Глава 271.
Манда сосредоточил свой взгляд на Кисаме, словно поклявшись проглотить его целиком. Однако Кисаме, с его спокойным выражением лица, стоял перед гигантским змеем, не выглядя ни растерянным, ни подавленным. Ведь хотя змей был силён и устрашающ, Кисаме также нельзя было назвать лёгкой добычей.
Словно слон и муравей, Кисаме, несмотря на свой меньший размер и силу в сравнении с Мандой, был не тем, кого можно было легко задавить.
Пока Манда отвлекал Кисаме, Шин ощутил значительное облегчение. Он сосредоточился на сражении с двумя ниндзя, и теперь его преимущество стало очевидным.
На другом же конце поля боя, Йенаха, почти полностью истощившая свою чакру, оказалась в крайне опасной ситуации. Впрочем, даже несмотря на то, что её силы были на исходе, её решимость и готовность идти до конца заставляли Мей и Ао сохранять максимальную осторожность.
"Последние остатки чакры… Как я могу устранить этих двоих?" — Йенаха не отрываясь смотрела на противников. Со столь минимальным количеством чакры она не могла использовать ни одну полноценную технику. Поэтому, единственным оставшимся оружием были её отравленные сенбоны. В таком случае, как создать возможность для их точного попадания?
Мей бросила быстрый взгляд на Ао, и тот кивком дал понять, что готов к действию. Она сложила печати, и из её рта вырвался поток густого тумана с сильными кислотными свойствами, направленный на Йенаху.
Как только Мей начала действовать, взгляд Йенахи стал холодным и решительным. Она сделала шаг вперёд, закрыла глаза и, не боясь смерти, рванулась прямо в кислотный туман. Как только её тело вошло в него, она тут же ощутила жгучую боль, словно её кожу разрывали на куски.
С учётом того, что у противника был обладатель Бьякугана, ложная атака была бесполезна. Поэтому, чтобы повысить точность попадания сенбонов, Йенаха решила использовать туман Мей как прикрытие.
Кислотный туман начал действовать мгновенно. Сначала начала разъедаться одежда, затем кожа и лицо. Обожжённые участки становились ярко-красными, а из некоторых начал сочиться гной.
Стиснув зубы и игнорируя боль, Йенаха направила свои последние силы на атаку. Она выбросила восемь сенбонов, зажатых между пальцами, в заранее намеченное место. Затем сложила простую печать для техники Футона, и использовала её, чтобы сгенерировать поток воздуха, оттолкнувший её вниз и выведший из тумана.
Её измождённое тело, вырвалось из кислотного тумана и рухнуло на землю.
Её отчаянная атака — это всё, что у неё осталось. Используя собственную решимость и кислотный туман врага, она вложила в эти восемь сенбонов всю свою последнюю надежду.
Сенбоны, окрашенные в тускло-зелёный цвет, пронзили кислотный туман, летя прямо к Мей, и та, похоже, даже не осознавала нависшей над ней опасности. Если бы не Ао… Если бы не его Бьякуган…
Ао не терял времени — он пнул Мей в бок, отбрасывая её в сторону. И используя инерцию, отскочил назад сам. В итоге, восемь смертоносных сенбонов пронеслись мимо, пронзив несколько деревьев.
Даже несмотря на то, что сенбоны не были усилены чакрой, а туман их скрывал, Бьякуган позволил Ао увидеть момент их броска. Благодаря чему, в решающий момент он спас Мей, хотя и сделал это довольно грубым способом.
Мей, оказавшаяся пинком отброшена в сторону и в воздухе сделавшая кувырок, приземлилась на ветку дерева с выражением шока и злости. После чего она метнула разъярённый взгляд на Ао, который стоял неподалёку.
"Ты что, совсем? Неужели не было другого способа?" — выкрикнула она, возмущённая его действием. Но её внимание тут же обратилось к сенбонам, застрявшим в деревьях. После чего она поняла, почему Ао поступил именно так.
Однако, даже осознавая это, она всё равно продолжала чувствовать раздражение, и потирая ушибленное место, пробурчала: "Нельзя было пнуть куда-нибудь ещё?"
Ао промолчал, а его взгляд сосредоточился на Йенахе, лежащей на земле.
"Она слишком жестока к себе" — сказал он.
Мей, несмотря на своё раздражение, не могла не согласиться. Она уважала Йенаху за её решимость. Ведь та прекрасно знала, насколько опасен кислотный туман, но всё равно бросилась в него, чтобы создать шанс для своей атаки. Впрочем, если бы это была Мей, которой она станет через десять лет, то Йенаха не успела бы даже бросить сенбоны — её бы мгновенно разъела кислота.
Йенаха лежала на земле, а всё её тело болело. Что уж говорить, даже её лицо и руки, которые были полностью открыты для воздействия кислоты, были сильно повреждены. Кожа на них была обожжена до красного мяса, с которого поднимался лёгкий белый дым.
Она понимала, что не может позволить себе упасть окончательно. Ведь время, которое она могла выиграть для Кано, было бесценным. И до тех пор, пока она могла стоять, она должна была продолжать бороться. Даже если у неё больше нет сил для сражения, она должна была выстоять. Если она могла отвлечь врагов хотя бы на мгновение, этого могло быть достаточно.
С трудом подавляя боль, онна подняла голову. Её пальцы дрожали, когда она вытащила несколько сенбонов из своего пояса и зажала их между пальцами. Раньше они казались лёгкими, почти невесомыми, но теперь их прикосновение было подобно иглам, впивающимся в её измождённые руки.
Когда Мей и Ао увидели, что Йенаха, несмотря на своё ужасное состояние, снова встаёт на ноги, между ними повисло молчание.
"Интересно, как обстоят дела у Мизукаге-самы" — тихо произнёс Ао, взглянув в сторону, где сражался Ягура. Шум боя там давно стих, и неизвестность будоражила его мысли.
"Закончим с ней" — сказал он, смотря на Йенаху. Его голос звучал твёрдо, но безжалостно: "Нанеси ей последний удар."
Мей глубоко вдохнула, будто собираясь с духом. Это был один из редких случаев, когда она задумалась перед тем, как нанести финальный удар врагу. Она смотрела на Йенаху, на её лицо, которое без своевременного лечения могло быть обезображено навсегда. И после секундного колебания она начала складывать печати.
Сострадание — это слабость, которой не должно быть у ниндзя на поле боя. Мей знала это. И всё же она выбрала более сдержанный подход. Поэтому, вместо использования своих опасных техник, она решила прибегнуть к технике Суитона.
Как только её руки начали складывать печати, Йенаха использовала последние силы, чтобы метнуть свои сенбоны в сторону Мей. Но та даже не отвлеклась. Она продолжала складывать печати, потому что знала — рядом с ней был Ао.
Ао, не теряя времени, ударом ладони отбил летящие сенбоны, которые, из-за истощения Йенахи, уже не обладали своей прежней скоростью и силой.
В этот момент Мей завершила свою технику.
"Суйтон: Техника Водяного Дракона!" - громадный водяной дракон с сияющими, словно рубины, глазами устремился к Йенахе, раскрыв пасть.
Йенаха смотрела на приближающегося водяного дракона, её лицо оставалось бесстрастным. Она начала складывать последние печати, чтобы использовать остатки своей чакры. Она знала, что не сможет остановить атаку, но рассчитывала хотя бы выдержать её, чтобы выиграть ещё немного времени.
Но в самый последний момент между ней и водяным драконом возникла фигура, окружённая искрящейся молнией.
Это был Кано.
Йенаха встретилась взглядом с его чёрными глазами. Он стоял прямо перед ней, его присутствие ощутимо отразилось в её измотанных глазах. Этот человек, который знал её так долго, который видел её в самых разных состояниях, теперь оказался здесь, в самый критический момент. В тот миг, когда он увидел её, стоящую среди хаоса, изуродованную, но всё ещё гордо выпрямленную, его сердце дрогнуло.
Кано пересёк поле боя всего в один миг и оказался перед Йенахой. На его лице промелькнула тень боли, но она тут же исчезла, уступив место решимости.
На его левом плече лежал безжизненный Ягура.
Правая рука Кано, трансформированная с помощью Мокутона, приняла форму гигантской деревянной ладони. После чего, он с ошеломляющей силой остановил водяного дракона, прижав его голову к земле.
Чакра водного элемента, которой был наполнен дракон, не разорвалась, а осталась в своей форме. Но ладонь из дерева, гораздо большая, чем обычная человеческая рука, удерживала дракона на месте, не позволяя ему двигаться дальше.
Мей и Ао смотрели на это в изумлении. Однако, их шок усилился ещё больше, когда они увидели, кого Кано несёт на своём плече. Это был Ягура — четвёртый Мизукаге.
Йенаха, посмотрев на Кано, стоящего перед ней, заметила, как его взгляд изменился. Даже мельчайший проблеск боли, который он пытался скрыть, не ускользнул от её глаз. Из-за чего её обожжённое лицо, несмотря на всю боль, исказилось в слабой, но искренней улыбке.
"Хорошо, что удалось выиграть время" — прошептала она, своим едва слышимым голосом.
Глаза Кано наполнились гневом. Его деревянная рука начала разрастаться, становясь всё больше, и вскоре полностью поглощённый водяной дракон исчез, словно растворился в воздухе. Затем, пальцы его деревянной руки трансформировались в острые шипы, которые, казалось, взорвались изнутри, устремившись к Мей и Ао...
http://tl.rulate.ru/book/129446/5938670
Готово:
