Не сказав ни слова, он сразу начал развязывать одежду Гао Ян. Возможно, дело в том, что Чжан Фэй действовал гораздо увереннее и опытнее.
Разумеется, на следующий день, когда Гао Ян открыла глаза, всё тело ломило от боли. Посмотрев на часы, она обнаружила, что уже десять утра.
Стиснув зубы, ей пришлось заставить себя одеться. При этом она тихо ворчала себе под нос:
— Чжан Фэй совсем не знает меры. Настоящий волк…
Но, с другой стороны, и ей самой было стыдно — она вчера тоже не смогла удержаться.
Пока Гао Ян, краснея при одном воспоминании о ночи, натягивала одежду, Чжан Фэй хлопотал на кухне.
И конечно же, его в образе домохозяйственного повара вновь застала тётка, заглянувшая в гости от нечего делать.
— Ай-яй, Чжан Фэй, когда ты уже приготовишь что-нибудь вкусненькое и для нас, твоих тётушек?
Но Чжан Фэй, не отвлекаясь от дел, отшутился:
— Тётя, вот дождитесь, пока мой младший брат Мин Чжи вас угостит!
— Ах ты, паршивец, настоящий неблагодарный сват! Женился — и про мать забыл! Слушай, невестка, ты что, не можешь на него повлиять?
Тётя Чжан попыталась втянуть в разговор и невестку, надеясь, что та приструнит Чжана Фэя.
— Фэйянь, я в ваши глупости не вмешиваюсь, — спокойно отрезала Ван Шуфэнь.
Хотя утром она и не видела Гао Ян за завтраком, прекрасно догадывалась, в чём дело.
Раз Гао Ян не встала, значит, сын её как следует «поиздевался» над девушкой ночью…
Впрочем, все были только рады — ведь это означало, что совсем скоро у них может появиться внук.
Хотя, наблюдая, как Чжан Фэй возится на кухне, сердце Ван Шуфэнь сжалось — ведь раньше он делал это для неё. Но теперь…
Теперь он будет жить с этой девушкой, Гао Ян. Она больше не станет вмешиваться в их жизнь.
— Слушай, невестка, ты ведь мать Чжана Фэя! Почему он тебе даже поесть не приготовит?
Но Ван Шуфэнь было всё равно, что говорит её старшая золовка — той лишь бы поворчать и повозмущаться.
— Лучше бы ты не приходила! Придёшь — и сразу ноешь. Может, лучше иди домой и позаботься о своём сыне?
Бабушка Чжан не могла спокойно смотреть, как её внуку достаётся за то, что он просто готовит еду. Да и если Гао Ян услышит весь этот бред, что она подумает?
— Мама, я же просто злюсь, — возмутилась Чжан Фэйянь. Она надеялась, что мать за неё заступится, а та ещё и выставляет?
Что, и мама теперь не на её стороне?
— А если ты злишься, я теперь могу прийти и злиться на тебя, что ты не заботишься о своём сыне? — раздражённо парировала бабушка Чжан.
Она чувствовала, что её старшая дочь совсем потеряла чувство такта — даже момент для разговора не умеет выбрать.
Сегодня ведь первый день после свадьбы Гао Ян, не стоит портить настроение.
— Мама, я же просто шучу с Чжан Фэем и невесткой! — пробормотала Фэйянь, подойдя к матери и дернув её за рукав.
— Ох, девчонка, тебе уже столько лет, а ты всё ластишься! Не стыдно?
— Мама, сколько бы мне ни было, я всё равно твоя дочь. Разве ты можешь отказаться от меня только потому, что у тебя появился внук?
Фэйянь не отлипала от руки матери.
Не выдержав, бабушка Чжан решила просто переключить внимание:
— Чжан Фэй, иди-ка посмотри, проснулась ли твоя жена!
Она понимала — надо отвлечь внимание дочери, пока та не развязала очередную ссору.
Хотя даже если бы бабушка Чжан ничего не сказала, Чжан Фэй всё равно собирался идти наверх — он как раз закончил варить суп и беспокоился о Гао Ян.
Он прекрасно понимал, насколько переусердствовал прошлой ночью.
А что до слов тётки — он просто сделал вид, что не слышал. С детства он знал: тётя — женщина странная, не слишком надёжная. И, по сути, она просто завидует тому, как он заботится о жене.
А разве можно не жалеть собственную жену?
— Тогда, бабушка, мама, папа, я пойду наверх. А вы пока поболтайте, — сказал Чжан Фэй и взял с собой суп.
Тётя хотела что-то сказать, но наткнулась на жёсткий взгляд бабушки Чжан и замолчала.
— Ма-а… — открыла было рот Фэйянь.
— Что «ма»? — тут же перебила её бабушка. Она уже устала от этого балагана. Лучше бы посмотреть, как там Гао Ян.
Когда Чжан Фэй подошёл к двери их комнаты с чашкой супа, то услышал лёгкий шорох.
Он понял, что Гао Ян проснулась. Открыв дверь, он увидел, как она уже в одежде чистит зубы и умывается.
— Проснулась? Тебе всё ещё плохо? — спросил он, заметив, как скованно она двигается.
Гао Ян не ответила и даже не посмотрела на него — только закатила глаза и пошла села на кровать.
— Ладно, ладно, жена, я виноват, — тут же стал извиняться Чжан Фэй.
— Виноват? А в чём ты виноват? — сердито переспросила Гао Ян.
— Эм… — Ну не скажешь же прямо, что вчера совсем не сдержался?
— Вот и всё! — Гао Ян с досады хотела его покусать.
— Жена, ну ты же знаешь, что я вчера не удержался…
— Ты ещё смеешь об этом говорить?! Я вчера сколько раз тебя просила остановиться, а ты всё не унимался! Ты только посмотри, в каком я виде еле-еле встала. Как мне теперь людям в глаза смотреть?
Гао Ян была в бешенстве. Она проснулась почти в десять утра, и теперь просто не знала, как выйти из комнаты — всё из-за него!
— Жена, прости! Я уже сварил тебе просо — хочешь поесть?
Видя, как она закипает, Чжан Фэй поспешил продемонстрировать результаты двух часов на кухне.
— Ну же, не сердись. Вот, я налил суп — попробуй.
Он подал ей пиалу с кашей. Конечно, упрямиться было бессмысленно — желудок у Гао Ян был давно пуст после вчерашнего "марафона".
Лишь когда она начала есть, Чжан Фэй немного успокоился.
И, конечно, тут же начал мечтать: а вдруг и сегодня вечером всё повторится?
Хотя Гао Ян не читала его мысли, выражение лица говорило само за себя.
— Даже не думай! Сегодня — ни-ни. Завтра мне снова рано вставать, — тут же осекла его Гао Ян.
— Жена, ну давай обсудим… — начал он, надеясь на переговоры.
— Обсуждать нечего, — отрезала она. — Завтра я не хочу валяться пластом. Это стыдно.
— Ну тогда, когда вернёмся домой, ты меня откомпенсируешь? — загрустил Чжан Фэй, прикинув, что сегодня ему ничего не светит.
— Когда вернёмся в Северо-Восток, делай, что хочешь. Но только один день, ясно?
— Хорошо! Только не забудь, что сама это сказала, — тут же согласился Чжан Фэй.
А уж когда настанет этот день — кто знает, может, удастся выторговать побольше?
Дураком было бы не согласиться!
А Гао Ян было всё равно, что он там надумал. Сейчас ей хотелось лишь немного побыть в его доме, не вызывая пересудов.
Но всё же нельзя было провести весь день, сидя в комнате!
Поев, она убрала посуду и пошла вниз — аккуратно вымыла всё на кухне.
Когда она спустилась, в гостиной уже сидели домочадцы. Ей стало ужасно неловко — она до сих пор не могла смотреть им в глаза.
http://tl.rulate.ru/book/127111/6970654
