Готовый перевод I Just Want To Destroy The Sect, But How Did I Become A God Against All Odds / Я просто хотел уничтожить свою секту, но как она стала сильнейшей?: Глава 26. Довольно притворства! Раскрываем карты!

Го Цичжэнь подвёл к Чу Синьхэ глав отрядов из Восточного Лунного Павильона и Северного Тёмного города, представляя их, но тот был настолько рассеян, что даже имён толком не расслышал.

В этот момент в голове Чу Синьхэ крутился только один вопрос: «Чёрт возьми, неужели я переродился?.».

«Быстрее! Скорее скажите мне, я что, правда переродился?! Где же этот дзынь! Где активация системы?! Разве сейчас, по законам жанра, в ушах не должен раздаться голос о том, что избранный носитель начинает свой путь к могуществу?»

Но вокруг царила тишина... Оглянувшись на младших братьев и сестёр по секте, Чу Синьхэ увидел, что они... все застыли в таком же ступоре, как и он сам!

«Неужели это групповое перерождение?» — первой мыслью Чу Синьхэ было, что их отряд из ста человек переродился вместе!

Однако мечты о перерождении быстро разбились вдребезги. От Го Цичжэня Чу Синьхэ узнал, что они не переродились и не опоздали к духовной пещере — её открытие с самого начала было назначено на завтра. Ученики трёх сект полагали, что секта Хаотянь, чей путь был самым долгим, прибудет только завтра утром, хотя даже вечер считался бы приемлемым временем, поэтому они не спешили.

Но Чу Синьхэ гнал коней во весь опор... думая, что опаздывает, а когда прибыл, узнал — какого чёрта, духовная пещера откроется только завтра? От такой новости он просто остолбенел.

Пока Чу Синьхэ пребывал в оцепенении, младшие братья и сёстры по секте позади него вдруг разразились радостными криками. Вань Линь, позабыв о приличиях, бросилась обнимать Чу Синьхэ и безумно вопила от радости. Ма Лян и вовсе упал на колени и непрерывно отбивал поклоны Небесам, словно его молитвы действительно были услышаны. И среди всей этой ликующей толпы только у Чу Синьхэ на лице застыла горькая улыбка.

«Где же обещанное суровое наказание... где же опоздание... Как же мне тяжко...»

Люди из трёх сект были ошарашены поведением учеников Хаотянь, про себя думая, что в этой секте все не в своём уме. Но в этот самый момент перед Зеркалом Хаотянь группа старейшин хохотала до колик.

— Хахаха... Вы только гляньте на выражение лица этого малыша Синьхэ, похоже, он и правда боялся наказания! — веселились они. — Раньше держался так невозмутимо, а теперь, узнав, что успел вовремя, у него такое горькое выражение лица — видно, от слишком сильной радости!

— Верно... этот малыш всё-таки ещё ребёнок, — поддакнул другой. — Раньше притворялся беззаботным, чтобы младшие братья и сёстры не переживали, но он и не подозревал, Патриарх, что вы на шаг впереди! Боясь, что дети могут не успеть, вы дали им время на день раньше.

— Хехехе... Всё же это их первый выход за пределы секты, осторожность — залог долголетия. Но выражение лица этого малыша сейчас просто умора, — даже Великий старейшина хохотал до упаду.

Перед духовной пещерой толпа младших братьев и сестёр, ничуть не заботясь о том, что три секты считают их психами, беззаботно ликовала вокруг Чу Синьхэ.

— Старший брат Синьхэ! Я же говорил, что Небеса не оставят человека с благими намерениями!

— Точно-точно... такого человека, как старший брат Синьхэ, даже Небеса не позволят наказать!

— Небеса хранят Хаотянь!

— Небеса хранят Хаотянь...

Толпа учеников секты Хаотянь безумно скандировала, а эти четыре слова заставили Чу Синьхэ схватиться за голову — каждый раз, когда он слышал их, обязательно случалась какая-нибудь хрень.

«Точно из-за того, что я напел про хорошие дни... определённо из-за этого, слишком уж не к добру!»

Ученики Хаотянь разбили лагерь, и Чу Синьхэ, глядя на толпу, которая после целого дня пути совершенно не чувствовала усталости и плясала у костра, даже не знал, что сказать. Он поклялся, что знай он об этом заранее... точно повёл бы их прямиком обратно в секту Хаотянь, нечего было разыгрывать этот спектакль... какой там спектакль, сам себя переиграл.

Но теперь что ни говори, всё уже слишком поздно. Оставалось думать только о том, как действовать в духовной пещере. Ведь он дал военную клятву — помимо духовной жидкости для очищения костного мозга, он должен добыть оставшиеся семьдесят процентов и принести их в секту Хаотянь, а если не справится, то лишится статуса личного ученика. Если так посчитать, у него всё ещё есть шанс! И шанс очень большой!

Все пели и танцевали допоздна, но младшие братья и сёстры были безумно счастливы. В эту ночь не счесть, сколько людей просыпалось от смеха во сне, и не счесть, сколько учеников трёх сект подозревали, что вся секта Хаотянь — психи.

Рано утром следующего дня Чу Синьхэ разыскал Го Цичжэня и этих... как их там... потому что имена этих двоих он действительно не запомнил.

— Я Фань Шэн! — взорвался один из них. — Хмф! Пусть секта Хаотянь и Первая Секта Поднебесной, но наш Восточный Лунный Павильон тоже входит в десятку величайших сект! Ты, глава отряда секты Хаотянь, даже моё имя не можешь запомнить, ты что, оскорбляешь наш Восточный Лунный Павильон?

— Хехе... Я Сунь Сюэхэн, — подхватил второй. — Старший брат Фань прав, секта Хаотянь чересчур высокомерна!

— Эх... — Чу Синьхэ вздохнул с досадой, но не стал объясняться.

«Говорите, что секта Хаотянь высокомерна?.. Да-да, мы такие высокомерные, и что с того... Выйдите и опорочьте имя моей секты Хаотянь, свергните секту Хаотянь с позиции Первой Секты Поднебесной, умоляю!»

Не обращая внимания на их недовольство, Чу Синьхэ, как договаривались, достал Пилюли Разрушения Камня. После того как достаточное количество пилюль было распределено, Фань Шэн и Сунь Сюэхэн немного успокоились, но всё равно не стали общаться с Чу Синьхэ, а отвели Го Цичжэня в сторону и о чём-то с ним совещались!

Увидев это, Чу Синьхэ несказанно обрадовался.

«Это же они хотят изолировать нас! Отлично! Вы, три секты, объединяйтесь и изолируйте нашу секту Хаотянь, а потом заберите себе всю духовную жидкость, лучше вообще ничего нам не оставляйте!»

Вернувшись к своим, он увидел подходящих Вань Линь и Ма Ляна.

— Старший брат Синьхэ, они что, хотят нас изолировать? — Вань Линь нахмурилась.

— Разве мы не договорились действовать сообща? — Ма Лян тоже был очень зол.

— Эх... это моя вина, — ответил Чу Синьхэ. — Вчера из-за того, что мы не опоздали к духовной пещере, я растерялся и даже имён глав их отрядов не запомнил, вот они и говорят, что наша секта Хаотянь слишком заносчива и высокомерна.

— Пусть говорят... подумаешь, изолируют нас, и что с того! — Вань Линь совершенно не считала, что в том, что старший брат Синьхэ не запомнил чьи-то имена и вызвал их недовольство, есть какая-то проблема.

Ма Лян тоже решительно кивнул — сейчас что бы ни сказал старший брат Синьхэ, всё правильно, только следуя по его стопам, можно взлететь всё выше и выше!

Три секты, похоже, достигли какого-то тайного соглашения, потому что ни одна из них не желала общаться с сектой Хаотянь. В секте Хаотянь никто особо не переживал, ведь у них было больше всего людей, так что бояться нечего.

Время медленно подошло к моменту открытия духовной пещеры. На горном склоне полуразрушенные письмена начали мерцать, и под их светом открылись врата духовной пещеры — это был путь внутрь.

Ма Лян рвался вперёд, чтобы первым разведать путь, но Чу Синьхэ остановил его.

— Ты что, дурак? Такие вещи, как разведка пути, пусть они делают, они не двигаются — мы не двигаемся!

— Хорошо... — Ма Лян без тени сомнения кивнул.

И такие же мысли, на самом деле, появились и у трёх сект. Ведь никто не знал, с чем столкнёшься, как только войдёшь в духовную пещеру. Хотя люди из секты Звёздной Луны раньше приходили на разведку и знали, что внутри окаменевшие ядовитые насекомые, но сколько их там? Есть ли ещё какие-нибудь опасности? Никто не мог сказать наверняка, так что первому входящему определённо грозила опасность.

Три секты посмотрели на секту Хаотянь и увидели, что те совсем не двигаются, поэтому тоже не двигались! Время шло секунда за секундой, с полудня до самого вечера, духовная пещера уже почти закрывалась, а обе стороны всё ещё не двигались!

Чу Синьхэ ничуть не волновали взгляды, которые бросали на него Сунь Сюэхэн и Фань Шэн. Пока они не двигаются, он точно не сдвинется с места. В худшем случае подождём, пока врата духовной пещеры закроются, тогда все разойдутся по домам на наказание — вот это было бы просто прекрасно.

Но когда Чу Синьхэ уже размечтался, что противник действительно будет стоять с ним до конца, самый вспыльчивый Фань Шэн не выдержал:

— Секта Хаотянь, будучи Первой Сектой Поднебесной, раньше всегда шла впереди, прокладывая путь, но кто бы мог подумать, что нынешнее поколение учеников окажется таким трусливым! Как мыши, боящиеся смерти!

— Да ты следи за своим поганым языком! — огрызнулся Чу Синьхэ. — Решил давить на мораль? С какой стати Первая Секта Поднебесной обязательно должна идти первой? Эту духовную пещеру первой обнаружила секта Звёздной Луны, и вас, три секты, больше, так что разве не вы должны идти впереди?

— Ты... — Го Цичжэнь не ожидал, что Чу Синьхэ обрушится с критикой на него.

— Хватит спорить, если продолжим препираться, духовная пещера закроется, — в конце концов Сунь Сюэхэн стиснул зубы и заговорил. — Раз люди секты Хаотянь боятся идти первыми, мы пойдём!

У остальных тоже не было выбора, пришлось последовать за ним, и ученики трёх сект начали один за другим входить в духовную пещеру. А сияние письмен духовной пещеры постепенно тускнело — когда оно полностью угаснет, войти будет уже невозможно.

Глядя, как все ученики трёх сект вошли внутрь, Чу Синьхэ не спешил следовать за ними, а ждал... Ждал, пока сияние письмен ещё больше потускнеет. Наконец, письмена начали мерцать — это был признак того, что духовная пещера вот-вот закроется!

— Вперёд! Мы входим!

По команде все прошли сквозь письмена и вступили в духовную пещеру. Перед глазами предстал разрушенный подземный город — похоже, это были руины древней цивилизации. Но не успели все как следует рассмотреть, что же представляли собой эти древние руины, как Чу Синьхэ снова заговорил:

— Все... возвращаемся назад тем же путём!

— А? — услышав этот приказ Чу Синьхэ, большинство людей на мгновение застыли в ступоре. Ведь сейчас духовная пещера уже начала закрываться, если выйти сейчас, то уже точно нельзя будет вернуться.

Если бы это случилось до событий в городе Юй, то, получив такой приказ от Чу Синьхэ, другие промолчали бы, но Ма Лян первым выскочил бы обвинять Чу Синьхэ в злом умысле. Но сейчас Ма Лян, получив приказ, первым последовал за Чу Синьхэ, исполняя команду старшего брата Синьхэ без малейших колебаний. Остальные, естественно, тоже не колебались и все последовали за ним.

Чу Синьхэ в этот момент тоже решил идти ва-банк! Хватит притворяться! Карты на стол!

«Чтобы не получить духовную жидкость, я прямо сейчас поверну назад — попробуй переиграй меня! Одним обратным манёвром я прямо заставлю всех выйти из духовной пещеры, и в этот раз секта Хаотянь не то что духовной жидкости не получит, даже шанса на очищение костного мозга для учеников не будет — ну и кто сможет переиграть меня в этом раунде!»

А что касается причины? Чу Синьхэ уже всё продумал — как только он вошёл, то почувствовал предупреждающий сигнал от Шкатулки мечей Хаотянь и инстинктивно решил отвести всех назад, даже не успев как следует подумать — разве не прокатит? Причина не важна! Важно, будет ли наказание!

Чу Синьхэ уже готов был рассмеяться вслух — такое откровенное вредительство команде, теперь-то точно всё получится! Но не успел он посмеяться и секунды, как мир перед глазами заставил его остолбенеть.

Всё тот же разрушенный подземный город, но почему здесь всё ещё мерцает зелёный свет?

«Разве я не должен был оказаться снаружи духовной пещеры? Что за чертовщина? Неужели это правда перерождение?»

http://tl.rulate.ru/book/127201/5435404