В голове гудело, словно после удара колокола.
Постепенно к кончикам пальцев возвращалась чувствительность.
Внезапно к горлу подступила тошнота, и меня вырвало – одним мощным спазмом.
— Кха!
Клуб чёрного дыма вырвался изо рта, и я распахнул глаза.
Передо мной склонились незнакомые лица.
Изабель, Бан и их команда.
— Старший! — услышал я голос Айши.
Выдохнув остатки дыма, я нахмурился.
Что у них за выражения лиц?
Все смотрят так, будто привидение увидели.
И главное…
Я что, потерял сознание?
Взгляд скользнул к собственному телу.
В этот момент я заметил Сирмиэля, который только что опустил руки.
В голове замелькали обрывки воспоминаний.
Я отчётливо помнил, как активировал магическую надпись на хранителе леса и бросился в бой.
А вот после взрыва надписи – провал в памяти.
Проблема была в силе этой взрывной надписи.
Она оказалась гораздо мощнее, чем я ожидал.
Магическая гравировка на моей стальной коже была создана при участии Шарин.
Я рассчитывал на серьёзную мощь, но это превзошло все ожидания.
Неужели какое-то особое условие вызвало синергию между гравировкой и моей стальной кожей?
Стальная кожа содержала мистическую энергию.
Возможно, сочетание с магической гравировкой и привело к такому неожиданному результату.
Никогда бы не подумал, что взрыв окажется настолько сильным, что я вырублюсь.
Это не входило в мои планы.
Только зря всех напугал.
— Благодарю вас, Святой.
— Просто сделал то, что должен был.
Сирмиэль тепло улыбнулся.
Как и следовало ожидать от святого.
— Нужна помощь? — Айша подошла ближе, но я отмахнулся.
— Всё в порядке. Я уже полностью восстановился.
Исцеление святого и правда оказалось чудодейственным.
Честно говоря, я чувствовал себя даже лучше, чем до потери сознания.
Похоже, с хранителем леса покончено.
Возвращение студентов теперь не должно вызвать проблем.
Больше всего меня озадачивала группа Изабель.
— Изабель, — позвал я.
Она вздрогнула и повернулась ко мне.
Реакция показалась странной.
— Вы вернулись гораздо быстрее, чем ожидалось.
Изабель молчала, не сводя с меня взгляда.
В её глазах читалось какое-то беспокойство.
Обычно она бы уже что-нибудь пробурчала в ответ.
Но сегодня её реакция была совсем иной.
— Это из-за проклятия. Никто не виноват.
В этот момент вперёд выступил студент-целитель с кафедры божественных искусств.
Коротко стриженый парень — Гайсон Джеруски.
Неплохой состав группы.
Выглядит сбалансированно.
С таким набором они без проблем должны исследовать нижние этажи.
— Вот как? Ну, в таком случае, ладно, — я не стал настаивать и поднялся на ноги. — Команда Ханон, возвращаемся.
Мы потратили немало сил, сражаясь с хранителем леса.
Цели третьего акта, третьей главы, достигнуты, так что отступление – вполне разумное решение.
Так получилось, что наша команда вернулась вместе с группой Изабель.
Изабель шла молча, плотно сжав губы.
Я понятия не имел, что вызвало такую резкую перемену в её поведении.
Надеюсь, ничего плохого.
По возвращении я доложил обстановку профессору Веге, которая нас ждала.
Выражение её лица помрачнело, она велела нам отдыхать и поспешила переговорить с другим профессором.
Вероятно, они собирались усилить меры предосторожности для будущих студентов, отправляющихся в Подземелье.
Трансформации Подземелья ещё не стали общеизвестной темой.
Подземелье появлялось четыре раза в год, по сезонам.
И каждый раз его окружение менялось.
Выявить закономерности этих трансформаций было сложно даже с сотней задокументированных появлений.
Это было преимущество, доступное только игроку.
Причина, по которой я не раскрыл эти знания раньше, проста.
Пока Лукас отсутствовал, я хотел вести историю как можно ближе к оригиналу.
Трансформации Подземелья становятся важными только после третьего акта, третьей главы.
Так что я позволил событиям развиваться своим чередом.
В итоге всё идёт почти по канону.
Единственное отличие – несколько перетасованных персонажей.
— Ханон, ты… — вдруг обратилась ко мне Изабель.
Я повернулся к ней, она смотрела на меня в упор.
Вид у неё был более чем задумчивый.
— Если бы Апостол не появился в Сером лесу, что бы ты стал делать?
Казалось, она уже знала ответ, но всё равно просила подтверждения.
Появление хранителя леса было предопределённым событием.
Но это знание было доступно только игроку, остальные об этом не догадывались.
— Я бы стал ждать. Или остался на подстраховке до возвращения студентов, — ответил я вполне правдоподобно, и Изабель лишь коротко бросила: — Понятно, — после чего развернулась и ушла.
Сегодня понять её мысли было как никогда трудно.
Что с ней происходит?
Но из-за той близости, что возникла между мной и Изабель, я не решился спрашивать.
В конце концов, я отпустил её с её группой, так и не задав ни одного вопроса.
Вдалеке я заметил профессоров, о чём-то оживлённо беседующих.
Мои же товарищи, измотанные, как выжатые лимоны, валились с ног от усталости.
Третий акт, третья глава.
Трансформация Подземелья и событие с хранителем леса.
Мы благополучно через всё это прошли.
В то же время была подготовлена сцена для финального босса третьего акта:
Дракона Бедствий, Никиты Синтии.
Её падение во тьму начнётся с убийства её брата, Нии Синтии.
Событие первого квартала в Подземелье благополучно завершилось.
Все студенты вернулись.
Хотя не обошлось без раненых, обошлось без жертв.
Каждый студент с гордостью делился своими достижениями.
Однако среди всех успехов некоторые выделялись особо.
Главным из них стал успех группы Изабель.
Апостол, которого они встретили на третьем этаже, оказался именным, прожившим довольно долго.
Это была отвратительная тварь, которая выжидала опытных студентов, спускающихся на уровни, чтобы устроить им засаду.
К счастью, Бан почувствовал его присутствие и вступил в бой, в конечном итоге победив именного Апостола без каких-либо потерь.
Благодаря этому репутация группы Изабель взлетела до небес.
— Это было скрытое событие, и они отлично с ним справились.
Если бы Изабель не разобралась с ним, я планировал заняться им сам в следующем квартале.
Апостол, которого победила группа Изабель, создавал всё больше проблем, чем дольше жил.
Так что я намеревался разобраться с ним позже, но группа Изабель отлично справилась.
Они и без главного героя отлично справляются.
В конце концов, не зря же они были командой главного героя в прошлом.
— Хм? Синергия между силой Тайны и Магической гравировкой?
В этот момент рядом со мной раздался голос – девушки с глазами, словно галактики.
Шарин Сазарис, лучшая студентка Академии по магическим исследованиям.
Я спросил Шарин о связи между магической гравировкой и силой Тайны.
Она проявила неподдельный интерес, что для неё было редкостью.
— Ни у кого раньше не было одновременно силы Тайны и Магической гравировки, так что я и сама не знала.
Она протянула слова, и её глаза заблестели.
Хотя Шарин всегда казалась ко всему равнодушной, магия была исключением.
— Если такой взрыв повторится, это будет хлопотно. Не могла бы ты это исследовать?
— Конечно, мне и самой любопытно.
К счастью, в этот раз никаких подвохов.
Я был благодарен Шарин за её великодушие.
Оставив в стороне исследования Тайн и Магической гравировки вместе с Шарин,
я заметил, что сезон уже клонится к лету.
Жара поднималась от земли всё сильнее.
Совсем скоро вовсю застрекочут цикады.
Как следствие, одежда студентов становилась всё легче.
Даже Шарин передо мной была в майке без рукавов и шортах.
Откровенно говоря, чересчур.
— Шарин, тебе не кажется, что ты слишком уж по-домашнему одета, даже для общежития?
Мы находились в общей гостиной общежития.
Хоть в одежде и была некоторая свобода, наряд Шарин был уж слишком вольным.
Шарин лениво усмехнулась.
— Что? Боишься, что гормоны заиграют?
В её взгляде явно читалась насмешка, уверенность, рождённая от собственного превосходства.
Среди сверстников никто не мог ничего поделать с Шарин, лучшей студенткой по магии.
И всё же…
— Однажды ты пожалеешь о своей самоуверенности.
Бросить вызов такой самоуверенности – мечта любого мужчины.
Но Шарин лишь отмахнулась.
— Не волнуйся. Я только перед тобой так одеваюсь, Ханон.
Я сглотнул с трудом.
— …Тогда почему ты так одеваешься передо мной?
Шарин лениво рассмеялась.
— Кто знает?
Хитрая лисица.
— Кстати, Шарин, как там Изабель в последнее время?
Прежде чем она успела продолжить меня поддразнивать, я сменил тему.
Шарин развалилась на столе.
— Как обычно. Тренировки стали немного интенсивнее, правда, — сказала она, прижавшись щекой к столу и взглянув на меня снизу вверх. — А что, между вами с Изабель что-то произошло?
— Да нет, ничего особенного.
В последнее время, когда бы я ни сталкивался с Изабель, она бросала на меня мимолётный взгляд и проходила мимо, не говоря ни слова.
Она даже не давала мне шанса её подколоть.
— О, кстати, ходят слухи об Изабель.
— Какие ещё слухи?
— Говорят, она в последнее время часто тусуется с Баном. Поговаривают, что между ними что-то есть.
С Баном?
Изабель так избегала меня в последнее время, что я ничего не замечал.
— Видимо, Изабель тренируется с Баном.
Неплохое решение.
Бан, бесспорно, гений в фехтовании.
Он, несомненно, будет отличным помощником для Изабель, которая тоже владеет мечом.
— Людям лишь бы кого-нибудь с кем-нибудь свести. Так же было и во времена Лукаса, — она осеклась, замолчав.
Было ясно, что она задумалась о смерти Лукаса.
Похоже, я и правда стал проводить довольно много времени с Шарин в последнее время.
Я понял, что отношение Шарин ко мне стало намного более непринуждённым.
Наверное, поэтому имя Лукаса и сорвалось у неё с языка.
— Хотя я никогда не думала, что между Изабель и Лукасом что-то было.
Я склонил голову набок.
— Разве Изабель и Лукас не питали друг к другу нежные чувства?
— Скорее, как брат и сестра. Изабель постоянно жаловалась Лукасу на всякую ерунду.
Если подумать, Изабель начинает влюбляться в Лукаса только в четвёртом акте.
До этого в истории подчеркивалась их дружба.
Сцена, где Изабель влюбляется в Лукаса, – одна из самых знаковых.
И не потому, что Лукас выглядел круто,
а потому, что Лукас, сломленный многочисленными трагедиями, кричал в ярости на весь мир.
Изабель обняла его, чтобы утешить, и в этот момент по-настоящему влюбилась.
Мне никогда не увидеть этого момента.
Лукаса больше нет в этом мире.
Знаковые сцены, которые я помню, теперь бессмысленны.
От этой мысли во рту появился горький привкус.
— Ханон, а у тебя нет ничего такого?
— Чего такого?
— Ну, кто-нибудь, кто тебе нравится, или с кем тебя сводят.
Смешно.
— Я в Академии меньше полугода.
Откуда у меня кто-то, кто мне нравится, за такой короткий срок?
— О, но есть одна особа, которая привлекает моё внимание.
— Извини, Ханон, но я не хочу с тобой встречаться.
— Кто сказал, что это ты?
Меня отвергли ещё до того, как я признался.
— Очевидно, это Старшая Никита.
— Ханон, ты и правда восхищаешься Старшей Никитой.
Шарин и так знала, как сильно я восхищаюсь Никитой.
Это был не романтический интерес, а чистое восхищение Никитой как личностью.
Вот почему надвигающаяся катастрофа с Драконихой так сильно меня тяготила.
— О, кстати, насчёт брата Старшей Никиты…
Я резко повернул голову.
Неужели? Неужели какое-то событие уже началось?
— Он приезжает в Академию Зерион в качестве приглашённого доцента кафедры магических искусств.
Что?
Почему?
http://tl.rulate.ru/book/129082/6208493
Готово:
