Глава 140.
«Папа, моя цель – стать джонином!» — пока двое взрослых оживлённо беседовали, юная Куренай, наконец, не выдержала и подала голос.
Лицо Шинку Юхи на мгновение застыло, а Данзо лишь мягко улыбнулся. В этот момент в комнату вошёл Шисуи с подарочной коробкой в руках. Отец с дочерью поднялись, чтобы попрощаться.
«Здравствуйте, Юхи-сан», – вежливо поприветствовал Шисуи.
Шинку Юхи ответил Шисуи улыбкой. Этот юный Учиха уже заслужил репутацию сильнейшего мастера гендзюцу в Конохе, и Юхи не мог не воспринимать его всерьёз.
…
Выйдя из дома клана Шимура, отец и дочь шли по заснеженной улице.
Куренай, восхищённая сверкающим серебром пейзажем, радостно лепила снежки, придавая им самые разные формы.
«Дочка, жизнь ниндзя не вечна», – начал Шинку. Прошедший через горнило войны шиноби, он слишком хорошо знал, насколько жестока эта профессия, и не хотел, чтобы его дочь ступала на этот опасный путь.
«Не волнуйся, папа, мои гендзюцу очень сильны», – уверенно заявила Куренай. Став чунином, она считала, что звание джонина – лишь вопрос времени.
«А как ты оцениваешь мои гендзюцу?» – спросил Шинку.
«Конечно же, они очень сильны! Если бы ты использовал их против меня, я бы не смогла ничего противопоставить», – ответила Куренай. Она прекрасно знала о мастерстве своего отца в гендзюцу. Именно эта огромная разница в уровне и подталкивала её постоянно совершенствовать свои навыки, благодаря чему она и заслужила в деревне титул гения гендзюцу.
«Тот юноша, Учиха Шисуи, который младше тебя, если бы он применил на мне гендзюцу, я бы тоже был совершенно беспомощен», – решил Шинку раскрыть дочери некоторые истины этого мира.
«Невозможно! Папа, ты же джонин!» – воскликнула Куренай. В её тринадцатилетнем возрасте джонины казались самыми сильными ниндзя в деревне, уступающими разве что Хокаге.
«Шаринган, наряду с Мокутоном Первого Хокаге, – это Кеккей Генкай, благодаря которому был основан расцвет Конохи. Даже джонины перед этими глазами – всего лишь муравьи, способные лишь на слабое сопротивление. Дочка, этот мир несправедлив. Как бы ты ни старалась, даже если станешь джонином, ты лишь достигнешь стартовой позиции других», – продолжил Шинку.
Если бы эти слова произнёс кто-то другой, Куренай бы не поверила, но перед ней стоял её отец, которым она всегда гордилась.
«Дочка, ты, конечно, ниндзя, но в первую очередь ты – женщина. Как отец, я мечтаю о внуке, который унаследует мою Волю Огня», – сменил тему Шинку.
«Но это не противоречит моей цели стать джонином! Разве джонины не могут выйти замуж?» – недовольно надула губы Куренай, только что получившая звание чунина и полная амбиций.
«Ты, без сомнения, можешь стать токубецу джонином, мастером гендзюцу. Но вот стать полноценным джонином… для этого нужна удача», – ответил Шинку. Звание джонина в Конохе ценилось очень высоко среди всех пяти великих стран. За исключением периода потерь во время войн шиноби, когда требования снижались и появлялись такие исключения, как Какаши, в мирное время, чтобы стать джонином, требовались поистине выдающиеся способности, всемирно известная репутация и выполнение более десяти миссий S-ранга.
«Не стоит меня недооценивать! Я обязательно стану джонином!» – Куренай, хоть и продолжала дуться на отца, в глубине души почувствовала неуверенность. Она прекрасно осознавала свои способности. Среди сверстников она была лишь середнячком. Не говоря уже о Какаши, даже Анко, которая была младше её, превосходила её во всём, кроме гендзюцу.
«Если бы у меня был такой учитель, как Орочимару-сама у Анко, я бы точно стала сильнее», – размышляла девушка. Среди сильнейших шиноби Конохи не было специалистов по гендзюцу, да и не каждый согласился бы взять её в ученики. Лучшим вариантом был Данзо-сама, но все знали его как непревзойдённого мастера Стихии Ветра, Стиля Фехтования Листа и Шарингана…
Постойте, Шаринган!
«Дочка, с возрастом и способностями Четвёртого он сможет управлять деревней десятилетиями, как и Третий. Советники стареют, и Минато обязательно будет продвигать молодое поколение. Как отец, я знаю твою внимательность и талант к бумажной работе. Если ты пойдёшь по пути, который я тебе предлагаю, то в будущем вполне сможешь попасть в Совет к Хокаге…» – Юхи Шинку наставлял дочь, а Куренай, сделав вид, что прониклась его словами, кивнула, соглашаясь стать секретарём Данзо в Отделе иностранных дел.
«Ты согласна? Это замечательно! Сегодня вечером мы вместе напишем отчёт о реформе образования, а завтра ты хорошо себя покажешь перед Данзо-сама», – обрадовался Шинку.
«И ещё, когда будешь работать в Отделе, сосредоточься на работе. С кем ты общаешься – меня не касается, но только держись подальше от этого непутёвого Асумы!», – продолжил он: «Распустился, видите ли! Даже на Третьего Хокаге посмел руку поднять! Совсем страх потерял…».
…
После окончания войны Снежный Фестиваль стал первым крупным торжеством, позволившим жителям деревни забыть о горе. Три вечера подряд небо озаряли фейерверки, привлекая всеобщее внимание. Даже знать Страны Огня прибыла из столицы, чтобы полюбоваться этим захватывающим зрелищем, созданным ниндзя.
Пока большинство шиноби Конохи наслаждались отдыхом после тяжёлого года, Анбу, преданные своему долгу, охраняли деревню, выполняя миссии по устранению, захвату и сбору информации.
Перейдя из Корня в Анбу, непосредственно подчинённое Хокаге, Какаши сменил маску на изображение лисьей морды. Он один, опередив остальных, стремительно мчался по верхушкам деревьев, преследуя злоумышленников, укравших мирные документы деревни с целью развязать новую войну.
Тц! Тц! Тц!
Получив глаз Обито, Какаши наконец обрёл полный контроль над «Чидори». Грозные сине-белые электрические разряды плясали в его ладони. Стремительный рывок превратил его в смертоносный луч, пронзивший сердца троих отставших преследователей.
«Чидори» имела свои недостатки, но в сочетании с Шаринганом превращалась в «Райкири», настоящее дзюцу S-ранга.
Райкири – непобедима, ведь эта техника – слияние его и Обито, воплощение их общей силы. Так думал Какаши, но после каждого применения техники в его памяти всплывал образ девушки с пронзённой грудью и мягкой улыбкой на лице.
«Рин!»
Техника была выполнена безупречно, но в сердце появилась брешь. Бежавшие впереди ниндзя, не понимая причины, воспользовались этой слабостью. Уклонившись от электрического разряда, один из них ударом ноги сбил Какаши с ветки.
Щёлк!
Выхватив кунай, противник без колебаний нацелился в сердце упавшего на ствол белокурого юноши из Анбу.
«Стиль Листа: Ураган!»
В решающий момент появился Майто Гай, одетый в зелёный спортивный костюм. Мощным ударом ноги он отбросил вражеского ниндзя.
…
«Никогда не видел Какаши таким слабым».
Минато, который, обсуждая дела с советниками в Резиденции Хокаге, задумался над докладом Гая.
http://tl.rulate.ru/book/129279/5782002
Готово:
