На секунду Скорпиус словно не услышал Лисандра,
«Хм? Ах, да.» Скорпиус перевел взгляд со статуи на Джеймса.
Он протянул ее, но Аракус Райт схватил ее прежде, чем Джеймс успел до нее дотронуться. Он пристально рассматривал статуэтку и держал ее вне досягаемости Джеймса, пока гриффиндорец безрезультатно хватался за нее.
«Что это вообще такое?» спросил Райт, подозрительно глядя на Джеймса.
«Н-ничего!» Джеймс отчаянно заикался, его холодный фасад исчез.
Лисандеру, казалось, было все равно, он выглядел скучающим и пытался привлечь внимание к открытой трубе, которая вела в камеру.
«Сайрус? Ты ведь знаешь заклинание, верно? Заблокируй эту штуку, но убедись, что завтра мы сможем вернуться». Он сказал это, когда другой мальчик протиснулся из толпы.
Райт продолжал смотреть на Джеймса.
«Ничего страшного». Джеймс тихо сказал: «Просто семейная реликвия...»
Он взглянул на Альбуса, Райт тоже посмотрел на него, но Альбус ничего не сказал, слишком напуганный, чтобы что-то сказать. Он кивнул, и Слизерин отвернулся,
«Это ничего? Не похоже», - сказал он, небрежно глядя на статую, - „Но если ты так говоришь, думаю, это не имеет значения“.
К этому времени Лисандр и остальные Слизеринцы перестали разговаривать и наблюдали за тем, как разворачивается сцена между Джеймсом и Райтом. Альбус снова затаил дыхание, но не знал почему. Он понятия не имел, что это за старая металлическая змея и почему она так много значит для Джеймса.
Джеймс ничего не ответил. Слизерин выглядел разочарованным. Затем, не говоря ни слова, он протянул статуэтку над большой открытой трубой.
«Нет!» воскликнул Джеймс и бросился к ней, но когда он подскочил к Райту и попытался схватить статуэтку, она проскользнула сквозь пальцы мальчика и исчезла из виду.
Джеймс почувствовал, что бледнеет. Все смотрели на него. Но ему было все равно. Он присел, отчаянно вглядываясь в длинную трубу, но ни дна, ни статуи не было видно. Он поднял взгляд и увидел, что Лисандр выглядит растерянным и удивленным, Райт - все еще подозрительным, а затем, наконец, посмотрел на не менее изумленного Альбуса, который выглядел маленьким и испуганным в окружении группы более крупных и сильных Слизеринов.
У него на уме было только одно.
Он должен был вернуть статую.
Он глубоко вздохнул, расставил ноги и позволил себе упасть.
Филипп проворно побежал по скользкому гребню крыши теплицы. Пальцы его ног едва касались крыши, когда он быстро и осторожно бежал по узкому дереву между наклонными стеклами по обе стороны от него. Он низко приседал, вытянув руки для равновесия, но двигался быстро, так что едва успевал шататься. Он добрался до конца гребня, где стена замка выходила к оранжерее, и привалился к холодной каменной стене, тяжело дыша.
В паре метров от него в стену было вделано треснувшее окно. Филипп глубоко вздохнул и, держась одной рукой за стену, спустился по стеклянному склону к краю крыши.
"Не смотри вниз... подумал он, осторожно балансируя на пороге крыши.
Тонкий гребень огибал каменную стену вровень с крышей теплицы. Он просунул пальцы в трещины в стене. Он вышел на гребень, прижавшись всем телом к стене. Он чувствовал, как сильно бьется его сердце, прижатое к прохладной каменной кладке.
Медленно и осторожно, как только мог, Филипп вытянул руки, стремясь к новым захватам, а его ноги зашагали по гребню стены. Все его мышцы напряглись, когда он представил, как поскользнется, потеряет хватку и упадет на землю далеко внизу. Он сжал челюсти и закрыл глаза, полагаясь на свое осязание.
Внезапное, ужасающее скольжение так и не наступило. Он добрался до ниши, в которой находилось окно. Протянув руку, он толкнул окно и открыл его. Смотритель, мистер Хип, часто проветривал старые пыльные классы по ночам, чтобы не простудиться, когда зимой ученики были на занятиях. Филипп вдруг подумал о том, что все студенты и преподаватели надежно укрыты в постелях в уютных общежитиях.
'Сосредоточься'. сурово сказал он себе.
Окно было открыто. Ухватившись за карниз с внутренней стороны и уперевшись локтями в подоконник, он смог втянуть в нишу все остальное тело. С огромным усилием он взмахнул ногами, пальцы сошли с гребня и заскреблись по скользкой стене, когда он вскарабкался на подоконник и головой вперед пробрался в замок.
Оказавшись внутри, он поднялся на ноги, чувствуя легкое головокружение. Облегчение согрело его тело, когда под ним оказалась твердая земля, и он закрыл ледяное окно. Прислонившись к стене, он дал себе минуту, чтобы сердцебиение пришло в норму и оцепеневший страх покинул его тело.
Куда дальше? « - думал он про себя, - »Нужно позвать на помощь. Башня Гриффиндора!
Он знал дорогу отсюда, но она была очень далеко. Портключ Толстой дамы находился на седьмом этаже, а он был только на первом.
В коридоре было темно, но он не стал зажигать палочку, боясь привлечь внимание. В любой момент мог появиться смотритель - или, что еще хуже, Пивз.
Ничего не слыша, он начал бежать по безмолвному замку так быстро и тихо, как только мог. Обогнув угол, он направился к лестнице. Он должен был вернуться в башню и позвать на помощь. Слизеринцы теперь держали Джеймса и Альбуса.
Это был длинный коридор, украшенный, как и большая часть замка, гордыми доспехами и большими керамическими вазами.
Вдруг, когда он бежал, что-то зацепилось за его руку и потянуло назад. Он вскрикнул от неожиданности и отдернул руку, но что-то твердое и холодное плотно обхватило ее.
Повернувшись, он едва не вскрикнул, когда его отражение в ужасе уставилось на него из блестящего металла доспехов.
Остановившая его рука отпустила, и Филипп попятился назад, споткнувшись и упав на каменный пол. Из глубины металлического костюма донеслось жуткое бормотание. Филиппу доводилось слышать, как доспехи в Большом зале подергиваются или раскачиваются в такт музыке на Рождество, но он никогда не видел, чтобы они оживали подобным образом. Медленно, шумно лязгая, металлический монстр поднял руку. Оно потянулось к шлему и подняло визор.
http://tl.rulate.ru/book/127682/5599061
Готово:
