Хлюп...
Шлёп...
Под проливным дождём в парке развлечений медленно брёл беглец.
Это был птенец с мягкими голубыми перьями и белым хохолком, торчащим на макушке. Он горько сожалел о своём решении покинуть клетку.
Всё было прекрасно, пока он не сбежал из зоопарка — это было даже триумфально. Ничто не могло встать у него на пути после преодоления такого препятствия, как птичья клетка.
Но это был серьёзный просчёт. Внезапно хлынул дождь. Его перья промокли и утяжелили тело. Последовавшее падение выносливости ясно показало, насколько необдуманным было решение о побеге.
Пи-и-и-иск.
Птенец задумался. Ему действительно следовало подождать ещё несколько месяцев, чтобы все его перья как следует выросли. Тогда он смог бы с лёгкостью улететь. Учитывая это, нынешний побег был провалом — это было ничем не лучше, чем вообще не сбегать.
К несчастью, у синего птенца не было выбора. Ждать дольше в клетке было для него не вариантом.
Скорее, он пожалел, что не принял решение раньше.
Пи-ик!
Но теперь для птицы пути назад не было. Издав короткий энергичный писк, он побежал сквозь дождь.
Шлёп!
...Пока не шлёпнулся на зад, не пробежав и двадцати шагов.
Кто-то однажды сказал, что разум побеждает тело. К сожалению, эта максима была бесполезна для птенца. Сколько бы упорства он ни проявлял, какой бы решимостью ни обладал, его слабое тельце уже достигло предела, лишь немного побродив под дождём.
Пи-иск...
Возможно, и его разум достиг своего предела. Или он просто потерял силы даже для того, чтобы стоять на ногах. Подавленный, птенец остался лежать на земле и заплакал. Он посмотрел на небо.
Если бы только не было дождя.
Он бы не промок и не заблудился. Если бы только погода была хорошей. Хуже того, поскольку все попрятались в помещениях, спасаясь от дождя, найти их стало ещё труднее. Это повергло птенца в уныние.
Дрог.
К его отчаянию, холодная энергия распространилась по телу.
На самом деле, это было больше, чем просто холод. Холодные иглы пронзали каждый сантиметр его тела до самых костей.
Это действительно может быть опасно, — подумал птенец.
Даже взрослая птица-мать заболела бы, гуляя в такую погоду, не говоря уже о птенце с пухом вместо перьев. Если он и дальше будет так бродить под дождём, то подхватит не только грипп.
Пи-и-и-и-иск.
Если бы он знал, что его смерть будет такой жалкой, он бы никогда не перевоплотился.
Пока он оплакивал собственное рождение...
Дзи-и-инь.
…Писк?
Звук разнёсся по воздуху. Небесная мелодия, которую было кристально чисто слышно даже сквозь дождь. Настолько чистая и яркая, словно дождь был частью представления. Звук был таким прекрасным и манящим, что птенец подсознательно поднялся с земли.
Медленно он последовал за источником этой дивной мелодии. Словно в трансе, он тащил своё слабеющее тело сквозь проливной дождь. В тот момент, когда он добрался до ветхого здания с надписью «Музей Магии», птенец широко раскрыл глаза.
Пи-ик?
И не только потому, что нашёл детей, за которыми шёл.
Источником этой величественной мелодии, исполнителем под тусклым светом был мужчина, которого невозможно было не узнать. Вдобавок к образу парящей в воздухе над ним полупрозрачной девушки, разум птицы опустел.
???..
Сомневаясь в собственном рассудке, он протёр глаза крыльями. Над головой птицы появились вопросительные знаки, когда она увидела, что ничего не изменилось.
То, что я вижу, не может быть правдой. Где же динамики, прикреплённые к скрипке, чтобы она издавала такой… настоящий звук?
Но вскоре птенец упал на спину. Его выносливость уже давно перешла все пределы. Он знал, что нельзя так засыпать, но больше не мог даже открыть глаза. Облегчение, наполнившее его сердце, и ошеломляюще чистая мелодия перерезали нервы, позволявшие птице оставаться на ногах, и он начал засыпать.
— О? Это же птичка…
В этот момент он услышал голос ребёнка.
— …Устала, птичка? Хочешь… я…
Уже теряя сознание, птица не могла толком разобрать слова ребёнка. Она лишь почувствовала, как что-то обернулось вокруг неё под шелестящий звук. Окутанный теплом, птенец слушал звук небесной мелодии скрипки и впервые в жизни погрузился в уютный сон.
* * *
— Ха? Что, ты сказал, было в рюкзаке у этого ребёнка?
— Это… наверное…
— Ого?
— Неужели?..
— Эм-м, давайте сначала…
В полудрёме он время от времени слышал шёпот. Голос был слишком пронзительным эхом, чтобы быть реальностью, и слишком тоскующим, чтобы быть сном. Пронзительность была глубока, как смерть. Тоска была сладка, как мёд.
Птенец погрузился в ещё более глубокий сон.
Пока он блуждал в бесконечном сне, время продолжало идти.
Время шло, шло и шло…
И когда он наконец открыл глаза, первое, что увидел птенец, было обнажённое тело.
…Пи-ик?
Возможно, он ещё не до конца проснулся или был в шоке от увиденного. На несколько секунд птица застыла, как подстреленный голубь.
А затем издала пронзительный крик.
Пи-и-и-иск?!
— Хм-м?
Без единой жиринки мужчина демонстрировал свой поджарый торс, вытирая пот полотенцем.
Лимон поднял голову. Увидев птенца, прикрывающего глаза перьями, он невозмутимо спросил:
— О, привет. Наконец-то проснулся?
Словно зря встревожившись, Лимон слегка цокнул языком, закончив вытираться.
— Я уж было подумал, что ты сдох, так долго не вставал. Довольно живучий для такого малыша, не так ли?
Пи-пи-ик.
Даже услышав его поддразнивания, птенец всё ещё был не в себе. У него не было сил злиться на этот комментарий.
Где я?
Почему передо мной Лимон?
Что происходит?
Птенец ничего не мог понять, только что очнувшись от долгого сна.
Но Лимон и глазом не моргнул, увидев ошеломлённого птенца. Он просто подтащил ближайший стул и сел на него задом наперёд, положив подбородок на верхнюю перекладину и встретившись взглядом с птицей на одном уровне.
— Ну что ж. Давай, выкладывай.
Пи-ик?
http://tl.rulate.ru/book/129257/7955836
Готово:
