— Раз это формальная магическая дуэль, ограничений куда больше, чем можно подумать. Главное — при стольких знатных зрителях мы обязаны сохранять хотя бы видимость достоинства.
У Дерека всегда было серьёзное выражение лица.
Спокойствие заразительно. Элленте стало стыдно за свои эмоциональные выпады минуту назад. Как бы она ни была загнана в угол — физически или морально, — от благородной леди всегда ожидают хладнокровия и чувства собственного достоинства.
Но Дерек, казалось, оставался невозмутим.
— Всё же… как бы мне ни было противно это признавать, леди Айселин превосходит меня.
— Не во всём. Вам просто нужно найти области, в которых вы, мисс Элленте, сильнее»
Дерек говорил твёрдо, без тени сомнения или тревоги.
Казалось, он заранее предвидел даже такие горячие возражения со стороны Элленте. Для неё Дерек, простолюдин, теперь выглядел как бывалый мастер.
— Неужели все эти изнурительные тренировки до сих пор были бессмысленны? Они заложили основу для победы над леди Айселин. Теперь осталось лишь главное.
— Что, вы подготовили что-то ещё?
— …Я же говорил, что мне нужно проверить вашу волю, не так ли?»
Когда Дерек посмотрел на Элленте ещё серьёзнее, она сглотнула.
Несмотря на её реакцию, он продолжил спокойно:
— С этого момента начнётся настоящий ад. Вы должны идти за мной вплотную».
Если грядущее — настоящий ад, то что же было до этого?
Элленте начала видеть в мальчике перед собой льва с косой.
Но после такого скандала отступать было уже поздно.
Проезжая по бескрайним лугам владений графа Бельмиарда, с раннего утра можно было увидеть крестьян, обрабатывающих поля. Пшеничные нивы, вступающие в пору жатвы, простирались по всей равнине.
Пересекая Болеронские равнины — главную житницу западного континента, — вдали можно было разглядеть массивную крепость. Поскольку она контролировала всё юго-западное побережье, военная цитадель содержалась в безупречном порядке.
— Цок-цок, цок-цок.
Фельмир ехал уже довольно долго.
В конце концов, этот наёмный проходимец теперь отвечал за обучение магии, так что ему здесь делать было нечего.
Лишь небольшое отклонение от маршрута. Раз уж так вышло, он заехал в поместье Бельмиарда, чтобы наверстать упущенную работу и доложить графу текущую ситуацию.
В отличие от рисовых полей, по мере приближения к крепости атмосфера становилась всё мрачнее.
Вдоль гряды холмов, следующих за южным побережьем, стояли дозорные вышки, а когда вдали начали вырисовываться горные хребты, вдоль дороги замелькали флаги и солдаты, небрежно сжимающие оружие.
Подъехав ко входу в крепость, Фельмир увидел, как выстроившиеся солдаты прервали попытку остановить его.
— И-го-го!
— Щёлк.
Направляясь к шпилю в сердце цитадели, он заметил человека, наблюдающего за солдатами, занятыми парадными учениями к предстоящему фестивалю.
Он выглядел довольно молодым для своей должности. Мелкие морщинки выдавали прожитые годы, но в его глазах всё ещё горела энергия, нехарактерная для других знатных особ королевства. Широкие плечи и крепкое телосложение выдавали в нём действующего военного.
Это был Тристан Анельт Бельмиард — граф этих земель.
Даже главы графских домов в столице склоняли головы перед этим пограничным графом, человеком с безупречной репутацией в Западной империи.
— А, Фельмир! Ты вернулся из Эбельштайна?
— Рад видеть вас в добром здравии, граф. Я думал, вы будете в поместье, а не здесь, в крепости.
— Ты что, считаешь, я могу сидеть сложа руки, макая перо в чернила? Тело тоже нужно тренировать.
Граф Бельмиард славился щедростью и заботой о подчинённых, но, как бывший военный, он обладал врождённой харизмой. Он был из тех, кто поддерживает своих и беспощаден к врагам.
— Слишком давно я не видел лицо моей дочери Элленте. Когда это сокровище было рядом, смех не заставлял себя ждать. Как она поживает в Эбельштайне?
— Всё хорошо. В последнее время она берётся за множество задач и усердно тренируется в магии.
Фельмир на мгновение заколебался, но решил пока не упоминать о наёмнике по имени Дерек. Лучше оставить это расплывчатым.
Он не мог предсказать, как граф отреагирует на новость, что его дочь учится магии у простого наёмника. Фельмир считал увлечение Элленте Дереком временным отклонением.
В конце концов, она наняла его лишь из-за соперничества с леди Айселин, а мысль о том, что её опередит какой-то простолюдин, была ударом по её гордости.
— Это прекрасно. У меня есть дела в Эбельштайне по поводу таможенных вопросов на юго-западном торговом пути. Я собирался отправить сообщение через чиновников в графском поместье, но раз уж ты здесь, в этом нет нужды.
— В самом деле?
Однако Фельмир не знал, что граф Бельмиард уже готовился к визиту в Эбельштайн.
Для знати юго-запада поездки в Эбельштайн не были редкостью, но столь внезапные визиты случались нечасто.
— Пожалуй, предупреждать её не стоит. Иногда неплохо порадовать моё сокровище Элленте неожиданным подарком. Но вот что привезти — надо подумать.
— И всё же, возможно, стоит предупредить… Леди Элленте будет вне себя от радости, я уверен.
— Я также хочу посмотреть, как она адаптировалась к жизни в чужом поместье. Отцовское беспокойство — вещь неизбежная, не так ли?
Граф Бельмиард бывал в знатном квартале Эбельштайна не раз.
На поверхности это казалось райским уголком для аристократии, но за фасадом скрывались жёсткие соперничество и интриги.
Как не волноваться за дочь в таком месте? Он регулярно отправлял ей подарки, припасы и способных слуг, но родительскому сердцу этого всегда мало.
Элленте, приезжая в графское поместье, с беззаботным видом рассказывала о своих днях в Эбельштайне.
Но граф Бельмиард знал: его дочь повзрослела. Вполне возможно, она намеренно держалась бодро, лишь бы отец не волновался из-за её жизни вдали от дома.
С точки зрения графа, поводов для беспокойства хватало. Он отлично понимал: хотя разумом она давно стала взрослой, в душе всё ещё оставалась ребёнком.
Если герцог Дуплейн был суровым и властным патриархом, то граф Бельмиард — великодушным, но прямым человеком. Он был из тех, кто без раздумий менял планы, лишь бы проведать дочь, и готов был дурачиться, если дело касалось её.
— Раз так, перенесём график. Ты, Фельмир, отправишься со мной в Эбельштайн в день моего отъезда.
— …Вы уверены, что это правильно?
Фельмир не смог скрыть озабоченности.
«Время, как стрела, Дерек» — так начиналось письмо от его наставницы, Катии.
Дереку нравилось это сравнение.
Стрела, выпущенная из лука, летит только вперёд — так и время не повернёшь вспять. Оглянуться не успеешь, а день, сезон, год уже прошли. Казалось, эта фраза идеально описывала его жизнь.
То же самое он чувствовал, обучая леди Элленте. Не успел оглянуться — прошло больше двух недель.
Дерек обещал сделать её победительницей в поединке с Айселин, но главное зависело от её собственной воли. Справится ли она с его методами — другой вопрос.
— Скрип, скрип.
Прислонив голову к стене трясущегося экипажа, Дерек читал письмо, а краем глаза видел леди Элленте, распластавшуюся в углу.
Не в роскошной карете, к которой она привыкла, а в потрёпанном фургоне, где обычно ездили наёмники, покрытом пылью и грязью.
В этом старом, видавшем виды экипаже, в котором благородной леди из графского дома нечего было делать в принципе.
Одетой не в пышные платья, а в лёгкую, удобную одежду, накинув сверху мантию.
Со стороны девушка выглядела настолько измотанной, что можно было усомниться в её знатности. Впрочем, её статус тщательно скрывался.
Дерек бросил на Элленте взгляд, затем снова углубился в письмо.
«Прошло почти два года с моего отъезда из Эбельштайна, а связь наладилась лишь сейчас. С тех пор как я прибыла во владения Эльвестер, работа поглотила меня целиком, и только теперь появилась передышка. Графиня Фрейя, которую я взялась обучать, оказалась куда более усердной ученицей, чем я ожидала. Порой кажется, что я живу лишь ради её уроков.»
«Теперь, когда появилось свободное время, я вспоминаю дни, когда бродила по тавернам Эбельштайна и учила тебя магии. Тогда я жила не так комфортно, зато была свободна.»
— У тебя такое лицо, будто читаешь любовное письмо.
— Очнулась?
— О чём ты? Я всё прекрасно осознаю.
Элленте пыталась сохранить гордость, но подняться так и не смогла. Что неудивительно.
За эти две недели Дерек провёл её через лабиринты на окраинах Эбельштайна. Не самое подходящее развлечение для благородной леди.
Даже опытные искатели приключений тщательно готовятся, прежде чем войти в глубь лабиринтов — обители демонических существ.
Хотя Дерек вёл её лишь чуть дальше входа, пережитое там заставило Элленте ощутить страх, граничащий со смертью.
Разумеется, если бы ей действительно угрожала опасность, Дерек не смог бы избежать последствий, поэтому он взял с собой Джейдена — наёмника ещё более опытного, чем он сам, — а на всякий случай и Фелинн. Сам Дерек мог пройти начало лабиринта без проблем, но он предусмотрел все возможные риски.
Тем не менее, то, что увидела Элленте за эти две недели, было настоящим адом.
…
На самом деле, способ превратить Элленте в бойца реального боя был прост: дать ей этот самый реальный бой.
Дерек хотел показать ей жестокую и грубую реальность сражений — то, чего никогда не испытают те, кто связан строгими правилами.
Одно дело — убить случайного монстра на окраине Эбельштайна, и совсем другое — погрузиться в лабиринт, где они плодятся, и устроить кровавую бойню.
Кровавые сцены, где в воздухе мелькают топоры и мечи.
Сколько бы защитных заклинаний ни накладывала на себя благородная леди перед выходом из поместья, вид этой отвратительной жестокости заставит дрожать от ужаса любого. И дело не в её собственной безопасности.
В конечном счёте, Дерек стремился развить её «взгляд».
Точнее, широту восприятия.
Огромная разница, которую Элленте ощущала в спаррингах с Дереком, заключалась именно в этом.
Для него, прошедшего через отчаянные битвы, этот идеально организованный поединок, где ценится лишь достоинство, был не более чем детской игрой в песочнице.
Тот, кто видел мир шире, легко осваивает достижения низших уровней.
Тот, кто пробежал тысячу метров, знает, как пробежать сто. Конечно, нюансы могут отличаться, но основы усваиваются автоматически. Такова была разница между Дереком и Элленте.
Однако освоить эти, казалось бы, простые основы — задача не из лёгких.
Процесс обучения — не для изнеженных благородных дам.
Поэтому Дерек снова и снова спрашивал Элленте: готова ли она?
В первый день при виде кровавого лабиринта её вырвало. Она прислонилась к стене с дрожащими пальцами, но побледнела, увидев слизь на ней.
То же самое повторилось на второй и третий день. Три дня подряд она не могла сделать ничего.
Для девушки, выросшей среди антикварного искусства в роскошном поместье, прогулка по кровавым коридорам была настоящим адом. Шоковая терапия.
И всё же Элленте не сдалась. Теперь она уже не могла позволить себе отступить.
К четвёртому дню она стиснула зубы и начала атаковать монстров магией, а на пятый впервые убила одного.
Элленте, смотрящая на тёмно-синюю кровь с дрожащими руками, была впечатляющим зрелищем. Благородная леди, наконец понявшая, как низшие наёмники убивают чудовищ.
На пятый и шестой день… Она начала адаптироваться, но на седьмой, увидев в лабиринте огромного минотавра, снова едва не расплакалась от ужаса.
Фелинн, наблюдая, как знатная девушка разваливается на части, потом долго смеялась в таверне. При Элленте она изображала степенную наёмницу, но в душе, казалось, радовалась, видя, как аристократка теряет над собой контроль.
Но даже так Элленте упорно продолжала, каждое утро встречала Дерека, надевала мантию и уходила из поместья. Не позволяя даже слугам сопровождать себя, она растворялась в улицах таверн, чтобы узнать, что такое настоящая война.
Так Элленте стала той, кто смог пройти начало лабиринта.
Конечно, после целого дня боёв она была на пределе.
— Мисс Элленте, я принёс вам воды.
— С-спасибо… Вы так добры…
Фелинн, сидевшая в углу кареты с безмятежной улыбкой, протянула кувшин с холодной водой, и Элленте жадно прильнула к нему.
Казалось бы, добрая сцена, но Дерек, знавший её истинную натуру, лишь покачал головой.
Он снова взглянул на письмо.
«Как далеко ты продвинулся в магии? Порой мне интересно, остаёшься ли ты всё ещё учеником. Что бы кто ни говорил, ты был самым талантливым магом, которого я встречала за всю жизнь. Любой учитель мечтал бы о таком ученике, как ты».
«Вряд ли, но вдруг ты освоил магию более высокого уровня? Возможно, я переоцениваю, но думаю, ты способен на это. Графиня Фрейя недавно полностью овладела магией первого уровня. Видя её радость, я вспомнила тебя в детстве, и сердце согрелось».
«Если представится случай встретиться, покажи мне свою магию. Если я окажусь в западной части империи, я свяжусь с тобой. Твоя старая учительница, Катия Пламенное Сердце».
«Учитель, теперь и я трачу жизнь на обучение других, как когда-то вы.»
С этой мыслью Дерек отложил письмо и задумался.
Учить кого-то — само по себе полезно, и, как ни странно, это положительно влияло на его собственные магические навыки.
Повторение основ шло на пользу, а иногда, пытаясь улучшить магию ученицы, он оттачивал и свою.
Заклинания первого уровня, Ледяное копьё и Огненная стрела, казались более отточенными, когда он объяснял их Элленте, будто искал более изящные способы их применения.
Учить других — значит учиться самому?
Это неожиданное осознание помогло ему понять, почему магические наставники так одержимы поиском талантливых учеников.
— Мисс Элленте.
Хотя сейчас было не время для сентиментальных размышлений.
— До поединка осталось два дня.
— …
—Как вы себя чувствуете?»
Лёжа в карете, Элленте какое-то время молча смотрела на потолок, прежде чем с трудом ответить:
— Всё, как ты говорил, Дерек. Эти дни перевернули моё представление о многом. Я тренировалась без остановки и чувствую, что моя магия стала сильнее, чем раньше.
— …
— Но… я всё ещё не уверена, что смогу победить.
Элленте не могла скрыть тревогу.
Конечно, Дерек резко улучшил её мастерство, но хватит ли этого, чтобы превзойти Айселин?
Пока что среди знатных дам никто не мог сказать наверняка.
Остаётся лишь полностью довериться Дереку. Дуэль приближалась, и только он понимал её лучше всех.
Элленте глубоко вздохнула. Пришло время сразиться с леди Айселин.
Дерек, прислонившись к стене кареты, закрыл глаза, будто беззаботно.
— Леди Айселин, время вашего урока акварели.
Горничная вежливо постучала в дверь личной тренировочной залы Айселин.
Однако изнутри не последовало ответа. Присутствие ощущалось, но отсутствие реакции говорило о глубокой сосредоточенности.
Подумав, горничная решила войти — следующее мероприятие леди откладывать было нельзя.
— Простите, я вхожу.
Дверь со скрипом открылась, обнажив интерьер.
Внутри леди Айселин, уставившись в пустоту, бормотала заклинание. В воздухе витало что-то жутковатое.
Горничная, служившая Айселин с детства, потеряла дар речи.
Комната была наполнена синеватым магическим сиянием, контрастирующим с её чёрными, словно невесомыми, волосами. Следы магии в её светящихся глазах напоминали саму зарю.
Повсюду валялись фолианты Упорядоченной школы магии. Необычайный беспорядок для Айселин, обычно содержащей всё в идеальном порядке. Она была поглощена магией, растекающейся по комнате.
Её взгляд был устремлён не на потолок, а куда-то далеко — в небо. Мерцающие узоры магии напоминали звёздное небо.
Эта девушка была образцовой ученицей, проглотившей книги Школы Порядка до тошноты.
Максимы и теории Адельберта, основателя школы и первого, кто классифицировал уровни магии, жили в её сознании.
Она впитала их, перечитывая снова и снова, пока они не стали частью её самой, теперь проявляясь на кончиках её пальцев.
Адельберт, как гласила его биография, вдохновился иерархией магии, глядя на Большую Медведицу. Это была первая глава, которую юная Айселин прочла в детстве.
Упорядоченная система магии, регулируемая звёздами, защищала от хаоса и подчёркивала стройность теории. Его заклинания легли в основу не только Упорядоченной школы, но и всей магии в целом.
Поток магии, возникавший в глазах девушки, формировался и расширялся в этом строгом порядке.
Рождённая в знатной семье, одарённая необычайным талантом и усердием, магия Айселин превратилась в Млечный Путь звёздного неба.
— Ву-у-ух!
Внезапно магия собралась у неё в руках и разлилась по комнате, наполнив пространство звуками величественного оркестра. Её любимая симфония.
Зрелище огромного оркестра, играющего в маленькой тренировочной комнате, заставляло усомниться в реальности.
Однако величественная музыка длилась лишь мгновение, затем начала затихать, словно увядая, и наконец смолкла.
Девушка, казалось, ощущала напряжение от управления такой мощной магией. Это заклинание ей ещё не подчинялось.
— Ха… Ха… Опять не получилось.
Айселин упрекнула себя тихим, но чётким голосом.
Горничная, наблюдая за этим, не могла скрыть изумления.
То, что только что совершила девушка, было заклинанием второго уровня — «Слуховая иллюзия». То самое, которое Дерек самостоятельно освоил в четырнадцать лет.
— О, смотрите-ка, время! Я увлеклась. Опаздывать невежливо, надо спешить.
Только тогда Айселин заметила горничную.
Быстро поправив платье, леди Айселин поспешила из комнаты, а горничная лишь молча наблюдала.
http://tl.rulate.ru/book/129470/5936096
Готово:
