Праздник Небесного Дракона, достигнув своего пика, приближался к завершающей части. Пожар во дворце Белого Тигра почти потушен, а интриги четвертой наложницы с использованием «призрачных рук» удалось пресечь, так что, казалось, ничто не помешает празднику закончиться как положено.
– Как только праздник Небесного Дракона подойдет к концу, я самолично накажу четвертую наложницу.
Император Вун Сонг ненадолго вернулся в главные покои, чтобы переодеться в церемониальные одежды Небесного Дракона. Десятки служанок суетились вокруг, осматривая наряд императора.
– Воины императорской гвардии схватили ее, так что до конца праздника никаких проблем быть не должно, – сказал Шим Сан Гон, один из троих высших чиновников главного дворца, склонив голову перед императором.
У таких чиновников, как главный советник Ин Сон Рок и центральный советник Чу Бом Сок, были четко разграниченные обязанности при дворе, но заместитель советника Шим Сан Гон был из всех высших чиновников ближе всех к императору Вун Сонгу. Его прямая обязанность заключалась в составлении и оглашении императорских указов, а при необходимости он даже замещал самого императора. Неудивительно, что его положение было столь почетным.
– Воины Красного дворца провели расследование, – продолжил Шим Сан Гон. – Они обнаружили «призрачные руки» без сознания недалеко от дворца Белого Тигра. Я слышал, что и сам командующий Вун Бэк был найден без чувств на заднем дворе примерно в то же время.
Император Вун Сонг поправил подол одеяния Небесного Дракона. Его лицо помрачнело. Он, как никто другой, хорошо знал возможности «призрачных рук». В основном они занимались секретными операциями, вроде шпионажа, и отличались от воинов Красного дворца. Однако по силе они ни в чем не уступали им. А командующий Вун Бэк... Если бы он выбрал обычную военную стезю, то уже сейчас мог бы без труда достигнуть звания генерала.
Глядя на своего коллегу Чон Со Тэ, который уже поднялся до поста вице-генерала, Ун Бэк понимал: хоть и не обладал он другими талантами, низко ранговым воином Ун Бэк никогда не был.
– Похоже, мне придётся самому посмотреть на этого воина в шатре, – сказал император Ун Сон и добавил: – …Мне доложили, что он из клана Хуаёнсоль.
Заместителю канцлера нужно было быть осторожным в словах.
Прошлый глава клана Хуаёнсоль, Соль Ли Мун, пытался убить императора.
Теперь его голова была отрублена, а почти все члены клана Хуаёнсоль, участвовавшие в бунте, уничтожены.
Если бы Небесная Дева не вмешалась и не уладила всё, воин Соль Тэ Пён тоже лишился бы головы.
Соль Ли Мун из клана Хуаёнсоль был одним из самых известных предателей в истории дворца Чхондо.
Он был человеком, который почти достиг вершин мастерства меча, но сошёл с ума из-за собственной силы. В какой-то момент он перестал контролировать своё желание убивать, и каждый раз, вынимая меч, превращался в другого человека.
Высокопоставленные чиновники никогда не забудут день его бунта.
Это произошло через три дня после казни наложницы Соль Ли Муна, купчихи Сон Хёль Хва.
Человек, весь в крови, убивший офицеров уровня генералов, шёл по Небесной Драконьей Дороге и вошёл на главную дворцовую дорогу.
Под дождём его глаза сияли, как глаза мрачного жнеца, посланного забрать жизнь империи Чхондо.
Если бы он смог совладать с жаждой убивать, то мог бы стать легендарным мечником, которого помнили бы на протяжении всей истории Чхондо. Но Небесный Император (Бог) дал ему огромную силу ценой его рассудка.
Когда упоминали потомка такого человека, естественно возникали неприятные мысли.
Более того, этот кто-то сражался на равных с Призрачными Руками в возрасте, когда ему даже не исполнилось совершеннолетие.
Было вполне естественно, что образ этого кровожадного мастера меча наложился на образ юного мечника.
- Прибыл командующий Призрачными Руками Ун Пэк, - тихо произнес евнух у раздвижной бумажной двери. Это император Ун Сон вызвал командующего Призрачными Руками.
Ситуация более-менее разрешилась, но император хотел прояснить факты.
Бумажная дверь открылась, и Ун Пэк, склонив голову, выглядел совершенно разбитым.
Перед входом в главный дворец ему оказали экстренную помощь, но этого было недостаточно, чтобы скрыть его состояние.
- Ваше Величество, мне стыдно предстать перед вами в таком жалком виде.
- ...
- Я, Ун Пэк, готов отдать свою жизнь, если вы прикажете, чтобы искупить свои грехи.
Командующий Призрачными Руками не только не заметил интриг четвертой наложницы и был ею использован, но и потерпел поражение от простого воина низкого уровня.
Само по себе это было великим предательством и позором, поэтому Ун Пэк не мог поднять головы.
Несмотря на то, что его лицо было закрыто тканью, было нетрудно понять, как сильно он скрежетал зубами от ярости.
- Довольно. Я слышал, ты был побежден воином из Дворца Бессмертных. Действительно ли его боевое искусство настолько превосходно?
- ...
- Говори точно, как есть.
С точки зрения того, кто вернулся в опале, любые его слова, вероятно, прозвучат как оправдание. Поэтому Ун Пэк старался тщательно подбирать слова.
Однако император Ун Сон, похоже, был больше заинтересован в том, чтобы услышать о том воине, чем в том, чтобы отчитать Ун Пэка.
Ун Пэк пришел к выводу, что лучше говорить правду, не добавляя и не приукрашивая никаких деталей.
- Уровень его боевых искусств... был чрезвычайно высок для его возраста, но не абсолютно превосходен.
Слова человека, потерпевшего поражение, могли показаться жалкими.
Несмотря на это, Вун Бэк решил высказать свои искренние впечатления, не преувеличивая.
– То, как он брал меч, как им размахивал, как держал ножны, как отражал удары… всё это говорило о высоком уровне владения мечом… но в этом не чувствовалось отточенности многолетних тренировок.
– И?
– …Это очень похоже на врождённое чутьё.
Чтобы стать великим воином, нужны две вещи: изнурительные тренировки и природный дар. Без одной из этих составляющих трудно стать выдающимся бойцом.
Конечно, Соль Тхэ Пён объективно достиг значительного уровня как мечник. Но как ни крути, ему всего шестнадцать лет. В плане тренировок многие были сильнее его. Даже обладая врождённой силой, он немного уступал таким же одаренным людям, как Вун Бэк или Чон Сэ Тхэ. Даже с острыми инстинктами, он не мог отразить неуловимые атаки.
В армрестлинге победили бы Чон Сэ Тхэ или Вун Бэк, а если бы на него напали во сне, его бы легко убили. Но даже если это так… чувство дискомфорта не покидало его на протяжении всего их поединка.
– Он действует инстинктивно. Инстинктивно понимает, как добиться победы в поединке.
– …
Сражаясь со специальным отрядом Чан Рэ или даже с гвардейцами главного дворца, он мгновенно находил способ: кого первым обезвредить, какую позицию занять, как застать противника врасплох. Это было не результатом обучения, а врождённым чутьём.
Его трудно было определить только понятием силы. Но можно ли его победить? На этот вопрос он не мог просто кивнуть.
Вун Бэк несколько раз встречал таких сильных людей. Среди них талант Соль Тхэ Пёна был самым выдающимся. В поединке с чёткими правилами, где проверялись только чистая сила и мастерство, возможно, есть шанс с ним справиться.
Но на поле боя без правил Соль Тэ Пён был именно тем, кто найдет способ победить любой ценой.
Есть на свете люди с такой силой.
В поединке, ограниченном строгими правилами и честью, Соль Тэ Пёну не место.
Он скорее напоминал того, кто убивает на войне.
На поле боя, где на кону жизни, нет добрых правил и уставов. Здесь кусают уши, бросают песок в глаза, хватают за одежду — делают всё, чтобы уничтожить врага.
Его решимость использовать слабость Ун Бэка, даже ценой собственной руки… это скорее инстинкт зверя, чем человека.
Думать, что Соль Тэ Пёна можно одолеть в непредсказуемых условиях горящего Дворца Белого Тигра, было почти высокомерием.
Чем более неконтролируемой становилась ситуация, чем меньше правил связывало на поле боя, тем вернее он переворачивал все представления о силе и подготовке, чтобы в итоге победить противника.
— Он точно не годится на должность генерала, который держит дисциплину и ведет за собой солдат. Я считаю, что он намного больше подходит Призрачной Руке, чем Красному Дворцу.
— Если он присоединится к Призрачной Руке, сможет ли он вырасти в такого же способного командира, как вы?
— Это не столько «вырастить», сколько дать ему самому раскрыться.
Ун Бэк остановился и поклонился.
Как командиру Призрачной Руки, ему было не очень приятно говорить о своем преемнике. Однако правду не скроешь.
Но Соль Тэ Пён был тем, кого заместитель генерала уже выбрал для Красного Дворца.
Ун Бэк слышал это от заместителя генерала еще на поле боя. Заместитель генерала никогда не уступал того, кого выбрал, даже если для этого приходилось идти наперекор главному дворцу. Только те, кто сталкивался с этим, знали, насколько безумным может быть разгневанный заместитель генерала.
Конечно, если бы сам Император вмешался, это было бы другое дело, но выражение лица Императора выглядело довольно сложным.
Обнаружение полезного таланта было благоприятным событием для правителя.
Однако он происходил из клана Хуайонсель. Быть потомком безумного Меча Владыки, естественно, осложняло его чувства.
Если бы не помощь Небесной Девы, он не сохранил бы голову. Призрачные Руки были самой близкой к Императору боевой группой, поэтому, каким бы талантливым он ни был, привести его туда было непростым решением.
– Мне придется увидеть его лично, но да… прежде чем это произойдет, я должен встретиться с Небесной Девой.
Император Вун Сон, полностью оправив свою императорскую одежду, приказал Вун Бэку удалиться.
Он слышал, что Небесная Дева лично вмешалась, чтобы защитить его во время его столкновения со специальным отрядом, когда они преследовали Черную Принцессу.
Казалось, у нее была какая-то причина, чтобы попытаться как-то спасти его и скрыть его грехи.
Небесная Дева Ах Хён.
Она была шаманкой, которая служила Небесному Дракону и госпожой Чертога Небесного Дракона, так что казалось, она должна что-то знать.
– Я слышал, что в последнее время она плохо себя чувствует и не может покинуть свои внутренние покои. Теперь, когда дело дошло до этого, я должен лично навестить ее, чтобы проверить, в состоянии ли она взойти на сцену Фестиваля Небесного Дракона.
Для самого Императора совершить такой визит было чрезвычайной честью.
Это лишь показывало, что состояние Небесной Девы достигло предела.
Подземная тюрьма Красного Дворца была слишком суровой для женщины.
С разгара лета это место часто кишело насекомыми; сидеть на месте было невыносимо жарко, а санитарные условия оставляли желать лучшего.
Для Ха Чхэ Рим, которая жила в главном дворце и к которой относились как к королеве, было естественно, что каждый час, проведенный там, казался ей адом.
Исчезла благородная фигура, которой она некогда была, занимая место четвертой наложницы. Осталось лишь жалкое, растрепанное существо, продолжающее скрежетать зубами в своем грязном одеянии.
В полумраке тюремной камеры она снова и снова прокручивала неудачи своего плана.
Если бы не тот неизвестный боец третьего сорта, здесь, в темнице, оказалась бы Белая Принцесса, а не она.
Неистовая ярость и отчаяние заставляли ее скрежетать зубами так сильно, что казалось, вот-вот брызнут кровавые слезы.
Скрип.
В этот миг отворилась дальняя дверь, впуская поток света.
Увидев вошедшую в подземную темницу фигуру, Ха Чхэ Рим почувствовала, как внутри у нее все сжимается.
- Уф, запах.
Вошедшей в тюрьму, сморщив нос, оказалась Ха Воль, Белая Принцесса Дворца Белого Тигра.
Ей прислуживали фрейлины Дворца Белого Тигра, поправляя одежду и срочно обрабатывая раны. Несмотря на это, ее тело все еще было покрыто царапинами.
При виде этого Ха Чхэ Рим даже не смогла выдавить из себя горькую усмешку.
- Ох, моя четвертая наложница.
Белая Принцесса, пролившая слезы перед высшими чиновниками.
Может быть, ее вид был настолько жалок, что вызвал сочувствие высших чиновников? Белой Принцессе дали время прийти в себя, прежде чем она смогла урегулировать ситуацию.
И после того, как с помощью фрейлин она привела себя в порядок, первым местом, куда она направилась, была подземная темница Красного Дворца.
Войдя в тюрьму, где никого больше не было, Белая Принцесса тихо села прямо напротив железных прутьев, за которыми была заключена четвертая наложница.
- Вы, должно быть, сильно страдали. Как жаль... Ваша прежняя молочная кожа теперь так омерзительно изуродована... Может, дать вам немного моей пудры?
- Ты шлюха... ты...
- Зачем злиться? Вы оказались здесь из-за собственных поступков.
Улыбка, расплывшаяся по лицу Белой Принцессы, не содержала и следа слез, пролитых ею перед высшими чиновниками.
Для четвёртой наложницы это зрелище было поистине мучительным. Белая принцесса почувствовала, что момент настал, и, притворившись несчастной, постаралась расположить к себе влиятельных чиновников.
Невинную Белую принцессу несправедливо обвинили и заставили страдать из-за происков четвёртой наложницы. Она умело скрывала свои злые намерения и выглядела такой жалкой исключительно благодаря интригам самой четвёртой наложницы.
– Думаешь, ты сильно от меня отличаешься? Если бы я не забрала у тебя дурманящие благовония, ты бы сама это сделала!
– …
Белая принцесса слушала слова четвёртой наложницы с лёгкой улыбкой на лице. Действительно, она пришла сюда специально, чтобы увидеть падение своей соперницы. Хоть она только что пережила серьёзную опасность, истинная натура человека так легко не меняется. Как бы там ни было, Белая принцесса никогда не была из тех, кто благосклонно относится к тем, кто пытался её убить.
– Если бы не этот неизвестный воин! Ты бы… ты бы…!
– Да, это так. Мне очень повезло. И что теперь?
Белая принцесса прикрыла нижнюю часть лица рукавами ханьфу и зловеще улыбнулась.
– Что теперь можешь сделать ты, четвёртая наложница?
Услышав эти слова, четвёртая наложница вцепилась в железные прутья и свирепо посмотрела на Белую принцессу, словно желая убить её. Пудра на её лице потрескалась, а налитые кровью глаза почти лишили её человеческого облика. Но Белую принцессу её вид полностью устраивал.
– Четвёртая наложница, пожалуйста, трезво оцени своё нынешнее положение. Если ты будешь хорошо себя вести, возможно, я даже попрошу Его Величество проявить к тебе милосердие.
– Ты… ты шлюха!
– Конечно, этого никогда не случится, даже если небо упадёт на землю.
Сказав это, Белая принцесса встала. Её тон говорил о том, что она увидела достаточно.
– Как только закончится Небесный Драконий Праздник, тебя казнят. До этого времени размышляй о своей жизни. У меня много дел, поэтому я должна идти.
Злодейка Ха Валь, триумфально расхохотавшись, вышла из темницы. Вид извивающейся от злости и проклинающей ее четвертой наложницы так радовал Белую Принцессу, что та долго не могла успокоиться.
Поднимаясь по земляным ступеням из подземелья, Белая Принцесса спокойно раскладывала все по полочкам. И правда, это было настоящее благословение небес. Она едва не лишилась головы из-за козней четвертой наложницы, но сумела выжить благодаря собственным отчаянным усилиям и помощи Соль Тэ Пхёна. Если бы не он, она бы наверняка погибла. Радость от этого осознания была так сильна, что Белая Принцесса едва сдерживала плечи от дрожи.
– ………
Однако, чем дальше она шла, тем спокойнее становилась. Белая Принцесса Ха Валь была по сути своей непоправимо порочной натурой. Она была безмерно благодарна Соль Тэ Пхёну за спасение жизни.
Но теперь все вернулось на круги своя. Ей предстояло вновь стать хозяйкой одного из Четырех Великих Дворцов и вступить в схватку с другими наложницами. А для этого ей нужно было переоценить свои возможности.
– ……
Белая Принцесса опустила голову. Выражение ее лица становилось все более зловещим. Она понимала, что в долгу перед Соль Тэ Пхёном. Но, учитывая его силу и проницательность, он был не тем, кого можно контролировать. Тот факт, что он победил командира Призрачных Рук и так быстро разгадал ее истинную сущность, говорил о его недюжинных способностях.
Хотя сейчас он молод и заперт в Белом Бессмертном Дворце… на самом деле, он был человеком, который непременно добьется успеха, как только эти оковы будут сняты.
Лучше всего было либо заключить с ним союз, либо устранить его заранее.
— Кажется, он меня недооценил.
Была одна история, которую слуги клана Инбон устали слушать.
Женщины клана Инбон никогда не меняли своей натуры. Они были надменными особам, ослеплёнными властью, погрязшими в интригах и готовыми совершать самые неблагодарные поступки без малейших колебаний. Ха Воль не стала исключением.
Единственное, чем отличались четвёртая наложница и Белая Принцесса, это результатом.
Четвёртая наложница потерпела поражение, а Белая Принцесса выжила. И всё.
– Да, теперь я могу понять, почему у Алой Принцессы Ин Ха Ён были чувства к этому мужчине, – пробормотала Белая Принцесса, потирая подбородок, поднимаясь по грязным ступеням.
В любом случае, ситуация оставалась прежней. Пока она знала слабость Алой Принцессы, она могла использовать любую интригу, чтобы связать её с Соль Тхэ Пёном и в итоге расправиться с ней.
Сейчас, из-за беспорядков во дворце и за его пределами, действовать было сложно. Но это не отменяло того факта, что у неё на руках был мощный козырь.
После окончания Праздника Небесного Дракона стоило подготовить планы по использованию Соль Тхэ Пёна для других интриг. Такие вещи лучше обдумывать заранее.
– Да… Возможно, он думал, что, если я буду ему должна, я не стану использовать такое сильное оружие из чувства вины… Как наивно…
Хотя он и был верным и честным человеком, именно это делало его уязвимым для предательства.
Она ведь была подлой злодейкой. Он и сам должен был это знать.
Какой глупец.
Эта глупость и станет концом для самого Соль Тхэ Пёна.
Думая об этом, Белая Принцесса вышла из подземной тюрьмы Алого дворца.
– Белая Принцесса? Ты здесь?
Соль Тхэ Пён тоже пришёл в Алый дворец.
Белая Принцесса икнула и проглотила сбившийся ритм, резко остановившись от неожиданной встречи. Его внезапное появление всегда вызывало у неё учащённое сердцебиение.
Когда она увидела лицо Соль Тхэ Пёна вот так, вживую, Белая Принцесса обнаружила, что её мысли стали менее упорядоченными, чем хотелось бы.
О чём она только что думала?.. Она вдруг ничего не могла вспомнить, и ей пришлось снова перебирать всё в голове.
Белая Принцесса сглотнула.
* * *
Внутренние покои Красного Дворца собрали немало народу: командующего Воинов Чжан Рэ, заместителя генерала Чжон Со Тхэ, стражников Красного Дворца, служанок Дворца Белого Тигра и даже старшую служанку Ён Ри и писца Ван Хана из Дворца Бессмертных. Они пришли, чтобы подробно рассказать стражникам Красного Дворца о случившемся на помосте.
– Да… Без сомнения, вам пришлось нелегко. Но как ни посмотри, трудно просто так закрыть глаза на то, что вы разделались с "Призрачными Руками"…
Заместитель генерала Чжон Со Тхэ, пришедший в Красный Дворец из любопытства, услышав показания участников, явно расслабился. Он откупорил бутылку с выпивкой и залпом осушил её содержимое. Сделав несколько больших глотков крепкого алкоголя, он уселся на стул и от души расхохотался.
– Какой бы удачливой ни была, суметь одолеть Ун Бэка… ты не обычный человек. Ну что ж, мы всё услышали… Можете отдохнуть до конца Праздника Небесного Дракона. После него всё равно дел будет немного, верно?
После этих слов заместителя генерала Соль Тхэ Пён поправил одежду и ответил:
– …Я слышал, Император меня вызвал. Я только что получил сообщение через письмо от командира "Призрачных Рук". Мне нужно немедленно отправиться в главный дворец.
– Сам Император? Что ж, после стычки с "Призрачными Руками"… это не то, что можно так просто оставить без внимания.
Сделав ещё несколько глотков, заместитель генерала икнул и небрежно бросил пустую бутылку стоявшему рядом солдату. Солдат убрал пустую бутылку, словно это было привычное дело.
– …Ун Бэк сам отправил письмо?
– …Да, верно…
Раз его вызвал Император, времени на отдых не оставалось.
Император был тем, кого даже высшие чиновники дворца не могли легко встретить. Он быстро поправил одежду, готовясь проявить величайшее почтение.
Однако вице-генерал несколько раз постучал пальцами по столу, словно глубоко задумался… затем его брови нахмурились.
- Ун Бэк… этот ублюдок…?
Предчувствие было не из приятных.
Как только ситуация стала проясняться, из боковой двери, ведущей под землю, вышла Белая Принцесса.
При ее внезапном появлении все присутствующие тут же склонили головы. Соль Тэ Пён последовал их примеру, выражая уважение.
- Белая Принцесса. Вы здесь?
На эти слова Белая Принцесса ответила несколько неловко.
- Я не знала, что вы здесь, Воин Соль.
- Кажется, вы сильно оправились, и я этому очень рад.
- Вы… беспокоились обо мне?
- Когда я видел вас во Дворце Белого Тигра, вы казались так сильно ранены, что я не мог перестать волноваться.
Сказав это, Соль Тэ Пён снова склонил голову.
И когда она услышала его слова… Белая Принцесса тяжело сглотнула.
Ее жизнь проходила в мире интриг и заговоров. Давно она не встречала человека с таким искренним сердцем.
Дворец Чхондо был полон людей со скрытыми замыслами или стремлениями к успеху. Так что кто-то вроде Соль Тэ Пёна был практически вымирающим видом.
Когда она бежала из горящего Дворца Белого Тигра, спина Соль Тэ Пёна, выхватившего деревянный меч, чтобы сдержать призрачные руки, странным образом запечатлелась в ее памяти.
В то же время в ее сознании мелькнул образ, как он стоял на коленях в чайной комнате Дворца Белого Тигра и признавался ей в своих чувствах.
Хотя она и не верила в искренность этих чувств, для женщины было все равно неудобно, если она видела лишь внешнюю оболочку.
Белая Принцесса закрыла глаза и медленно покачала головой.
Да, Соль Тэ Пён потерпел неудачу.
Он имел шанс ухватиться за слабость Белой Принцессы, но упустил возможность.
Возможно, он хотел обременить ее чувством вины, но такая эмоциональная апелляция никак не могла подействовать на злодейку вроде нее.
Она неоднократно твердила себе, что он провалился, затем снова взглянула на лицо Соль Тхэ Пхёна.
- ...
- ...Белая Принцесса?
Но почему-то, глядя на его лицо, она постоянно сглатывала, прежде чем быстро отвести взгляд. Почему-то было очень трудно смотреть ему в глаза.
- Нет, ничего. В-верно... Я тебе очень многим обязана.
Белая Принцесса могла лишь неловко ответить так.
- ...
Тем временем,
Ён Ри, наблюдавшая за всем этим из угла внутренней комнаты, крепко сжала кулаки там, где никто не мог видеть.
Это был странно одухотворенный жест.
[Охота на Белого Тигра... прошла успешно!]
http://tl.rulate.ru/book/127536/6410227
Готово:
