Осознав, что всё обошлось куда благополучнее, чем он предполагал, И Хан поймал себя на мысли:
«Я живу праведной жизнью, вот удача мне и сопутствует».
А следом пришла и другая:
«Смогу ли я наступить ему на ногу еще раз, если представится случай?»
И Хан покачал головой. Самоуверенность до добра не доводит. Как бы весело это ни было, дважды отдавить ногу профессору — затея чересчур рискованная.
— Профессор. Раз уж это гости извне, позвольте мне встретить их должным образом, — твердо произнес И Хан.
— Тебе так этого хочется?
— Да.
Профессор Волади не стал его отговаривать. Гости со стороны его мало интересовали.
«Должно быть, он просто в восторге от фестиваля».
Волади был уверен, что И Хана переполняет праздничное воодушевление. Иначе зачем бы ему так обхаживать гостей из какого-то там Бальдрогарда?
— Для меня честь встретиться с вами.
Услышав вежливое приветствие И Хана, профессор из Бальдрогарда невольно восхитился.
Аристократы Империи умели доказывать свое происхождение даже в самых незначительных мелочах.
Интонации, привычки, жесты — в каждом мимолетном движении они узнавали себе подобных. Именно поэтому нувориши из низшего дворянства, сколотившие состояние и пытающиеся подражать древним высшим родам Империи, частенько становились посмешищем.
Роскошные особняки и богатство можно нажить, но вековые традиции и благородство крови не купишь ни за какие деньги.
А манеры стоящего перед ним юноши неопровержимо свидетельствовали о принадлежности к высшей аристократии. Даже вечно недовольные студенты Бальдрогарда на миг притихли.
— Из какой вы семьи?
— Я из семьи Уоданаз.
— Уоданаз! Как и ожидалось... Вы поистине достойны того, чтобы учиться в Эйнрогарде.
В словах профессора звучала искренняя похвала, но для И Хана она вовсе не показалась лестной.
«Слова "достойны учиться в Эйнрогарде" — это определенно комплимент, но почему от них веет такой безысходностью?»
И Хан перевел тему.
— Здесь мы немало наслышаны о славе Бальдрогарда.
При этих словах лица студентов заметно посветлели. Похвала от стоящего перед ними ученика Эйнрогарда казалась им слаще любых других комплиментов.
Разумеется, И Хан никогда в жизни не слышал о славе Бальдрогарда в стенах своей школы. Тут бы выжить, поесть да задания успеть сделать — у кого найдется время рассуждать о каком-то Бальдрогарде?
— Вот как? Мне очень приятно это слышать.
Тем не менее, невинная ложь И Хана возымела успех: собеседники явно обрадовались. Казалось, гости из Бальдрогарда прямо-таки засветились от счастья. Глядя на этих радостных студентов, И Хан вдруг задался вопросом.
«Кстати, а как ученики Бальдрогарда вообще смогли приехать на чужой школьный фестиваль?»
Бальдрогард. Находится на западе Империи, принимает только выходцев из знатных семей — вот и всё, что о нем знал И Хан.
Но ведь это тоже магическая школа, как-никак.
Наверняка студенты Бальдрогарда тоже страдают и борются за выживание в удушающих стенах своей академии. Но как тогда они здесь оказались?
— Но как вы... смогли посетить наш фестиваль?
«?»
Профессор напротив не сразу понял суть вопроса.
— Что вы имеете в виду?
— Ну... студентам ведь запрещено покидать территорию школы.
«??»
Профессор из Бальдрогарда посмотрел на И Хана так, будто тот сморозил несусветную чушь.
— Ах, вы имеете в виду, что нельзя выходить во время занятий...? Или ночью?
— ...Разве после занятий... в свободное время... нельзя выходить за пределы школы?
Задавая этот вопрос, И Хан почувствовал, как по спине пополз ледяной холодок.
Неужели. Да быть того не может??
— Ну и шутник же вы! — рассмеялся профессор.
Лицо И Хана окаменело.
— Разве нет?
— Конечно, нет! Запрещать студентам выходить за пределы школы в свободное время? Кому вообще придет в голову такая дикость?
— Ох...
Не догадываясь об истинных чувствах И Хана, профессор любезно продолжил свои объяснения.
Бальдрогард располагался неподалеку от крупного города, и после занятий студенты частенько ездили туда верхом, чтобы отдохнуть и насладиться всевозможными развлечениями.
Время от времени горячие головы, напившись вечером, устраивали перепалки, но что поделать — молодость, бурлящая кровь. Да и для аристократа подобная светская жизнь тоже являлась важной добродетелью.
«Эти имперские аристократы — до безумия бесячие ублюдки», — мысленно выругался И Хан. Какие же мерзкие типы!
— Значит, и в это путешествие... вы отправились без особых проблем?
— Да. Если студенты подают прошение отправиться в поездку по Империи для получения опыта, его, как правило, одобряют.
— Но ведь должны же быть какие-то строгие правила? Не каждый же может просто так выйти?
И Хан, сам того не ведая, начал задавать дотошные вопросы. Иначе эта чудовищная несправедливость разорвала бы его изнутри.
— Ах. Ну, правила есть.
— Я так и знал...! Наверное, выходить могут только те, кто совершил для школы великий подвиг?
— Ну это уж слишком жестоко. Если студент устроил дебош в городе более четырех раз за месяц, ему запрещают выходить наружу на целую неделю.
— ...
Теперь И Хан начал понимать, почему профессор Волади относился к Бальдрогарду как к мусору. С такими мягкотелыми правилами эти аристократы вконец расслабятся и сгниют изнутри.
«Нужно взять себя в руки».
И Хан постарался успокоиться. Да, он завидовал ученикам Бальдрогарда белой завистью, но что толку расстраиваться? Сейчас куда важнее было произвести хорошее впечатление на гостей.
Связи нужно заводить заранее — никогда не знаешь, где и когда они пригодятся. Может статься, что после выпуска он придет устраиваться на работу, а его начальником окажется маг из Бальдрогарда.
— А на каком курсе учатся присутствующие здесь студенты?
— На втором и третьем.
— ...Второкурсникам и третьекурсникам можно путешествовать вместе...? А, вы имеете в виду, что с ними просто нет первого курса?
— О чем вы...? Первокурсникам тоже можно. Просто первый курс решил отправиться в другое место, поэтому их маршрут не совпал с нашим.
— !
И Хан получил очередной удар под дых. Поразительно, но в Бальдрогарде первокурсников не изолировали от остальных!
«...Логично».
Если подумать, раз у них разрешены выходы в город, то и отделять первый курс нет никакого смысла.
— К чему такой вопрос...? Неужели в Эйнрогарде первокурсников изолируют?
— Да, — абсолютно честно ответил И Хан.
Но гости из Бальдрогарда ему не поверили. Вместо этого они разразились смехом, оценив превосходную «шутку» И Хана.
— Надо же так пошутить...!
— Аха-ха-ха-ха!
— Если отделить первый курс, то ни о какой светской жизни, ни о вечеринках, ни о клубах не может быть и речи!
И Хан тоскливым взглядом посмотрел в небо.
«Поскорее бы они свалили».
Он-то считал, что произвести хорошее впечатление на приезжих будет несложно, но задача оказалась куда невыносимее, чем он думал.
Даже когда беседа подошла к концу, студенты Бальдрогарда не спешили уходить. Вместо этого они проявили чрезмерное любопытство к надписи <Уклонение от водяных сфер>, висящей над палаткой.
— А что это такое?
— Мероприятие, которое мы проводим в рамках фестиваля.
Студенты Бальдрогарда были весьма учтивы, но при этом горели желанием поучаствовать.
Само собой, И Хану совершенно не улыбалась перспектива швырять водяные сферы в лица этих ребят.
Одно дело студенты Башни Белого Тигра, которые сами лезли на рожон, несмотря на предупреждения, но ученикам Бальдрогарда ведь даже увольнительные не нужны!
— Можно нам тоже поучаствовать?
— Пожалуйста, но в качестве приза у нас выступает увольнительная. Увольнительная нашей школы не принесет вам никакой пользы.
— Ничего страшного! Самый ценный приз для нас — это честь.
«Вот же мрази».
И Хан вскипел от ярости. Ученики Бальдрогарда могли выходить в город, когда вздумается, а для студентов Эйнрогарда эта увольнительная была ценнее собственной жизни.
И эти болваны, ничего не смыслящие в их страданиях, хотят забрать билет на свободу просто ради какой-то там «чести». Есть ли вообще совесть у этих имперских аристократов?
— ...Понятно. Участвуйте.
— !
Как только И Хан дал добро, студенты Бальдрогарда наперебой начали тянуть руки. Они во что бы то ни стало хотели доказать свое превосходство над учеником Эйнрогарда!
— Позвольте мне выйти первым.
— Судя по моим магическим навыкам, первым должен идти я. Ведь я лучше всех владею защитной магией.
— Тут и защитная магия не понадобится. Я справлюсь с помощью своей магии предвидения.
— А я использую магию физического усиления...
Глядя на спорящих студентов, И Хан медленно поднял посох. А затем обменялся взглядами с профессором Волади.
Профессор Волади едва заметно кивнул. И Хан тоже ответил кивком. Наставник и ученик без лишних слов поняли, что им нужно делать.
— Бальдрогард? — парящий в воздухе директор-скелет с недоумением смотрел вслед удаляющимся ученикам из другой школы, у которых из носов ручьями хлестала кровь. — Ученики Бальдрогарда нанесли нам визит?
— Да. Должно быть, услышали о фестивале во время путешествия и решили заглянуть, — ответил один из присутствующих.
— Тск-тск... Разъезжают тут в свое удовольствие. Вот поэтому у них с магией так туго.
— ...
— Кто это их так отделал? — поинтересовался директор.
— Ну... Во время испытания магии получение травм — дело вполне естественное...
Директор-скелет усилил свой слух.
— Не расстраивайтесь так сильно, ребята. Ваш противник был старшекурсником, который изучал магию куда дольше вашего.
— Но чтобы настолько всухую...
— Профессор. А это был четверокурсник или пятикурсник?
— Ну, полно вам. Это не имеет значения. Я подлечу вас, и как только кровь остановится, пойдем осматривать другие места.
— ?
На мгновение директор-скелет ничего не понял. Какой это спятивший старшекурсник, забыв про страх, осмелился нарушить его приказ и сунуть нос на фестиваль первого курса?
«Этого не может быть».
Студенты четвертого-пятого курса уже успели усвоить правила выживания в этой академии. Они бы ни за что не позволили застукать себя за подобным занятием.
Директор-скелет быстро проследил по каплям крови, оставленным побитыми учениками Бальдрогарда.
— ...Ага!
Увидев стоящих в палатке профессора Волади и И Хана, директор-скелет мгновенно осознал происходящее.
— Так я и думал! Отличная работа. Ты высоко превознес честь Эйнрогарда.
Увидев подлетающего директора, И Хан почтительно поклонился:
— Что вы. Мне лишь стыдно за то, что я не сумел совладать с силой и травмировал оппонентов.
— Вовсе нет. С этим ничего не поделаешь.
Услышав от директора-скелета столь редкие слова утешения, И Хан немало удивился.
— Эти болваны из Бальдрогарда только и умеют, что выкачивать деньги из глупых аристократов да играть в детские игры. Они просто мусор, так что применение грубой силы было неизбежным, — заявил директор.
Поразительно, но по сравнению с ним профессор Волади казался образцом адекватности. На грубую тираду директора И Хан ответил, не моргнув и глазом:
— Вовсе нет. Гости из Бальдрогарда тоже продемонстрировали выдающиеся навыки.
— От парня, который только что скрутил старшекурсников, словно малых детей, эти слова звучат совершенно неубедительно! Тебе следует проявлять больше высокомерия.
— ...
Несмотря на подстрекательства директора, И Хан оставался непоколебимым и сохранял хладнокровие.
Как гласят старые сказки, если поддаться на шепот дьявола, твоя жизнь непременно пойдет под откос.
Видя, что И Хан никак не реагирует, директор-скелет скорчил разочарованную гримасу.
— Скукотища... Ладно, идем.
— Куда? — спросил юноша.
— Профессор Багрек. Твое время вышло? — обратился директор-скелет к Волади.
На вопрос директора профессор Волади утвердительно кивнул. Они с директором заранее договорились поделить время И Хана между собой, и отведенные часы как раз подошли к концу.
— Да, время истекло.
Профессор Волади стер магическую надпись и плотно закрыл вход в палатку. Слишком поздно осознав происходящее, И Хан в шоке уставился на наставника.
— ?
К несчастью, Волади так и не смог разгадать значение этого отчаянного взгляда. И Хан мысленно простонал:
«Надо было отдавить ему ногу еще разок».
— Знаешь ли ты, почему я это делаю?
Следуя за директором-скелетом, И Хан учтиво ответил:
— Потому что вы — мудрый и благородный наставник, который искренне заботится о своих учениках.
— ...Прекрати нести эту тошнотворную чушь. Мне приказал Император.
«Ах».
И Хан запоздало осознал истину.
Он-то думал, что это личная инициатива директора, но если поразмыслить, для «хобби» директора-скелета это мероприятие приносило первокурсникам слишком много радости.
Хотя самому И Хану, невзирая на то, что он был первокурсником, было совсем не весело...
— Чем я могу вам помочь?
— Много чем. Для начала давай сделаем магические фейерверки.
— Разве их не запускают в самом начале праздника?
И Хан удивился, что у директора вообще есть чувство прекрасного, но всё же отметил про себя, что для фейерверков уже немного поздновато. Неужели он планирует запустить их в самом конце?
— Я буду стрелять ими по студентам.
— ...
http://tl.rulate.ru/book/129083/24400703
Готово:
