Через несколько дней Гермиона и Джейме обнаружили Серсею, которая ждала их во дворе, держа в руках книгу о домах Западных земель. Она была так погружена в чтение, что даже не заметила, как они подошли и сели рядом.
– О, вы здесь. Почему вы опоздали? – спросила Серсея, поднимая глаза. Заметив, что глаза Гермионы слезятся, она тут же поняла причину. – Ты плакала.
– Это ерунда. Забудь об этом, – отмахнулась Гермиона. Она не хотела, чтобы Серсея знала, что она расстроена из-за проигрыша в Кивассе. Это заставило бы ее выглядеть слабой. Джейме, казалось, не понимал ее смущения.
– Дядя Киван сказал мне, что Джейна проиграла дяде Гериону в Кивассе. Вот почему она плачет, – сообщил он Серсее. Та подняла бровь, выражая удивление.
– Кивасс? Это та глупая игра, которую ненавидит отец? – спросила она.
Гермиона знала, что Серсея стремилась стать следующим Тайвином. Она копировала его поступки и избегала всего, что, по ее мнению, он не одобрил бы. Иногда это было забавно, а иногда просто раздражало. Гермиона вспомнила, как Перси Уизли порвал связи со своей семьей ради карьеры в Министерстве, и это только усилило ее недовольство.
– Кивасс – это не просто глупая игра, Серсея. Она помогает учиться стратегии и планированию, – ответила она, защищая игру.
Серсея спрыгнула со скамейки и нежно погладила Гермиону по голове. – Моя маленькая глупенькая сестренка, жизнь – это не игра. Наш отец играл в Кивасс не для того, чтобы победить Рейнов из Кастамере.
Гермиона замерла. – Ты только что сказала «Кастамере»?
Серсея кивнула. – Рейны были благородным домом Западных земель. Отец преподал им урок, когда они осмелились перечить нам.
Гермиона знала, что если отец что-то сделал, то это было серьезно. Она слышала странное пророчество профессора Трелони и была уверена, что Рейны либо мертвы, либо в очень плохом состоянии. Но в книге о благородных домах Западных земель о них не было ни слова. Она знала это, ведь прочитала книгу трижды.
– Что отец сделал с Рейнами из Кастамере? Почему о них не упоминается в книге? – спросила она.
Серсея села и начала объяснять. – Дом Рейнов из Кастамере был почти таким же могущественным, как и дом Ланнистеров. Но они не смогли выплатить свои долги. Поэтому отец преподал им урок, который они никогда не забудут, – сказала она с гордостью. Когда Гермиона подняла бровь, Джейме жестом показал на свою шею, намекая на то, что с Рейнами покончили.
– Об этом даже есть песня. Она начинается так: «И кто ты такой, сказал гордый лорд...» – добавила Серсея.
Гермиона продолжила: – «...что я должна склониться так низко?» Это та самая песня?
Серсея и Джейме кивнули. – Это хорошая песня. Мне она нравится, – заметила Серсея.
Гермиона вскочила на ноги. – Это ужасно! Как тебе может нравиться что-то подобное? – воскликнула она с горячностью. Серсея и Джейме только рассмеялись.
– О, моя милая младшая сестренка! Пойми одну вещь: отец всегда прав, – сказала Серсея.
Гермиона неохотно села обратно. Ей хотелось обсудить это с кем-нибудь. Она побывала на войне и понимала, почему приходится идти на крайние меры. Волан-де-Морт стремился к власти, желая уничтожить маглорожденных и поработить маглов. Его нужно было остановить любой ценой.
Но то, что она узнала от Мейстера Крейлена о судьбе Рейнов, шокировало ее. Убийство мужчин, женщин и детей ради денег – это нечто совершенно другое. Она считала Тайвина мудрым правителем, но его жестокость разочаровала ее.
Эти мысли не давали ей покоя весь день. Когда Джейме пришел в ее комнату, чтобы позвать на тренировку, она сослалась на головную боль и отказалась. Джейме ушел, чтобы потренироваться в фехтовании с Серсеей.
Гермиона достала пергамент и перо и начала писать.
«Дорогой отец,
Я узнала о судьбе домов Рейнов и Тарбеков. Я согласна, что непокорных вассалов нельзя оставлять безнаказанными. Однако можно было предложить им выбор: казнить за предательство или отправить в Ночной Дозор. Их богатства могли быть использованы для выплаты долгов дому Ланнистеров. Замки можно было захватить, а рудники – взять под контроль.
Детей этих домов следовало оставить в живых. Наказывать их за поступки родителей несправедливо. Важно не то, кем человек рождается, а то, кем он становится.
Дом Ланнистеров может теперь восприниматься как жестокий и несправедливый. Мы сильны лишь тогда, когда едины, и слабы, когда разобщены. Важно поддерживать дружеские отношения с другими благородными домами Западных земель.
Каждый день мы делаем выбор. В случае с Рейнами и Тарбеками мы выбрали легкий путь, но был ли он правильным?
Простить – это не слабость. Это требует силы. Я верю, что именно это сделает дом Ланнистеров лучшим из благородных домов.
С уважением, Джейна».
Она еще раз перечитала письмо, осталась довольна и свернула его. В глубине души она знала, что даже Драко Малфой, выросший в семье преданных Пожирателям смерти, смог сделать правильный выбор, отказавшись убить Дамблдора. Осуждать его за ошибки отца было бы несправедливо. Он доказал, что способен измениться.
Профессор Снейп также сделал трудный выбор, согласившись на убийство Дамблдора, чтобы защитить Драко и сохранить свое прикрытие. Это был сложный, но единственно верный шаг в тех обстоятельствах.
http://tl.rulate.ru/book/129085/5545070
Готово:
