Глава 421.
Данзо нахмурился, отводя назад кулак. Он только что нанёс шестьдесят четыре удара по акупунктурным точкам Кисаме, но мягкий кулак, способный лишить обычного шиноби боеспособности, оказался почти бесполезен против полумеханического существа.
«Неплохая сила, но, к сожалению, циркуляция чакры в моём теле больше не ограничена меридианами», — произнес Кисаме.
Другими словами, это было подобно состоянию открытия Восьми Врат, но поскольку кости и основные органы были преобразованы в механические, побочные эффекты от снятия ограничений чакры были сведены к минимуму.
Этот Кисаме, стоящий перед ними, был даже сильнее, чем во время Великой войны шиноби, когда он сливался воедино со своим мечом.
Асума был отброшен Самехадой с первого же столкновения.
Если бы не Данзо, смягчивший его падение техникой Восьми Триграмм Воздушной Ладони, он наверняка сломал бы как минимум пару рёбер.
«Малыш, смирись со своей смертью», — Кисаме злобно ухмыльнулся и, волоча Самехаду, бросился к Данзо. Там, где он проходил, взвивался песок и закручивалась морская вода, создавая невероятно жуткое зрелище.
«Техника Теневого Подражания, успех!» — в этот момент рядом с Данзо раздался запыхавшийся голос Шикамару. Тонкая чёрная линия протянулась от ног юноши с ананасоподобной причёской и соединилась с тенью Самехады на песке.
«Из клана Нара?» — произнёс Кисаме.
За десятилетия сражений все пять великих стран досконально изучили известные Кеккей Генкай и тайные техники Конохи. Когда Кисаме заговорил, он внезапно почувствовал, как в его сознание проникло слабое чужое присутствие.
Техника Переноса Сознания клана Яманака.
«Мясной Танк!» — одновременно с этим огромный мясной шар почти трёх метров в диаметре покатился к Кисаме, взметая волны песка.
«Бам!» — Самехада, словно бейсбольная бита, с силой отбросил Чоджи, который пролетел и снёс добрый десяток деревьев.
Яманака Ино, истекая кровью из всех отверстий, чувствовала, будто по её голове ударили молотом, и перед глазами плясали звёзды.
Шикамару оказался в самом опасном положении – Кисаме внезапно переключил своё внимание на него и замахнулся мечом.
Дзинь!
Раздался громкий звон. Куроцучи с вымученной улыбкой на губах перехватила удар своим тонким белоснежным кулаком, покрытым известняковыми доспехами, блокировав смертоносную атаку в последний момент.
«Спасибо», — Шикамару вытер пот со лба и хотел отступить, но Кисаме одним движением пнул их обоих, отбросив далеко назад.
«Стихия Льда: Тысяча Смертоносных Стрел!» — в этот момент Хаку, с трудом восстановив часть чакры, смог выполнить свою технику.
Влага в воздухе сконденсировалась в бесчисленные ледяные стрелы, которые, словно ливень из тысячи стрел, обрушились на приближающегося Кисаме. Но тот лишь устремился навстречу, позволяя ледяным снарядам пронзать своё тело.
Со звоном и треском ледяные стрелы вонзались в кожу Кисаме, оставляя множество ран, но почти не вызывая кровотечения. Под поврежденной кожей виднелись серебристые металлические кости и электрические провода.
«Это тело крепче закалённой стали», — расхохотался Кисаме, выплюнув водяной снаряд, который разбил ледяной клон Хаку.
«Техника Ледяных Кристальных Зеркал хоть и считается пространственно-временной, но отследить траекторию движения в ней довольно легко...»
Кисаме поднял огромный меч, и рукоятка Самехады внезапно удлинилась на десять метров, извиваясь как цепь. Клинок с воем устремился к зеркалу, парящему в воздухе. Раздался звук разбивающегося стекла, и часть плеча Хаку была рассечена.
«Стихия Огня: Техника Великого Огненного Шара!» — видя, что мягкий кулак Данзо бесполезен, Теневое Связывание не может удержать монстра, а техника Льда лишь царапает его кожу, Саске немедленно применил огненную технику, надеясь расплавить механическое тело Кисаме.
«Стихия Воды: Водяная Стена!» — но Кисаме был одним из лучших мастеров водной стихии в мире шиноби и одним из немногих членов Акацуки, выполнявших печати. Потушив огонь водой, он стремительно приблизился и, не дожидаясь возвращения меча, мощным ударом ноги отбросил Саске.
Раздался хруст ломающихся рёбер, и изо рта летящего Саске хлынула кровь, забрызгав лицо стоявшей рядом Чино.
«А-а-а-а-а, умри!» — эта сцена словно сняла все ограничения в сознании Чино, до этого пребывавшей в оцепенении. Её глаза налились кровью, активировав ужасающий Кецурьёган.
Кисаме только начал недоумевать, как вдруг почувствовал, что его кровь закипает. Раны на коже, оставленные мягким кулаком Данзо и ледяными техниками, начали испускать пурпурно-красное сияние. Чакра внутри его тела вышла из-под контроля, вызывая мощную взрывную реакцию.
Пурпурно-красное сияние разрасталось, будто внутри тела накачивали воздух, и, достигнув предела, породило ослепительную вспышку огня.
Инстинкт Кецурьёгана – взрывать людей изнутри!
Раздался оглушительный грохот.
Столб пламени взметнулся к небу, словно взорвалась артиллерийская бомба, создав мощную ударную волну, от которой даже три джонина – Какаши с товарищами – едва устояли на ногах.
«Плохо дело, в том направлении, куда они последовали, я чувствую две мощные вспышки чакры», — сказала Югао, обладавшая даром сенсора, который она отточила за эти годы. Она немедленно ощутила учителя и ещё один источник чакры, огромный, как океан.
«Вы двое останьтесь здесь и позаботьтесь о Кибе и остальных, я пойду», — сказал Какаши, мгновенно перестав симулировать болезнь. Он молниеносно переместился в хижину, схватил свой меч и, превратившись в электрический разряд, помчался к побережью.
«Отличная способность, но даже десять тысяч взрывных печатей не смогли бы нанести серьёзный урон моему механическому телу...» — сказал Кисаме, выходя из эпицентра взрыва. Его тело дымилось, кожа обгорела и свисала лохмотьями, обнажая металлический скелет. Вернувшись из мира мёртвых, он полностью превзошёл свои прежние человеческие возможности.
Теперь он осмелился бы даже встретиться лицом к лицу с Восемью Вратами.
«Ну, достаточно игр. Пора вам поделиться своей чакрой».
Каждый генин Конохи был повержен Кисаме одним ударом, но все оставлены в живых – специально, чтобы изголодавшаяся Самехада могла насытиться.
Когда он с ухмылкой замахнулся мечом на Чино, чьи глаза расширились от ужаса, а из них текли кровавые слёзы, позади него внезапно открылись чёрные врата в мир мёртвых. Из них бесшумно вышел юноша, окружённый изумрудным пламенем.
Это была «Ёмоцу Хирасака» – техника телепортации.
В зрачках Данзо будто сияли тысячи звёзд. Подняв правую руку, сжимающую золотой свет, он вышел из чёрного портала и, словно между прочим, нанёс рассекающий удар. Словно нож сквозь тофу, меч рассёк Кисаме вместе с Самехадой на две аккуратные половины.
Закончив, он небрежно произнёс: «Надо же, а я думал, он выдержит "Взрыв Золотого Колеса Перерождения"».
С глухим стуком верхняя половина туловища Кисаме, который благодаря своим модификациям ещё не умер окончательно, повернулась. Он уставился на юношу расширенными от неверия глазами.
«Кто... ты... такой...»
Данзо не ответил. Золотой свет в его ладони снова сверкнул, и голова Кисаме, испускающая электрические искры, отделилась от тела.
В последние мгновения угасающего сознания расплывающееся зрение Кисаме зафиксировало надменную, повелительную ауру юноши, которая удивительно напоминала ему образ одного непобедимого человека, глубоко запечатлевшегося в его памяти.
«Ты...»
http://tl.rulate.ru/book/129279/6240544
Готово:
