Глава 277.
Три шага, которые казались непреодолимыми, этими шагами, Кано ещё больше отдалил ту дестанцию, которая отделяла его между собой и ниндзя Конохи. Теперь между ними было уже десять шагов — достаточная дистанция, чтобы обезопасить себя. Его рука, лежащая на шее Рин, продолжала сжиматься, не давая ей нормально дышать. Она не могла говорить, но её состояние явно вызывало боль и дискомфорт.
На глазах у всех, прямо перед ними, человек, который для них был важен, оказался в руках врага. Рин балансировала между жизнью и смертью, и это осознание било по нервам присутствующих. Особенно это коснулось Обито, для которого Рин была больше, чем просто товарищем.
Его гнев закипал, как бурлящий вулкан, готовый вот-вот взорваться. Этот гнев был направлен на Кано, но, возможно, ещё больше — на самого себя, на свою беспомощность.
"Отпусти Рин, ты ублюдок!" — закричал он, не думая, подчиняясь лишь порыву ярости. Его рука, сжимающая кунай, дрогнула, и он шагнул вперёд, готовый броситься в атаку.
"Обито!" — одновременно вскрикнули Кушина и Какаши. Последний, находившийся ближе, мгновенно отреагировал: развернувшись, и точным ударом ноги сбил Обито с ног, заставив того упасть на землю. После чего, ловко присев, Какаши прижал его шею к земле, не давая тому подняться.
Кано наблюдал за этой сценой с холодной ухмылкой на губах. Обито, своими глупыми действиями, мог бы лишь усугубить ситуацию, но благодаря вмешательству Какаши он не успел ничего натворить. Тем временем, сам Кано слегка усилил хватку на шее Рин, отчего её лицо стало ещё более напряжённым, а дыхание — более затруднённым. Это изменение не ускользнуло от глаз Кушины и Какаши, что и заставило последнего так быстро среагировать.
"Какаши, что ты делаешь?!" — выдавил из себя Обито, яростно пытаясь вырваться. В его горящих гневом глазах, вспыхнул Шаринган, а вокруг зрачков появились два черных томоэ.
Полусидя над ним, Какаши продолжал давить, удерживая его. Его голос был полон едва сдерживаемого гнева: "Идиот! Ты хочешь, чтобы Рин умерла?!"
"Обито, успокойся!" — добавила Кушина. Но её собственный голос был напряжён, а кулаки сжаты так сильно, что на руках выступили вены. Она кусала губу до крови, пытаясь удержать себя в руках, но напряжение всё равно выдавало её состояние.
Кушина чувствовала это отчётливо. Злонамеренность, которая исходила от Кано, была почти осязаемой. Когда он усилил хватку, угроза, исходящая от него, стала явно ощутимой, как будто он действительно мог убить Рин в любую секунду. Это было холодное, бесчеловечное намерение, проникающее под кожу, и вызывающее дрожь.
"Как по твоему я должен оставаться спокойным?!" — Обито ослабил борьбу, но его голос звенел от отчаяния. Он смотрел на Рин, которая боролась за каждый вдох, и его глаза дрожали от эмоций.
"Если ты хочешь убить Рин собственными руками, то я тебя отпущу" — голос Какаши внезапно стал ледяным, а его слова обрушились на Обито, как гром среди ясного неба.
Эти слова, прямые и безжалостные, наконец заставили Обито остановиться. Его тело замерло, а взгляд стал менее дерзким. Он перестал бороться.
"Отпусти меня" — его голос изменился, стал более сдержанным, но в нём всё ещё чувствовалась глубина гнева и вины. Сейчас это была не просто просьба, в его словах звучала решимость, которая казалась ему чуждой ещё мгновение назад.
Какаши приподнял бровь, но, заметив изменение в тоне Обито, медленно отпустил его. Встав на ноги, он повернулся к Кано. Его рука, сжимавшая короткий клинок, окаменела от напряжения, а пальцы побелели из-за силы хвата.
Обито поднялся, глубоко вдохнул, стараясь успокоиться. Но взгляд, который он бросил на Кано, был полон жажды убийства и глубокой боли. Это был взгляд, который Какаши никогда раньше не видел у своего товарища. Он был пропитан ненавистью, но одновременно с этим в нём было что-то ещё — невыразимое чувство утраты и ответственности.
"Достаточно одного мгновения" — холодно произнёс Кано, не обращая внимания на их взгляды. Его голос был ровным, как будто он просто констатировал факт: "И я сломаю ей шею. Хотите проверить, кто быстрее?"
Его слова прозвучали, как глухой удар колокола, отзываясь в сердцах Кушины и её команды. Они молчали, а их взгляды были прикованы к Кано.
"И убедитесь, чтобы те трое из Киригакуре не вмешивались" — добавил он, указывая на Мей и её спутников: "В противном случае, результат будет тот же."
Его глаза, холодные и безразличные, пристально наблюдали за их реакцией. Это был вызов, брошенный с целью проверить их пределы.
Услышав слова Кано, Кушина, Какаши и Обито не сделали ни малейшего движения. Никто из них не собирался рисковать жизнью Рин ради необдуманных действий. Это ясно демонстрировало, насколько важен был их товарищ.
"Хорошо" — подумал Кано: "Значит, заложник имеет для них достаточную ценность."
"Шин, подойди" — Кано обратился к своему спутнику.
Шин, всё ещё потрясённый ловкостью и скоростью Кано, которые тот продемонстрировал, успев захватить Рин в столь короткий миг, осторожно поднялся. Он аккуратно держал Йенаху на руках и начал обходить Кушину и её команду, стараясь держаться на безопасном расстоянии.
Но стоило ему пройти всего несколько шагов, как ниндзя Киригакуре начали действовать. Ао, воспользовавшись моментом, когда Шин слегка расслабился, атаковал. Его ладонь, светящаяся голубым светом, нацелилась на точки чакры Шина. Благодаря своему Бьякугану, Ао мог точно видеть узловые точки чакры, что позволило бы ему быстро вывести Шина из строя, не причинив ему серьёзного вреда. Цель была ясна: захватить ещё одного заложника.
Мей и Кисаме, в свою очередь, были готовы поддержать Ао в случае, если что-то пойдёт не так.
Рука Ао уже почти коснулась цели, но внезапно между ним и Шином появилась тень. Раздался глухой звук — сильный удар ноги заставил руку Ао подняться вверх, отклоняя атаку.
"Что?" — Ао удивлённо нахмурился, собираясь контратаковать, но тут его взгляд встретился с вращающимся Шаринганом. Линия красного света описала дугу в воздухе, за которой последовало движение. Владелец Шарингана, с невероятной скоростью перевернувшись на земле, нанёс второй удар ногой прямо в живот Ао.
Бум! - Ао отлетел назад, выплюнув кровь. Его падение смягчил Кисаме, вовремя подхвативший товарища, чтобы тот не получил дополнительных травм.
Неожиданным героем оказался Обито. Он, к удивлению всех, проявил невероятную ловкость и силу, продемонстрировав мастерство, которого от него никто не ожидал.
Обито, балансируя на одной руке, плавно поднялся. Его глаза, в которых горел Шаринган уже с тремя томоэ холодно смотрели на ниндзя Киригакуре.
"Обито, ты..." — ошеломлённый Какаши, перевёл взгляд с Кано на Обито. Даже Кушина, казалось, была поражена его внезапным проявлением силы. Они даже и не заметили того, как Обито пробудил третий томоэ своего доудзюцу...
"Не двигайтесь" — голос Обито был холоден, а его взгляд — жёстким. Внутренне он пылал яростью, но внешне оставался спокоен. Эти слова, по сути, выражали намерение Кано, и Обито полностью уловил его посыл, встав между Ао и Шином.
Для Обито всё это сводилось к одному: он не мог позволить Рин пострадать, пока он жив. Если для этого нужно было встать у всех на пути, то так тому и быть.
В этот момент Какаши молча шагнул вперёд, оказавшись рядом с Обито. Он стоял с коротким клинком в руке, готовый в любую минуту поддержать товарища. Их взгляды встретились, и в них читалось общее понимание: они не могли позволить Рин пострадать.
Ао, с трудом удерживаясь на ногах, прижимал руку к животу. Его лицо исказилось болью.
"Эти дети..." — раздражённо пробормотал он.
"Ситуация не в нашу пользу" — холодно произнёс Кисаме, готовясь к бою.
"Согласна" — добавила Мей, нахмурив брови. Удар Обито ясно дал понять, что Коноха готова защитить Кано, несмотря на его статус нукенина. И то, что этот заложник для них оказался превыше всего.
Из-за действий Обито и последующего изменения ситуации, Кано ослабил хватку на шее Рин. Она начала дышать легче и даже смогла выдавить из себя слова.
"Не думайте обо мне! Забудьте обо мне!" — выкрикнула она, обращаясь к Кушине и остальным.
Но прежде чем она успела сказать что-то ещё, Кано снова усилил хватку, вновь перекрывая ей дыхание. Этот полный боли крик, лишь усугубил ситуацию для Кушины, Какаши и Обито, которые и без того были на пределе.
Шин, наконец, добрался до Кано, всё ещё держа Йенаху на руках. Он встал рядом с ним, создавая дополнительную защиту.
"Кано" — Кушина опустила голову, её голос был полон боли. Несколько мгновений она молчала, прежде чем медленно подняла взгляд. Её лицо, обычно полное силы и решимости, теперь выражало глубокую, невыразимую печаль.
http://tl.rulate.ru/book/129446/5947047
Готово:
