Проведя ночь в военном лагере, Джоси ранним утром следующего дня отправился со своими людьми в Ганновер на встречу с Эйзенхауэром. К его удивлению, все прошло на удивление гладко, хотя поначалу казалось, что добиться своего будет непросто. Ведь если бы Джоси действовал только от своего имени, Эйзенхауэр точно отказал бы в массовом использовании заключенных из Рейнского лагеря — именно он после войны отдал приказ о создании этого лагеря и запретил военнопленным любые контакты с внешним миром. Да и с его положением не было никакой необходимости идти навстречу какому-то Джоси.
Однако ситуация в корне изменилась, когда выяснилось, что за спиной Джоси стоят пять крупнейших финансовых конгломератов США. Эйзенхауэр, будучи не только военным, но и политиком с очень тонким чутьем — недаром он позже стал президентом — мгновенно осознал значимость момента. Удостоверившись в подлинности всех разрешительных документов Джоси, он без колебаний, используя свои полномочия главнокомандующего европейского театра военных действий, выдал целый пакет документов и пропусков. Более того, он предоставил Джоси право командовать подразделениями уровня полка и ниже, а также специально назначил нескольких офицеров из отдела тыла для содействия. Вот она — истинная сила капитала в действии.
Конечно, подобный исход стал возможен во многом благодаря тому, что главнокомандующим европейского театра был именно Эйзенхауэр. Окажись на его месте тот самый «небесный император» с тихоокеанского фронта, все могло сложиться иначе. Тот тип отличался невыносимым самомнением и высокомерием — после победы над япошками он совершенно потерял голову и перестал считаться с кем-либо. Неудивительно, что в конце карьеры его ждало столь сокрушительное падение.
Получив «высочайшее соизволение» верховного главнокомандующего американских войск в Европе, Джоси действовал решительно. Он незамедлительно одолжил у бригадного генерала Росса усиленный транспортный батальон, специально запросил несколько комплектов полевых душевых установок и, загрузив одежду, еду и мыло, отправился в Рейнский лагерь набирать людей.
Хотя сам Джоси еще не видел условий в лагере своими глазами, Офелия уже успела собрать информацию об обстановке там. Картина вырисовывалась удручающая: у заключенных не было никакой сменной одежды, кроме той, в которой их взяли в плен. И несмотря на то, что лагерь располагался у берегов Рейна, американская охрана категорически запрещала заключенным выходить за пределы бараков. В результате в лагере не хватало даже питьевой воды, не говоря уже о возможности помыться.
Единственным улучшением по сравнению с оригинальной временной линией было наличие хотя бы временных построек для жилья, а не просто открытое небо над головой. В исходной версии истории Рейнский лагерь был построен в апреле, когда погода в Германии уже была мягкой и даже жаркой, поэтому американцы даже не озаботились строительством бараков. Теперь же, поскольку война закончилась до наступления зимы, а температура была низкой, военнопленных просто не могли оставить под открытым небом — это означало бы верную смерть от холода. Впрочем, на этом улучшения заканчивались, все остальные аспекты жизни в лагере оставались столь же ужасающими.
Понимая это, Джоси не мог просто привести с собой группу грязных оборванцев, похожих на нищих. К тому же его первой целью был не мужской лагерь, а женский. Стоит отметить, что в Рейнском лагере содержались не только военнопленные мужчины и даже не только военные. Среди заключенных были и гражданские, оказавшие сопротивление американским войскам, и государственные служащие, и члены нацистской партии, и женщины-помощницы вермахта, и медицинский персонал, и множество других категорий людей — просто их численность была не столь велика по сравнению с военнопленными.
Решение начать с женского лагеря было продиктовано отнюдь не желанием организовать какие-то особые услуги. Для американского персонала, который должен был прибыть позже, первостепенное значение имело обеспечение бытовых условий. Поэтому санитарный, медицинский и кухонный персонал был наиболее важен, а с этой работой женщины справлялись значительно лучше. К тому же женщины той эпохи отличались большей покладистостью и меньшей склонностью к созданию проблем.
Что касается инженеров, грузчиков и другого подобного персонала, которые понадобятся позже, то после прибытия транспортной команды американские сотрудники могли сами прийти и выбрать их. В конце концов, не мог же Джоси делать всю работу самостоятельно — для чего тогда вообще нужны эти сотрудники?
Транспортный батальон быстро прибыл в единственный женский лагерь среди всех Рейнских лагерей. Хотя большинство заключенных составляли мужчины, а женщин было меньше, это «меньше» было относительным понятием — фактическое число все равно превышало сто тысяч. После проверки документов транспортная команда въехала в лагерь, где их вскоре встретил американский офицер, охранявший это место — полковник, командир полка.
— Прошу прощения, полковник Уорд, — обратился к нему Джоси. — Пять грузовиков с припасами предназначены для поддержки вашего полка, нужно, чтобы вы организовали людей для разгрузки и распределения.
Хотя статус Джоси позволял ему не церемониться с каким-то полковником, он прекрасно понимал важность житейской мудрости. На публике, даже общаясь с простым солдатом, Джоси всегда держался очень доступно. А в ситуациях, когда требовалось сотрудничество, он специально готовил небольшие подарки — в конце концов, это стоило не так много денег, но могло принести благодарность другой стороны.
Полковник Уорд поначалу действительно был недоволен появлением Джоси. Как офицер, охранявший женский лагерь, в последнее время он жил лучше императора — стоило ему только захотеть, и любая заключенная оказывалась вечером в его казарме. Если бы не необходимость заботиться о репутации, он мог бы даже устраивать в своей казарме шумные вечеринки. А действия Джоси были сродни тому, чтобы отнимать еду из его миски.
Правда, Джоси запрашивал не так много людей, всего две тысячи, но требования выдвигал не самые простые. Ему требовались женщины-заключенные от восемнадцати до сорока лет, причем медицинский персонал, офисные работники, санитарки, а кроме того, преподаватели, способные работать переводчиками. Все это была элита среди заключенных женщин — ведь такую работу обычно выполняли именно городские женщины.
Однако услышав, что Джоси специально привез для их полка пять грузовиков с припасами, недовольство полковника Уорда мгновенно испарилось. Особенно когда он увидел, как солдаты выгружают из машин свежие овощи, фрукты, сигареты и даже несколько ящиков спиртного, его лицо просто засияло.
— Господин Кан, вы очень любезны, — полковник Уорд горячо пожал руку Джоси. — Мы обязательно поможем вам с отбором и удовлетворим все ваши требования!
Его энтузиазм был понятен — стояла глубокая зима, и свежие овощи и фрукты были редкостью даже для американских войск с их хорошим снабжением. Максимум, что им выдавали интенданты — это фруктовые консервы. Что уж говорить об алкоголе — война только закончилась, во всем мире не хватало зерна, и спиртное повсюду считалось предметом роскоши. А сигареты, хоть каждому солдату и полагалось семь пачек в неделю, в нынешней Германии стали твердой валютой, ценящейся больше денег, и никто не считал, что их может быть слишком много. Для этих американских охранников любой из этих предметов был ценнее, чем заключенные женщины в бараках.
— Офелия, это на тебе, — кивнул Джоси стоявшей рядом помощнице. — Отбери людей, отведи их к реке помыться, а потом выдай одежду!
Помимо заимствованного усиленного транспортного батальона, Офелия специально привела группу людей, в основном врачей и медсестер. Даже если речь шла о бесплатной рабочей силе, Джоси хотел только здоровых людей — зачем ему больные? Дело было не в том, что Джоси был бессердечным, просто в эту эпоху человеческая жизнь стоила так мало. Особенно когда речь шла о немцах, проигравших войну — у Джоси не было никаких оснований их жалеть, да он и не хотел выделяться.
Офелия кивнула и, заручившись поддержкой гарнизона лагеря, начала отбор людей, одновременно организуя установку полевых душевых и нагрев воды. А Джоси с полковником Уордом устроились за столом под навесом неподалеку от барака, попивая спиртное, покуривая сигары и беседуя, наблюдая за этим необычным «кастингом». Особенно когда отобранные заключенные снимали одежду и заходили в душевые палатки, эта картина... Цк-цк.
Именно такие сцены заставили Джоси понять, почему в истории в тюрьмах и лагерях для военнопленных так часто случались скандалы. В такой обстановке, где можно легко получить полную власть над другими людьми, действительно непросто удержать в узде свою человеческую природу.
@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@@
http://tl.rulate.ru/book/128175/5620162
Готово:
