Готовый перевод I Just Want To Destroy The Sect, But How Did I Become A God Against All Odds / Я просто хотел уничтожить свою секту, но как она стала сильнейшей?: Глава 175. Этому браку не бывать!

Чу Синьхэ привёл старшего брата Фэн Фэя к Великому старейшине и подробно изложил его ситуацию, после чего высказал своё мнение по этому поводу.

Во-первых, он заговорил о личном счастье старшего брата Фэн Фэя, который всегда самоотверженно трудился на благо секты, не жалея сил. Разве справедливо, что секта совершенно не учитывает его личные чувства? Затем, обратившись к позиции секты Улянь, Чу Синьхэ резко осудил их неблагодарность:

— Мой старший брат Фэн Фэй настолько выдающийся, что взлетит до небес, а секта Улянь смеет заявлять о расторжении помолвки? Как они посмели? Они что, хотят пойти против самих Небес?

Поэтому мнение Чу Синьхэ было предельно ясным:

— Какое, к чёрту, лицо секты? Разве наша секта Хаотянь нуждается в этом, чтобы сохранить репутацию? Счастье моего старшего брата Фэн Фэя превыше всего. В этот раз, Великий старейшина, не вмешивайтесь — я сам отправлюсь в Улянь и посмотрю, как они не подавятся, когда я ткну их носом. Хотите расторгнуть помолвку? Ну и расторгайте! Когда вернусь, я устрою старшему брату Фэн Фэю знакомство с восемью-десятью младшими сестрёнками. Разве не лучше, чем одна Святая дева из Улянь?

Фэн Фэй, стоя рядом, весь покрылся холодным потом.

«И всё же ты, младший брат Синьхэ, во всей секте Хаотянь, наверное, единственный, кто осмеливается так разговаривать с Великим старейшиной», — подумал он. К тому же расторжение помолвки действительно затрагивало репутацию секты, и, пожалуй, только младший брат Синьхэ был способен полностью игнорировать это обстоятельство.

Великий старейшина, выслушав всё, долго молчал, наконец тяжело вздохнул и заговорил:

— Этот брак был устроен мной много лет назад. Фэн Фэй, ты тогда был совсем юным, и я действительно не учёл твоего мнения — это было неправильно. Однако, Синьхэ, этот брачный союз — это не просто вопрос репутации секты. Секта Улянь богата редкими сокровищами, и все эти годы мы получали огромную выгоду благодаря отношениям с ними. Если ситуация действительно обострится, боюсь, секта понесёт немалые убытки каждый год.

После этих слов Великого старейшины взгляд Фэн Фэя потускнел, а глаза Чу Синьхэ, напротив, загорелись!

«Мать моя... тут ещё и неожиданная выгода есть? — пронеслось у него в голове. — Как же я был недальновиден, раньше думал только о личном счастье старшего брата Фэн Фэя и репутации секты. Совсем забыл о практической стороне, а после слов Великого старейшины я просто не могу сдержать смех. Наш ход точно не из-за того, что секта понесёт убытки. Как я, Чу Синьхэ, воплощение справедливости, могу допустить, чтобы секта понесла убытки? Главное — это личное счастье старшего брата Фэн Фэя. Ради его счастья что такого, если секта немного потеряет лицо? Что такого, если секта потеряет несколько редких сокровищ?»

— Великий старейшина, я считаю, что никакие сокровища не сравнятся со старшим братом Фэн Фэем! — решительно заявил Чу Синьхэ. — Поэтому я настаиваю на своём мнении — мы точно расторгнем эту помолвку! Не будем потакать им!

Фэн Фэй с благодарностью посмотрел на младшего брата Синьхэ. На самом деле, когда он услышал о возможных огромных убытках для секты, то уже был готов пожертвовать собой. Фэн Фэй даже собирался пойти на компромисс и в этот раз отправиться в Улянь, чтобы попросить их не расторгать помолвку, и приложить все усилия для стабилизации отношений. Но кто бы мог подумать, что младший брат Синьхэ окажется таким непреклонным! «Младший брат Синьхэ, старший брат в тебе не ошибся», — подумал он с глубокой признательностью.

Великий старейшина долго молчал, наконец посмотрел на решительного Чу Синьхэ и кивнул:

— Синьхэ, пусть это дело решится по-твоему, я доложу Патриарху! Фэн Фэй, дитя моё, ты многие годы трудился на благо секты, и секта не может обидеть тебя. Раз ты не хочешь этого брака, пусть будет расторжение. Что касается отношений с Улянь, если возможно, постарайтесь всё же их сохранить.

Фэн Фэй был глубоко тронут, а Чу Синьхэ лишь улыбнулся.

«Постараться сохранить? — усмехнулся он про себя. — Великий старейшина, мне кажется, вы немного фантазируете! Как сохранить? В этот раз мы явимся к ним и ткнём их носом, мы идём расторгать помолвку, мы собираемся опередить Улянь и сказать им, что этому насильственному браку не бывать ни мгновения!»

«У моего старшего брата Фэн Фэя безупречный характер и непревзойдённая база культивации, как ваша никчёмная Святая дева могла быть помолвлена с моим старшим братом Фэн Фэем? Да будь она хоть трижды благословлена предками! И теперь вы ещё осмеливаетесь заявлять о расторжении помолвки? Да будет вам известно, что этот брак первой расторгнет наша секта Хаотянь!»

Он уже составил сценарий: пойти со старшим братом Фэн Фэем, указать на этих людей из Улянь и сказать им, что не стоит утруждаться — мы первые расторгаем помолвку из уважения, ваша секта Улянь может выбирать кого угодно, даже если вы предложите Святую мать нашему Великому старейшине в служанки, мы не согласимся. Мы, секта Хаотянь, рвём все связи с Улянь, какие к чёрту редкие сокровища, неужели наша секта Хаотянь нуждается в этих жалких ресурсах?

После такой словесной атаки разве Улянь не выгонит их тут же? Какое там сохранение...

«Великий старейшина, на этот раз ничего сохранить невозможно! Если после этого Улянь не станет первой, кто выступит против нашей секты Хаотянь, значит, я, Чу Синьхэ, недостаточно их задел».

Выйдя с братом Фэн Фэем из покоев Великого старейшины, Фэн Фэй был преисполнен благодарности. Только младший брат Синьхэ мог так поступить, любой другой не смог бы добиться такого результата.

У Фэн Фэя на самом деле накопилось много возмущения. Младший брат Синьхэ прав — разве он, Фэн Фэй, не небесный гений? Хотя в секте Хаотянь он сильно отстаёт от младшего брата Синьхэ, но разве он не один из самых выдающихся? У какого небесного гения нет гордости? Старший брат Фэн Фэй просто скрывал свою гордость в сердце.

Изначально Фэн Фэй не придавал этой помолвке большого значения. Подождал бы до следующего года, нормально женился, и всё. Если бы понравились друг другу — виделись бы чаще, не понравились — реже, ничего страшного. Но Улянь вдруг прислали сообщение о расторжении помолвки? Фэн Фэй почувствовал себя оскорблённым.

Но Фэн Фэй знал, что это дело касается не только его, но и союза между сектой и Улянь. Если бы всё шло своим чередом, в итоге секта потребовала бы объяснений у Улянь, и какую бы причину Улянь ни назвала, в конце концов помолвка была бы расторгнута, но секта обязательно нашла бы способ сохранить отношения с Улянь, чтобы продолжать получать от них редкие сокровища.

Хотя никто не сказал бы ему ничего плохого, но Фэн Фэй знал, что это, вероятно, стало бы позором всей его жизни. В будущем, кто бы ни заговорил об этом во внешнем мире, все бы говорили: «Фэн Фэй... это тот Фэн Фэй, от которого отказалась Святая дева Улянь?»

Но теперь, с участием младшего брата Синьхэ, всё стало совершенно иначе. Младший брат Синьхэ вообще не собирался сохранять какие-либо отношения... раз уж мы рвём отношения, то кто кого боится?

«Я прямо ткну вас, Улянь, носом, мы первые расторгаем помолвку, а потом сохранять отношения? Да пошли вы с вашими отношениями! Мы, секта Хаотянь, вообще не нуждаемся в ваших редких сокровищах, мы в первую очередь защищаем лицо старшего брата Фэн Фэя!»

Ради своего лица позволить секте лишиться ежегодной дани редкими сокровищами от Улянь — можно сказать, что кроме младшего брата Синьхэ, никто не осмелился бы на такое.

Великий старейшина быстро доложил об этом деле Патриарху, который также незамедлительно дал ответ: Синьхэ, это дитя, справедлив, он не может смотреть, как его старшие и младшие братья терпят хоть малейшую обиду. Хотя это принесёт секте убытки, но раз Синьхэ так справедлив, как может секта разочаровать Фэн Фэя? Поэтому пусть будет так, как сказал Синьхэ!

Новость быстро разлетелась по всей секте, и в одно мгновение все были переполнены вздохами восхищения.

«Наш старший брат Синьхэ такой величественный... никогда не позволит старшим и младшим братьям терпеть ни малейшей обиды. В этот раз ради одного старшего брата Фэн Фэя старший брат Синьхэ осмелился бросить вызов всей секте Улянь. Где ещё найти такого несравненного старшего брата?»

Множество учениц также выразили поддержку старшему брату Фэн Фэю, заявляя:

— Старший брат Фэн Фэй, мы поддерживаем вас! Этот насильственный брак мы не можем терпеть ни дня! Старший брат Фэн Фэй такой выдающийся, разве он боится остаться без достойной жены? Если действительно не найдётся, я, младшая сестра, готова!

Бесчисленные ученицы кричали о своей глубокой любви к старшему брату Фэн Фэю!

«Ладно, пусть другие кричат... но Вань Линь, какого чёрта ты тоже кричишь? Скажи, какое тебе до этого дело? Если ты действительно выйдешь замуж за старшего брата Фэн Фэя, через несколько дней мне придётся либо помогать старшему брату Фэн Фэю избавиться от тебя, либо помогать тебе скрывать всё от старшего брата Фэн Фэя? Ты явно ставишь меня в трудное положение...»

В общем, как бы то ни было, после того как это дело стало известно, старший брат Фэн Фэй получил поддержку всех, а о Чу Синьхэ и говорить нечего.

Среди бесчисленных возгласов телепортационный массив для путешествия в Улянь был также подготовлен. Основная причина задержки на эти несколько дней заключалась в том, что Чу Синьхэ попросил Фэн Юйчжэна и Оуян Мина снова сделать две флейты пространства и времени.

Что? Вы спрашиваете, зачем нужны флейты пространства и времени?

«Сам пойду ткнуть Улянь носом... а что если Улянь в ярости решит применить силу, что тогда делать... разве не нужно оставить себе способ сбежать?»

А почему две... в основном потому, что вдруг с одной возникнут проблемы? Хотя старейшина Хэ поклялся своей честью, что эти две флейты пространства и времени определённо без изъянов, но мы не боимся десяти тысяч, а боимся того единственного случая. Поэтому две — это самый надёжный вариант, если одна не сработает, можно использовать другую, верно?

Свет телепортационного массива завертелся, Чу Синьхэ решил не брать с собой много людей, в этот раз в Улянь отправились только старший брат Фэн Фэй и Фэн Юйчжэн для подстраховки — эта пара Фэнов. В конце концов, с двумя флейтами пространства и времени в руках безопасность определённо гарантирована.

В свете телепортационного массива старший брат Фэн Фэй улыбался, а Фэн Юйчжэн был очень серьёзен...

«Нет, правда... мы, чёрт возьми, идём в Улянь решать дело старшего брата Фэн Фэя, ты, обуза, чего такой серьёзный?»

Проигнорировав серьёзность Фэн Юйчжэна, телепортационный массив активировался. Когда Чу Синьхэ снова открыл глаза, вокруг уже был огромный лес — это и есть территория Улянь на самом краю континента Леян.

Старший брат Фэн достал карту звёзд Улянь, полученную от Великого старейшины, и после определения местоположения трое направились в сторону святой земли Улянь. По пути Чу Синьхэ уже принял решение: по прибытии в святую землю Улянь сразу встретиться со Святой матерью Улянь, прямо ткнуть Святую мать носом, сказать им, что мы пришли расторгнуть помолвку! В будущем пусть каждый идёт своей дорогой, а затем, прежде чем Святая мать Улянь взорвётся от ярости, сразу уйти. Главное — действовать решительно, без проволочек.

Через два дня Чу Синьхэ с товарищами прибыли на границу святой земли Улянь. Как только они приблизились к святой земле, их обнаружил отряд людей Улянь, одетых как шаманы. Чу Синьхэ не стал тратить время, сразу достал печать Хаотянь, чтобы подтвердить личность.

— Чу Синьхэ из секты Хаотянь требует встречи с вашей Святой матерью!

Множество людей Улянь, увидев сияющую печать Хаотянь и услышав имя Чу Синьхэ, были поражены. Хотя территория Улянь находится в отдалении, но имя Чу Синьхэ они слышали бесчисленное количество раз. Люди Улянь с любопытством разглядывали Чу Синьхэ: так это и есть легендарный Чу Синьхэ? На вид вроде ничего особенного.

Однако с печатью Хаотянь шутки плохи, эти люди Улянь, удостоверившись в личности Чу Синьхэ и его спутников, поспешили с высшими почестями пригласить их в святую землю, одновременно немедленно доложив о прибытии Чу Синьхэ Святой матери Улянь.

В главном священном городе святой земли Улянь им не пришлось ждать долго, Святая мать Улянь в сопровождении группы учеников Улянь появилась перед Чу Синьхэ. Чу Синьхэ в этот момент глубоко вздохнул: «Святая мать Улянь, значит? Прошу принять именной привет от меня, Чу Синьхэ!»

«Я возьму на себя приветствие, ты — ярость, и давай без лишних церемоний!»

Но не успел Чу Синьхэ и рта раскрыть, чтобы высказать Святой матери Улянь всё, что он о ней думает, как она опередила его:

— О легендарном Чу Синьхэ говорили много, но при личной встрече вы превзошли все ожидания. А ты, Фэн Фэй... Десять лет минуло с нашей последней встречи, тогда ты был совсем ребёнком. Цель вашего визита мне уже известна. От имени всей секты Улянь приношу глубочайшие извинения секте Хаотянь. Мы признаём, что подвели вас, и в знак искупления нашей вины отныне обязуемся удвоить ежегодную дань редкими сокровищами.

Чу Синьхэ: «???»

«Минуточку... Тут что-то не так. Мы же пришли расторгнуть помолвку и утереть вам нос... Я даже слова сказать не успел, а вы уже извиняетесь — что за чертовщина?»

«И вообще, Святая мать Улянь, раз уж вы знаете цель нашего визита, разве не должны вы пылать праведным гневом?»

«Куда подевалась хвалёная гордость сильных мира сего?»

«Вот так запросто удваиваете дань сокровищами — вы хоть подумали о моих чувствах?»

«Я-то настроился действовать решительно, но разве это не чересчур стремительно?»

«Что же мне теперь делать? Нужен срочный совет...»

http://tl.rulate.ru/book/127201/5570536