Глава 47.
Ветер внезапно стал холодным…
Вместо лёгкого бриза с едва уловимым ароматом налетели порывы, несущие увядшие, пожелтевшие листья. Они кружились в воздухе, пролетая над благоухающим ёканом. Посреди лета вдруг повеяло глубокой осенью, холодом, пронизывающим до костей.
Казалось, как бы она ни смотрела, как бы ни надеялась, он будет лишь неумолимо двигаться в противоположном направлении. И сейчас, глядя на его широкую спину, она чувствовала леденящий холод в сердце. Он не шутил. Каждое его слово было правдой. Значит, старик, всего несколько дней назад такой бодрый, сегодня превратился в горстку праха, потому что его убил именно Кано.
Кано холодно смотрел на выгравированное на надгробии имя, чувствуя, как меняется настроение девушки позади него, но при этом всё еще сохраняя бесстрастное выражение лица.
Губы Кушины несколько раз дрогнули, но она так и не произнесла ни слова. Подняв голову, она пристально посмотрела на его черные волосы, словно пытаясь прочесть его мысли. Она не была глупой. Сначала эти слова ее шокировали, но потом, видя, что он спокойно стоит здесь, она смутно догадалась о причине, о которой не хотела думать. Если Кано убил этого доброго старика, то значит, у него была на это веская причина. И о глубинной сути этой причины она знать не хотела.
"Зачем ты мне это говоришь?" – спросила она, едва сдерживая дрожь в голосе, словно уловив что-то важное.
В глазах Кано промелькнула тень досады. Похоже, даже так он не мог сломить упрямство этой девушки. Возможно, он был недостаточно тверд, и она все еще видела в нем своего прежнего товарища.
Бывают моменты, когда разум затуманен. Если бы можно было повернуть время вспять, то он бы не рисковал жизнью, спасая ее той ночью. Однако, раз уж он так решил, то нужно быть безжалостным, холодным, чтобы разорвать все связи.
Этой дружбе не следовало зарождаться…
"Ты навещала его несколько дней назад, поэтому я посчитал нужным сказать тебе, почему он сегодня здесь" – также холодно произнес он.
Кушина молчала. Казалось, она начала понимать. Понимать, что он намеренно отдаляется от нее. Но она не могла понять причину, и знала лишь то, что все изменилось после той ночи.
Той ночью он сидел под деревом, весь в крови, склонив голову, едва дыша, словно в любой момент мог покинуть этот мир. В тот миг он вошел в ее мир, но именно после той ночи она почувствовала, что он отдаляется.
Почему? Как бы она ни старалась, она не могла понять. Потому что Кано не принадлежал этому миру. Он был здесь чужим. Он хотел уйти, вернуться туда, где его место.
Кано развернулся и, пройдя мимо молчащей Кушины, зашагал прочь. Позади осталась могила под ивой, перед которой лежали три кусочка ёкана – его извинение перед стариком. Извинение за всё что было, и за то, что он больше сюда не вернется.
Человеческая память вечна. Даже если воспоминания стираются и становятся неразличимыми, похожие события могут пробудить их вновь. Время, проведенное со стариком, сделало почти забытые воспоминания кристально ясными. Он потерял дорогого человека. А второй дорогой человек все еще ждет его.
Кано ушел. Кушина стояла у могилы с печальным выражением лица, спустя некоторое время она сжала кулаки и твердо произнесла: "Пока ты сам не скажешь мне причину, я не отступлю."
........
Мелкие стычки, словно искры, наконец, раздули пламя. Ниндзя Ивагакуре, не сдержавшись, обнажили клыки и, устроив засаду, уничтожили сотню шиноби Конохи, охранявших границу. Этот дерзкий поступок вывел конфликт на новый уровень. Ведь когда дело касается основополагающих принципов, то любые оправдания теряют смысл. На их агрессию Коноха ответила прямым столкновением.
Третий Хокаге назначил Орочимару командующим, а Цунаде – его заместителем, и отправил их с войском в Страну Земли.
Со времени последней войны все страны успели восстановиться, а новое поколение ниндзя нуждалось в боевом опыте. Конфликт, спровоцированный Ивагакуре, стал отличной возможностью закалить молодых бойцов.
Эта война была неизбежна, вопрос был лишь во времени, и многие это понимали.
Сарутоби стоял на крыше резиденции Хокаге, сложив руки за спиной, и смотрел в сторону Страны Земли. Его взгляд был полон тревоги. Позади него же стояли несколько безмолвных Анбу.
"Если конфликта не избежать, то придется принять бой" – сказал он.
Анбу молчали, но соглашались со словами Третьего.
Сарутоби внезапно вздохнул, а в его глазах блеснул огонек, произнося: "Война жестока, но она закаляет людей. Я же возлагаю на них большие надежды."
"После этого конфликта их имена станут известны всему миру шиноби. Я в этом уверен" – вдруг раздался голос. Говорившим был мужчина с длинными белыми волосами.
Хирузен посмотрел на вошедшего и улыбнулся: "Они очень похожи на вас. И глядя на них, я всегда вспоминаю вас в молодости."
Это был Джирайя. Он почесал голову и усмехнулся: "Эта вспыльчивая девчонка действительно похожа на Цунаде. И талант у нее недюжинный. А тот хладнокровный мальчишка – вылитый Орочимару. Такой же гений. Но вот Минато на меня совсем не похож, он гений не хуже того мальчишки."
"О?" – Хирузен был удивлен. Джирайя, который всегда столь высокого мнения о себе, вдруг так себя принизил.
Встретив удивленный взгляд сенсея, Джирайя, ничуть не смутившись, посмотрел в сторону Страны Земли и серьезно сказал: "Я абсолютно уверен, что имя Минато прогремит на весь мир. И начнётся это с этой войны…"
На губах Хирузена появилась легкая улыбка. В его усталых глазах, казалось, возникла эта картина. Возможно, имя Минато действительно станет известно всему миру шиноби. Но и эта вспыльчивая девчонка, и Кано также обязательно добьются признания.
http://tl.rulate.ru/book/129446/5595385
Готово:
