань как раз искал способ плавно перейти к следующей теме, и вопрос Коломбо пришелся как нельзя кстати. — На самом деле, хотя СКВ и распространены, переохлажденные капли размером менее 200 микрон встречаются чаще. Но у нас появились новые технические средства, и нам больше не нужно ждать милостей от природы.
— Новые технические средства — это… — Коломбо немного замялся, не зная, раскроет ли собеседник такую информацию.
Но Чан Хаонань только этого и ждал:
— Много слов не нужно. Результаты моделирования обледенения вы уже получили. Теперь я покажу вам наши «новые технические средства».
Услышав это, все трое удивленно переглянулись.
Никто не ожидал, что Чан Хаонань, который всегда был с ними настороже, на этот раз окажется таким сговорчивым.
— Прошу за мной.
Покидая серверную, сотрудники не забыли раздать распечатанные результаты моделирования.
Группа из пяти человек, вместе с тремя сопровождающими сотрудниками службы безопасности и переводчиком, разместилась в двух армейских джипах «BJ212».
Сидящая на заднем сиденье Валери поморщилась от дискомфорта.
По дороге сюда эта продуваемая всеми ветрами и совершенно некомфортная машина доставила ей немало мучений.
— Чан, вы можете производить такие самолеты, как Xian MA60, почему же не приложить те же усилия к созданию хотя бы более-менее нормальной машины? — спросила Валери у сидящего на пассажирском сиденье Чан Хаонаня, крепко держась за поручень, чтобы справиться с тряской.
Этот вопрос застал его врасплох. Насколько он помнил, поездка на Xian MA60 не входила в программу пребывания европейской делегации в Хойкине.
— Вы раньше летали на нашем Xian MA60?
Валери кивнула и ответила чуть громче обычного:
— В прошлом году на авиасалоне в Чжухае я была внутри. Он, конечно, не взлетал, но определенно намного комфортнее этой машины.
— Ну… — Чан Хаонань не нашелся, что ответить.
Не мог же он сказать иностранным гостям, что из-за серьезной разобщенности между различными отраслями промышленности в Китае технологические достижения авиационной промышленности доходят до автомобильной с большой задержкой…
На самом деле, китайская сторона изначально планировала предоставить им несколько хороших импортных автомобилей, но Комитет по науке и технике, учитывая, что Хойкин не очень развитый город, и появление на улицах колонны роскошных автомобилей привлечет ненужное внимание, решил этого не делать. Вместо этого из 603-го института и 172-го завода им предоставили несколько «BJ212» в хорошем состоянии.
— Это потому, что вся система комфорта и эргономики салона Xian MA60 — дело рук «Агусты»… — к счастью, вмешался Коломбо, и Валери больше не возвращалась к этому вопросу.
Однако этот разговор напомнил Чан Хаонаню о беседе с министром Цзинь в поезде по дороге домой.
Он планировал начать продвигать «Проект точной обработки» сразу после окончания новогодних праздников, по возвращении в Пекин, но его внезапно вызвали в Хойкин, а последующие несколько дней он был так занят, что чуть не забыл об этом.
Примерно через полчаса обе машины, раскачиваясь, наконец, въехали на территорию 172-го завода и остановились у ворот сборочного цеха.
— Итак, позвольте мне представить вам самое важное оборудование для испытаний обледенения, — сказал Чан Хаонань, открывая дверь и выходя из машины. Он протянул руку в сторону цеха: — H-6AIT.
Из того места, где все вышли из машин, уже был виден большой цех, в котором стоял ничем не примечательный с виду среднеплан с одним крылом.
Все присутствующие были профессионалами, и даже трое европейцев узнали в нем прототип Ту-16, на базе которого был создан H-6.
— AIT… симулятор обледенения? — на этот раз первым сообразил Коломбо, и на его лице появилось разочарование.
— И это ваше секретное оружие? — спросил он.
Как бывший сотрудник «Агусты», Коломбо имел опыт, которого не было у многих специалистов по самолетам с неподвижным крылом.
В частности, он участвовал в испытаниях систем противообледенения несущих винтов вертолетов с использованием различных методов искусственного моделирования обледенения, поэтому самолет-лаборатория для моделирования обледенения не был для него чем-то новым.
Валери, которая работала в другой области, проявила некоторое любопытство.
На ее взгляд, этот самолет с подвесными контейнерами под крыльями больше походил на воздушный танкер.
— Конечно, — почти без раздумий ответил Коломбо. — Система противообледенения несущего винта A109 испытывалась именно с помощью этого самолета.
— С одной стороны, это предотвращает замерзание воды в трубопроводах в воздухе, а с другой стороны, позволяет регулировать диаметр распыляемых капель, изменяя подачу воздуха по принципу инжекции.
— Это наше специально разработанное распылительное устройство для моделирования обледенения в условиях СКВ.
Впечатляет.
Даже имея на руках образец, быстро скопировать его будет непросто.
Группа медленно вошла в сборочный цех. Модификация H-6 была почти завершена, оставалось лишь внести необходимые изменения в отсеки кормового стрелка и радиста.
— Вы имеете в виду, что мы можем наладить долгосрочное сотрудничество с Китаем в области летных испытаний в условиях естественного обледенения? — спросила Валери, представитель JAA, которая не очень разбиралась в технических деталях, просто следуя своей интуиции.
— Отличный вопрос, — ответил Чан Хаонань. — Это как раз связано с нашей уникальной технологией.
Как и ожидал Чан Хаонань, будучи профессионалами, трое европейцев быстро поняли суть после его объяснений.
— Мы можем проводить испытания на скорости до 180 м/с, — добавил он. — Это соответствует скорости… большого пассажирского самолета.
Он чуть не сказал «Airbus A380», но вовремя вспомнил, что это название еще не утверждено.
Услышав ответ Чан Хаонаня, оба европейца едва заметно напрягли мышцы лица, явно стараясь скрыть свое возбуждение.
Ранее они определили условия испытаний со скоростью 114 м/с, что превышает 400 км/ч.
Коломбо опешил:
— Дайте подумать… при испытаниях вертолетов мы не слишком обращали внимание на эту цифру…
Он знал принцип «сначала понизить, потом повысить»: чем более обычным им сейчас покажется этот самолет, тем больше они удивятся позже.
Да, Чан Хаонань собирался продать эту систему!
Главным образом потому, что он знал, что примерно через пять-шесть лет «Боинг» тоже создаст подобный продукт на базе KC-135.
Так что этот самолет — это как аренда целого пруда для рыбалки.
Согласно Чан Хаонаню, этот самолет мог нормально функционировать даже на скорости 750 км/ч.
В конце концов, все уже давно устали от FAA.
— Звучит многообещающе, но сможет ли один распылитель создать достаточно большое облако переохлажденной воды? Ведь нам нужно покрыть всю площадь самолета, — спросил он.
— Какова была ваша скорость во время испытаний?
Для Европейского Союза, который через 20 лет будет не в лучшей форме, это не имело бы большого значения, но в 90-е годы все было иначе.
— Погодите, — перебил его коллега. — Их самолет позволит нам полностью избавиться от монополии FAA на летные испытания в условиях естественного обледенения!
Если обещание Китая разработать систему противообледенения для ATR 42/72 можно назвать «дать рыбу», а совместные исследования обледенения и противообледенения с европейской стороной — «дать удочку», то…
— Подождите… — спустя несколько секунд он неуверенно ответил: — Примерно 110 узлов, то есть около 205 км/ч…
Если бы он читал произведения Лу Синя, он бы наверняка воскликнул:
«Какой же я был глупец! Я знал, что в США есть самолет для моделирования обледенения, но не знал, что этот — намного круче…»
Если эта цифра не сильно преувеличена, то этот самолет можно использовать для испытаний обледенения не только винтовых самолетов, таких как Xian MA60, но и реактивных.
Ведь, судя по прошлому опыту, обледенение крыла чаще всего происходит на средних и малых высотах и скоростях, а при скорости более 750 км/ч проблема обледенения практически не возникает.
Затем француз, у которого тоже был KC-135F, быстро подключился к разговору.
H-6 на самом деле не такой уж большой самолет, а среднерасположенное крыло позволяло Чан Хаонаню дотянуться до топливного бака рукой:
— Достаточно, — ответил Чан Хаонань. — Согласно расчетам, одно такое устройство может создать водяное облако размером 50 на 50 метров. Если установить три таких устройства на крыльях и хвосте самолета, то площадь сечения увеличится до 120 на 40 метров. Этого хватит даже для… кхм… «Боинга-747».
Чан Хаонань, конечно же, понял, к чему клонит собеседник, но он и сам собирался рассказать им об этом.
— В полностью развернутом состоянии его размер составляет 1,5 метра, — продолжил он. — Он состоит из 68 двухфазных форсунок, которые могут распылять однородный водяной туман со средним размером капель от 25 микрон до 1 миллиметра с отклонением не более 20% на скорости до 750 км/ч и высоте до 5000 метров.
На первый взгляд, это было обычное описание, но на самом деле оно было очень целенаправленным.
Это позволило бы «Эйрбасу» и JAA полностью отказаться от испытаний на обледенение в районе Великих озер в Северной Америке и проводить их в Европе.
Это было еще одно устройство, принцип работы которого прост, но которое требовало огромного количества данных испытаний для оптимизации перед применением в инженерной практике.
Как и предыдущее программное обеспечение для моделирования обледенения.
Лоренцо, следовавший за Чан Хаонанем, тихо спросил Коломбо на ломаном итальянском:
— Что он имеет в виду?
Его реакция была примерно такой же, как у Джима Хэка, когда он услышал, что бывший премьер-министр умер, не дописав свои мемуары.
— Росси, ты ведь видел в США тот C-130, переоборудованный для моделирования обледенения? — спросил Лоренцо.
Там сейчас устанавливалось устройство, похожее на решетку.
— Как я уже говорил, — продолжил Чан Хаонань, постукивая по корпусу топливного бака, — этот распылитель содержит 68 двухфазных форсунок, которые могут одновременно распылять газ и жидкость. В рабочем состоянии вода течет по внутренней стороне двухслойной коаксиальной трубы, а снаружи ее обволакивает горячий выхлопной газ, отбираемый от двигателя.
— Скорость? — Лоренцо попытался выведать интересующую его информацию обходным путем.
А хуасяжэнин в этот раз испытывали настоящий самолет с неподвижным крылом.
В общем, после завершения сегодняшнего осмотра, вечером того же дня Лоренцо нашел развеселившегося Шнайдера.
Лоренцо знал о C-130AIT только понаслышке, поэтому многие детали ему были неизвестны.
Но этот вопрос был как раз то, что нужно Чан Хаонаню.
В цехе остался только шум работающих электроинструментов.
Этот H-6AIT и C-130AIT, который он видел раньше в Северной Америке, были совершенно разными вещами.
В конце концов, самолет AIT строится на десятилетия, системы распыления воды в любом случае достаточно, никакой технической итерации не будет.
Нет смысла держать его при себе, чтобы потом он достался «Боингу».
Поскольку вертолеты не используют собственную скорость для создания подъемной силы, при испытаниях на обледенение больше внимания уделяется скорости вращения несущего винта.
— Господин Лоренцо, это не обычный самолет AIT, — сказал Чан Хаонань. — Господа, прошу за мной.
Коломбо наконец понял, почему Лоренцо задавал ему эти несколько неожиданные вопросы.
Услышав этот ответ, Лоренцо задумчиво кивнул.
А3ХХ, то есть предшественник будущего А380.
Европейский Союз в те годы был похож на молодого человека, только достигшего совершеннолетия, который отчаянно хотел доказать, что может быть полностью независимым от США во всех областях и на всех уровнях, поэтому ему очень нужны были такие вещи, которые «арендуют целый рыболовный пруд».
— Зона распыления воды размером 120 на 40 метров может быть использована даже для испытаний нашего будущего A3XX! — добавил он для убедительности.
Только видавший виды Лоренцо не выказал никаких эмоций, лишь заложил руки за спину и, подняв голову, пристально смотрел на то место в хвостовой части топливного бака, где должен был находиться заправочный конус.
Они точно заинтересуются.
Более опытные Лоренцо и Коломбо обменялись взглядами.
— Господин Чан, — спросил Лоренцо, — разве вода в трубопроводе не замерзнет при температуре -30°C?
Последний можно использовать только на малых высотах в очень узком диапазоне скоростей около 200 км/ч (скорость сваливания C-130 составляет около 185 км/ч), поэтому он в основном подходит только для нормальных условий полета вертолетов.
Уставший после целого дня осмотров Шнайдер, как и ожидалось, оживился:
— О? — переспросил он.
Коломбо, который только что был разочарован и даже немного пренебрежителен, заметно дернулся.
Чан Хаонань не обиделся на тон и выражение лица Лоренцо.
— Но чем это отличается от сотрудничества с FAA? — возразил Шнайдер. — Все равно главная роль будет не у нас.
— Нет, — покачал головой Лоренцо, — я имею в виду, что мы можем купить такой самолет и проводить испытания сами!
http://tl.rulate.ru/book/129535/5587682
Готово:
