Глава 36.
Ничья жизнь не важнее другой, но в своих глазах, собственная жизнь всегда ценнее.
Кано не знал, следит ли Орочимару за ходом их сражения, но вне зависимости от этого, у него не было сил, чтобы сообщить ему об отступлении. К тому же, он не верил, что Орочимару может быть задержан противниками, ведь даже та гигантская ящерица, размером не уступающая Манде, лишь с трудом сдерживала его натиск.
Приближались они осторожно, отступали так же. Первое – чтобы не быть обнаруженными, второе – чтобы избежать ранений. В такой сложной ситуации даже попадание одного куная могло привести к полному краху.
Останавливаться было нельзя. Даже контратаки и атаки приходилось проводить на бегу. И только благодаря своему клинку и неугасающему желанию жить, Кано превратился в острый нож, прокладывающий себе путь сквозь вражеские ряды.
Никто не мог его остановить. Любой, кто вставал у него на пути, в итоге превращался в бездыханное тело, развеваемое ветром. Клинок, сверкающий холодным блеском даже в непроглядной тьме ночи, навсегда врезался в память ниндзя Ивагакуре и ниндзя Страны Пепла.
Несмотря на все их попытки остановить его, несмотря на полное пренебрежение собственной жизнью, ничто не могло противостоять клинку Кано, наполненному непоколебимой волей.
"Я не могу умереть…" - беззвучно повторяя эту фразу, несмотря на то, что его руки ослабели настолько, что, казалось, в следующую секунду он выронит клинок, несмотря на то, что зрение застилала кровь, он изо всех сил наносил каждый удар. Потому что только так он мог уменьшить сопротивление, только так он мог донести до врагов свою непреклонную волю…
Волю к побегу!
Кано бежал впереди, и Кушина с Йенахой практически не испытывали давления со стороны противников. Глядя на то, как он рассекает врагов надвое, они, как никто другой, чувствовали его жажду жизни.
Бесстрашные враги, наконец, дрогнули. Некоторым людям невозможно противостоять, и даже замедлить их, кажется, невозможным.
Ступая по крови и телам, окружённый со всех сторон, Кано оставлял за собой кровавый след и взгляды, полные ужаса. Вместе с Йенахой и Кушиной он вырвался за пределы Страны Пепла, поставив точку в этой операции, которая из незапланированной превратилась в тщательно подготовленную засаду.
Ниндзя Страны Травы, ожидавшие их на границе, были ошеломлены, увидев их троих, залитых кровью, и они тут же поспешили им навстречу. Глядя на Кано, покрытого толстым слоем крови, они не испытывали отвращения. Напротив, они смотрели на юношу с глубоким уважением. Неважно, чья это кровь – его или врагов, – сам факт того, что он всё ещё стоял на ногах, вызывал восхищение.
У встречающих было много вопросов, но, видя Кано, который, сгибаясь под тяжестью ран, упрямо отказывался падать, и измученных, потерянных Кушину и Йенаху, они не могли произнести ни слова.
Так, первое сложное задание команды Орочимару закончилось провалом.
На следующее утро Орочимару вернулся на территорию Страны Травы. Он выглядел измождённым, но невредимым.
Несмотря на неудачу в захвате Кано и его спутников, враги не потеряли боевого духа. Вернувшись на поле боя, они сосредоточили все свои силы на Орочимару. И то, что он смог уйти невредимым из этой ловушки, в которую были вложены силы целой небольшой страны, лишь подтверждало его титул одного из трёх легендарных Саннинов.
Вернувшись, он лишь коротко сообщил о провале миссии, а затем, возможно, желая дать Кано и остальным спокойно залечить раны, хранил молчание.
Когда же раны Кано и Кушины почти зажили, он решил потребовать объяснений от руководства Страны Травы, но те его опередили, и выплатили обещанное вознаграждение. Этот простой жест заставил замолчать все недовольства.
Целью выполнения задания была награда, и раз она была получена, то какой смысл возмущаться? А если возмущаться бессмысленно, то какой смысл выяснять, была ли утечка информации случайной или намеренной?
Перед расставанием Йенаха подошла к Кано и спокойным, и ровным голосом сказала: "Я у тебя в долгу."
Кано посмотрел на неё, от прежней девушки не осталось и следа. Та жизнерадостная девушка словно осталась в той трагической ночи, подобно ему самому, который после внезапно повзрослел после битвы во время похищения Кушины – беспричинно и жестоко.
"Ты должна благодарить своего отца. И я тоже должен его благодарить" – так же спокойно ответил он.
В ту ночь, когда он, превозмогая физическую и душевную боль, прокладывал себе путь сквозь врагов, оставляя за собой кровавый след, он был обязан своим спасением Шимуки, который, жертвуя собой, использовал свою последнюю технику. Если бы не тот порыв ветра, то их жизни точно бы угасли в той непроглядной тёмной ночи.
В глазах Йенахи промелькнула печаль, быстро сменившаяся мертвенным спокойствием.
Это выражение лица, этот взгляд…
Кано словно увидел в них себя прежнего.
"Выжить – вот что главное. Так сказал мне один очень важный для меня человек." - он не хотел вспоминать, поэтому резко развернулся и пошел вслед за ожидавшими его Кушиной и Орочимару.
Выжить – вот что главное… В мертвенном спокойствии её взгляда вдруг блеснул огонёк.
"Мы ещё встретимся!" – крикнула Йенаха вслед Кано.
Кано не обернулся, и лишь беззвучно произнес: "Конечно."
Когда-нибудь он вернется в то место, и она тоже. Раны, полученные там, должны быть отомщены. Йенаха хотела отомстить за свою боль. А он… он был всего лишь зверем, не забывающим обид.
http://tl.rulate.ru/book/129446/5590645
Готово:
