— Если бы ты постиг пути Демонобойного Меча, тебе не пришлось бы копировать моё искусство владения мечом снова и снова.
Это ничем не отличалось от науки; площадь любой фигуры можно найти, если понять формулу, а результат любой смеси можно предсказать, если понять химию.
Искусство владения мечом было лишь ещё одним примером этого.
Если постичь лежащие в его основе пути, можно создать тысячу форм и противостоять десяти тысячам техник.
— Если бы ты разглядел смысл этого искусства меча, то сразу бы понял, что мой последний удар и был Демонобойным Мечом.
Первый Мастер меча, Император Меча, создал Драконобойный Меч, чтобы сразить Семерых Драконов.
Демонобойный Меч стал результатом битвы с Королём Демонов, отточенным Лимоном за долгий период времени.
Плоды отчаянной решимости простого человека, его горестной злобы и великой воли, на плечи которого легла сверхчеловеческая судьба его мира.
Демонобойный Меч.
Те, кто не только не ведал его смысла, но и не мог постичь его, даже увидев воочию, никогда не смогли бы использовать его должным образом.
Лимон цинично улыбнулся.
— Искусство владения мечом без принципов и смысла — в конечном счёте лишь пустая оболочка. Как ещё это назвать, если не подражанием?
Без сомнения, Ли Чонги приобрёл Демонобойный Меч и благодаря ему стал намного сильнее.
Но в глазах Лимона?
Это было на том же уровне, что наблюдать, как примитивный пещерный человек использует смартфон в качестве зеркала.
Это слишком жалко — лучше уж назвать его блестящим камнем.
Как бы то ни было, всё это было применимо и к Ли Чонги, который не знал ни его происхождения, ни принципов, не говоря уже о том, как им правильно пользоваться.
Вот такая была разница между знанием и незнанием принципов и смысла Демонобойного Меча.
И всё же, вот он, Абсолютный Правитель этого поколения, Монарх, болтающий так, будто знает о нём всё, не зная даже самого минимума.
Разочарование Лимона было неописуемым.
— Но, с другой стороны, вы, ребята, всегда такие.
Ли Чонги не был здесь исключением.
Большинство игроков поступили бы так же.
— Вы думаете, что навыки — это всё, что есть, и отворачиваетесь от всего остального.
Те, кто мечтает стать мечником, заключают сделки с Созвездием, которое может дать им навык владения мечом, вместо того чтобы действительно учиться искусству меча.
Даже если они чувствуют, что их умений не хватает, они скорее найдут лучший навык владения мечом, чем будут сами владеть своим мечом и тренироваться.
Если им не хватает силы, они отправляются в Подземелье, чтобы либо приобрести снаряжение, повышающее их характеристики силы, либо повысить уровень.
Они верят, что уровни и навыки определяют ценность человека, и делают своей жизненной целью приобретение хорошего навыка и повышение уровня.
Они принимают то, что им дано, как должное, и им всё равно, откуда и как это к ним пришло.
И они считают вещи само собой разумеющимися, даже не пытаясь узнать о чём-либо, что, по их мнению, ниже их стандартов, смеясь над этим и над тем, насколько это отстало от времени.
По крайней мере, такими были игроки, которых видел Лимон.
— Хотя, в этом смысле, ты довольно широких взглядов ублюдок, — усмехнулся Лимон.
Это была не ирония.
В эту эпоху Лимона считали доходягой.
Для Монарха, находящегося на самом пике всех игроков, было необычно даже подумать о том, чтобы овладеть его искусством меча.
Если бы другие узнали об этом, они бы посмотрели на Ли Чонги как на сумасшедшего, экспериментирующего с собачьим дерьмом, чтобы проверить, сработает ли оно как мазь.
Ли Чонги спросил в ответ, и это прозвучало почти как крик:
— Ты... отрицаешь само существование игроков?
— Чего я добьюсь, отрицая ход времени? — пожал плечами Лимон.
У него не было средств отрицать навыки и игроков.
Точно так же, как демократия восстала из пепла монархии, а автомобили были созданы вместо карет, он считал появление игроков вполне естественным.
Если бы он отрицал все перемены, его бы уже сослали в какую-нибудь старую деревню, не имеющую связи с современной культурой или оружием — хотя даже это было бы щедро.
— Я просто говорю, что вы, ребята, тоже не имеете права смотреть на вещи свысока только потому, что они старые.
На искусство меча, в которое он вложил свою кровь, пот и слёзы, смотрели свысока только потому, что оно не было навыком.
Императора Меча, пожертвовавшего собой ради освобождения человечества, высмеивали как мёртвого маразматика, потому что он не был игроком.
Титул, который передавался веками в честь него и героев, идущих по его стопам, высмеивали за то, что он был кринжовым.
В прошлом это заставило бы нацию перевернуться.
К чёрту интернет, или что бы там ни было — это было унижение, за которое им пришлось бы заплатить кровью.
Особенно потому, что это говорилось Лимону напрямую, сотни раз.
— Если это то, чего ты действительно хочешь, то мне всё равно.
Но Лимон так не думал.
Убрав пальцы с меча Ли Чонги, он продолжил:
— Я знаю, ты просто воспримешь это как бредни старика, но позволь мне вставить свои два цента.
Х-хрусть.
В тот миг, когда Лимон произнёс свои слова, меч Ли Чонги треснул.
Начиная с кончика, трещина распространилась по всему клинку, и некогда прекрасный меч мгновенно рассыпался на золотые осколки.
Словно глядя на хрупкий прах возлюбленной, покинутой после того, как она отдала всё, чтобы защитить того, кого любила, Лимон с печалью в глазах смотрел на останки меча.
— Я не думаю, что ублюдки, которые не смогли даже услышать крики собственного меча, пока их швыряло дерьмо вроде навыков, имеют право судить о моём искусстве меча.
http://tl.rulate.ru/book/129257/6978662
Готово:
