Глава 173.
Перед могилой Намикадзе Минато.
Узумаки Кушина в одеянии Анбу безудержно рыдала, но из-за особенностей своего тела не могла пролить ни единой слезы. Рядом с ней стояли три жены Данзо.
От Ноно и остальных не было смысла что-либо скрывать. Будучи близкими подругами, они искренне радовались, что Кушина всё ещё среди живых. Пусть и в таком состоянии, но это всё же лучше, чем смерть.
«Ну же, перестань горевать. Теперь живи и ради Минато, и заботься о Наруто», – Ноно обняла Кушину, которая от невозможности выплакать своё горе ещё сильнее убивалась, и нежно утешала её.
«Кто-то идёт. Беловолосый мальчишка. Нам лучше уйти», – Пакура открыла глаза, почувствовав чакру Какаши, и тут же обратилась к остальным. Кушина не хотела уходить, но, услышав, что Наруто сейчас у Третьего Хокаге, тут же бросилась к Резиденции Хокаге.
…
«Хм, кто здесь был?» – Какаши смотрел на свежие цветы у могилы своего учителя, а его глаза-стали ещё более тусклыми. Он ещё не оправился от кошмара смерти Рин, а теперь потерял ещё и Намикадзе Минато с Узумаки Кушиной, которые были ему как отец и мать. Он полностью погрузился в пучину отчаяния.
…
В конференц-зале Резиденции Хокаге.
Шестеро сидели по обе стороны длинного овального стола, обсуждая послевоенное восстановление деревни.
Данзо, Пятый Хокаге, сидел во главе стола. Слева от него расположились советники-старейшины: Сарутоби Хирузен, Митокадо Хомура и Утатане Кохару. Справа – Хиаши Хьюга и Нара Шикаку, представители молодого поколения.
«Клан Хьюга с момента основания Конохи преданно служил деревне и внёс огромный вклад. Надеюсь, вступив в Совет Старейшин, Хиаши сохранит свою преданность и будет передавать Волю Огня будущим поколениям», – закончил Данзо. Хиаши Хьюга поднялся, поклонился сначала ему, а затем трём старейшинам напротив.
Благодаря заслугам в недавних событиях его клан наконец-то ступил на территорию, куда после ухода Учиха Мадары не допускался никто, кроме приближённых Хокаге, – в Совет Старейшин. После пламенной речи, полной преданности и патриотизма, Хиаши Хьюга сел и принял невозмутимый вид, словно статуя Будды.
С тех пор, как Данзо стал Хокаге, морщины на лице Сарутоби Хирузена стали ещё глубже. Глядя на своего бывшего товарища, а ныне коллегу, он первым заговорил: «Четвёртый Хокаге и его жена ценой собственных жизней запечатали Девятихвостого, тем самым сберегли деревню».
Утатане Кохару отложила отчёт об ущербе и с головной болью потёрла виски: «Разрушения и потери, которые понесла деревня в этот раз, превышают ущерб от двух предыдущих Мировых Войн Шиноби вместе взятых. Если немедленно не начать восстановительные работы, другие деревни могут воспользоваться нашей слабостью и напасть».
Все присутствующие согласно кивнули.
«Хотя Даймё прислал с министром некоторую помощь, этого совершенно недостаточно. Даже если Даймё, ради Пятого Хокаге, согласится оказать нам полную поддержку, ресурсов всё равно может не хватить».
Стоя у окна и глядя на пугающие картины разрушений и руин, простирающиеся по всей деревне, Данзо понимал, что старейшины не преувеличивают: «Если ресурсов Страны Огня недостаточно, обратимся за помощью к Стране Ветра. Если и этого будет мало, пойдём к Стране Воды, Стране Земли, Стране Молнии. Я немедленно займусь этим вопросом. Вы двое начинайте восстановительные работы с теми ресурсами, что прислал Даймё», – слова Данзо звучали уверенно и твёрдо. Это немного успокоило двух старейшин, которые с момента нападения Девятихвостого не сомкнули глаз.
«Как хорошо, что Пятым стал именно ты».
Эта фраза ещё больше омрачила лицо Сарутоби Хирузена.
«Итак, перейдём к главному вопросу сегодняшнего обсуждения», – Данзо кивнул, и Нара Шикаку раздал всем присутствующим цветные фотографии.
На снимках был изображён Девятихвостый, изрыгающий яростный рёв. Главное, что бросалось в глаза, – в его звериных, безумных глазах смутно проступали огромные очертания трёх томоэ Шарингана.
«Как всем известно, подавить Девятихвостого могут только Стихия Дерева и Шаринган. Мы тщательно подготовились к родам Кушины, но, несмотря на это, Девятихвостый всё же вырвался на свободу. Согласно предсмертным словам Минато, человек, освободивший Биджу, обладал Шаринганом».
Это был неоспоримый факт, не клевета на клан Учиха.
Хиаши Хьюга внутренне напрягся, наконец поняв, почему, несмотря на равные заслуги, он вошёл в Совет Старейшин, а Фугаку Учиха остался всего лишь капитаном полиции.
«Наличие Шарингана не обязательно указывает на принадлежность к клану Учиха», – сказал Данзо, указывая на свои глаза. Все кивнули, но Сарутоби Хирузен покачал головой, выражая несогласие.
«Хотя Шаринган можно пересадить, управлять Девятихвостым, сильнейшим из Биджу, под силу только Мангекё Шарингану. Ты и Шисуи сражались с шиноби Скрытого Тумана в море. Вероятнее всего, это всё же дело рук клана Учиха».
Его жена тоже погибла от руки таинственного человека в маске, и в сердце Сарутоби Хирузена кипела ненависть.
«Но, помимо Пятого Хокаге и Шисуи, последний известный обладатель Мангекё Шарингана в истории клана Учиха – это Мадара, а он погиб от руки Первого Хокаге. Если только в клане Учиха кто-то пробудил Мангекё Шаринган, но скрыл этот факт», – слова Нары Шикаку заставили Данзо едва заметно изменить выражение лица.
Другие не знали, но он своими глазами видел Сусаноо Фугаку. К тому же, вполне возможно, что Учиха Мадара всё ещё жив. Неужели это действительно сделали Учиха?
«Так уж случилось, что после войны необходимо заново распланировать жилые районы деревни. Я предлагаю переселить клан Учиха на окраину», – внезапно предложил Сарутоби Хирузен. Данзо нахмурился, но не стал возражать.
«Обоснуйте своё предложение. Со времён Второго Хокаге клан Учиха возглавляет полицию, что отдалило их от жителей деревни и привело к потере доверия. На выборах Четвёртого Хокаге ты заблокировал кандидатуру Фугаку. За эти годы у них наверняка накопилось немало недовольства деревней».
«Мои Анбу и твой Корень, должно быть, уже тщательно исследовали святилище Нака и клан Учиха. Их недовольство и обида растут день ото дня. Во время нападения Девятихвостого я остановил Фугаку и приказал его клану оставаться в деревне. Это, вероятно, заставило главу клана разочароваться в деревне и почувствовать, что на неё нельзя полагаться. И это чувство, вполне возможно, после твоего вступления в должность Пятого Хокаге и твоей слишком жёсткой политики, может перерасти в глубокое отчаяние».
Эти слова заставили Данзо презрительно фыркнуть. Он вспомнил, как вчера вечером Микото Учиха приходила к нему домой с сыном. К тому же, испытывая неприязнь к Сарутоби Хирузену, он теперь не так стремился подавлять клан Учиха.
«Я считаю, что категорично обвинять клан Учиха в инциденте с Девятихвостым слишком опрометчиво».
«Хотя у нас нет неопровержимых доказательств, можем ли мы просто оставить это без внимания? Пятый Хокаге, не забывай, что подобное может повториться. Что, если этот таинственный человек в маске снова выпустит Девятихвостого?»
Взгляд Данзо мгновенно стал острым, он холодно посмотрел на Сарутоби Хирузена.
«Точно, я, кажется, забыл, что мой внук всё ещё в твоих руках».
http://tl.rulate.ru/book/129279/5829947
Готово:
