Ночь наступила тихо, и звёзды зажглись на тёмном ночном небе.
Во дворе усадьбы Ян небольшой мостик, журчащий ручей и чистый пруд с лотосами отражали мерцающий свет фонарей под карнизами.
– Пора ужинать, – сказала Ян Лин, взяв сына за руку, и направилась с ним в цветочный зал внутреннего двора.
Там они увидели несколько служанок, которые несли изысканные блюда и аккуратно расставляли их на круглом столе, покрытом красивой скатертью. Затем девушки почтительно удалились.
Ужин был временем, когда вся семья собиралась вместе. Даже Юнь Хуа, которая обычно была поглощена алхимией, находила время, чтобы присоединиться к ним, хотя ей и не нужно было есть.
Когда Ян Лин с сыном вошли в зал, они увидели, как Юнь Хуа сидит за столом и играет с маленьким ребёнком.
Этот малыш был недавно назван Ян Цзяном. Ему исполнилось всего несколько месяцев с тех пор, как он научился ходить. Его кожа была нежной и светлой, а большие глаза сияли умом и красотой. Весь он был похож на фарфоровую куклу – хрупкий и очаровательный.
Малыш ещё не умел говорить и только лепетал что-то невнятное. Его маленькие ручки тянулись к пирожному, которое держала мама. Он шатался, пытаясь дотянуться, и выглядел очень забавно.
– Скажи "мама", и я дам тебе вкусняшку, – Юнь Хуа держала в руке кусочек пирожного с ароматом османтуса и терпеливо пыталась научить младшего сына говорить.
Но малыш упрямо тянулся к пирожному, не обращая внимания на её уговоры.
– Ну и ребёнок... – Юнь Хуа сдалась и позволила сыну забрать лакомство. Затем она повернулась к Ян Лин и с лёгкой досадой сказала: – Ему уже год, а он всё ещё не говорит "мама". Помню, Да Лан начал говорить уже в девять месяцев.
– В восемь, – поправил её Ян Лин, погладив голову старшего сына. Затем он подошёл к младшему, взял его на руки и с улыбкой добавил: – Дети все разные. Кто-то начинает говорить раньше, кто-то позже...
Хотя наш старший сын невероятно талантлив и умен, младший тоже унаследовал лучшие черты нас обоих. Он ничуть не хуже брата!
Как будто поняв слова отца, маленький Ян Цзянь протянул ему пирожное и сладко пролепетал:
– Папа... Папа ест...
– Ой, он заговорил! – радостно воскликнули все в комнате.
Ян Лин откусил маленький кусочек пирожного и почувствовал, что оно никогда не было таким сладким. Он не смог сдержать улыбки:
– Молодец, молодец! Ты действительно мой хороший сын!
Маленький Ян Цзянь заморгал своими большими глазами и тоже засмеялся, искренне и чисто.
Юнь Хуа, однако, была не в восторге.
– Когда Да Лан начал говорить, он первым делом назвал тебя "папа". А теперь Эр Лан делает то же самое... Вы с отцом сговорились, чтобы дразнить меня?
– Дорогая, ты ошибаешься, – улыбнулся Ян Лин, обнимая её за талию. – Это естественно, что сын ближе к отцу. Если хочешь, чтобы ребёнок был ближе к тебе, давай родим дочку.
– Да ну тебя! Ребёнок тут, не позорься! – Юнь Хуа покраснела и, стараясь сохранить серьёзность, оттолкнула руки Ян Лин. Затем она взяла маленького Ян Цзяня на руки и снова попыталась уговорить его сказать "мама".
Но малыш был непреклонен. Он сосредоточенно ел пирожное, игнорируя все её уговоры.
Юнь Хуа невольно почувствовала лёгкую грусть. Она задумалась: может, она слишком увлеклась алхимией и уделяла детям недостаточно внимания?
Заметив, что жена слегка нахмурилась, Ян Лин поспешил сменить тему, пошутив:
– У нашего второго сына с ранних лет твёрдый даосский дух. Он не поддаётся внешним соблазнам. Наверное, из него получится отличный последователь пути ци и бессмертия, правда?
– Ты называешь это твёрдым духом? – Юнь Хуа посмотрела на него с недовольством, но затем серьёзно добавила: – Хотя Эр Лан действительно обладает добрым нравом и талантом. Если он получит наставления от достойного учителя, стать бессмертным для него будет проще простого!
– Вот видишь, я был прав! – Ян Лин засмеялся, глядя на своего розовощёкого сына.
В этот момент он вдруг заметил, что на груди маленького Ян Цзяня засиял туманный свет, окружённый таинственными символами.
Это было...
Ян Лин был поражён. Туманный свет, который он видел, явно был Верховной Костью, которую он когда-то получил из загадочного ящика!
После того как она слилась с его телом, её долгое время не удавалось активировать, и постепенно она исчезла.
Неужели она передалась Ян Цзяню через кровь?
С этой мыслью он быстро взглянул на Юнь Хуа, пытаясь понять, заметила ли она что-то.
Их взгляды встретились. В глазах Юнь Хуа читалась лёгкая тревога.
Похоже, она тоже это увидела.
Ян Лин задумался, как бы объяснить жене происходящее.
Но прежде чем он успел что-то сказать, Юнь Хуа заговорила первой:
– На самом деле... я могу объяснить.
– Эм?
Ян Лин был ошеломлён.
Юнь Хуа не заметила изменения в его выражении лица и начала "объяснять" сама.
Когда она закончила, Ян Лин понял, что в тот момент, когда он был увлечён видением "Верховной Кости", с маленьким Ян Цзянем произошло ещё одно видение – божественный глаз Цюэ Тина!
Проще говоря, между бровями маленького Ян Цзяня только что появился третий глаз!
Хоть он и исчез через мгновение, это действительно случилось.
Юнь Хуа сама видела это и подумала, что Ян Лин тоже заметил, поэтому поспешила объяснить, чтобы муж не счёл их ребёнка чудовищем.
Согласно её объяснению, третий глаз Ян Цзяня на самом деле был преобразован из одного из её сокровищ – "Божественного Ока Сюаньтянь".
Это око сопровождало её много лет, но недавно внезапно потеряло свою духовность и превратилось в обычный камень. Неожиданно его божественная сила проникла в тело маленького Ян Цзяня.
Правда, Юнь Хуа всё же не объяснила некоторые детали.
Например, это Божественное Око было подарком от святого Юаньши Тяньцзуня, когда Бог Хао Тянь принял власть над небесами.
Позже Бог Хао Тянь подарил его ей.
Чтобы продолжать скрывать свою истинную природу, она не могла раскрывать такие подробности.
Закончив объяснение, Юнь Хуа с беспокойством посмотрела на Ян Лина и тихо прошептала:
– Муж, я должна была рассказать тебе об этом заранее...
– Всё в порядке.
Ян Лин сделал вид, что великодушно махнул рукой.
Юнь Хуа с облегчением вздохнула.
Она не только боялась, что её личность раскроется, но и того, что муж не сможет принять, что она родила "трёхглазое чудовище".
В конце концов, её муж был всего лишь смертным.
С точки зрения обычного человека, ему должно быть трудно понять, почему Божественное Око Сюаньтянь оказалось у Ян Цзяня.
Но, судя по всему, её муж оказался довольно терпимым.
Однако она не знала, что в этот момент Ян Лин тоже тайно вздохнул с облегчением.
У него самого было много вещей, которые он не знал, как объяснить жене.
Теперь всё в порядке – у каждого из супругов были свои секреты.
Это было справедливо.
Конечно, Ян Лин уже почти догадался об истинной природе Юнь Хуа, но раз жена сама не говорила, он не собирался раскрывать это первым.
Теперь же, с двумя талантами – Божественным Оком Сюаньтянь и Верховной Костью – будущее маленького Ян Цзяня было безграничным!
Думая об этом, он посмотрел на сына и почувствовал внезапную гордость. Не сдержавшись, он громко произнёс:
– Мой сын Ян Цзянь обладает твёрдым сердцем, необычайными талантами и качествами великого императора!
Малыш, казалось, понял, что речь идёт о нём, и снова беззаботно улыбнулся.
Ян Лин повернулся к своему старшему сыну, который спокойно сидел за столом, и серьёзно сказал:
– Мой сын Ян Чжао обладает спокойным характером, выдающимися способностями и обликом небесного императора!
Как только эти слова прозвучали, Юнь Хуа резко изменилась в лице и с лёгкой паникой произнесла:
– Не говори глупостей!
Ян Лин понимал, почему она волновалась, но небрежно ответил:
– Я просто говорю сам с собой, вокруг нет посторонних, кто бы это услышал?
Насколько он знал, богов ещё не было, на небесах было множество вакансий, и не существовало "ясновидящих" или "яснослышащих", которые могли бы постоянно следить за миром людей.
– Боги над нами! Даже если ты говоришь это сам с собой!
Юнь Хуа подчеркнула свои слова, и атмосфера в зале мгновенно стала более напряжённой.
– Ладно, ладно, я обещаю больше так не говорить... – быстро сдался Ян Лин и подмигнул Ян Чжао. – В любом случае, главное, чтобы старший понял, что я имею в виду.
Ян Чжао серьёзно кивнул и торжественно произнёс:
– Я запомню все слова отца и обязательно оправдаю его ожидания!
– Молодец!
Ян Лин почувствовал себя весьма гордым.
Он прожил в этом мире восемь лет, женился на небожительнице и родил двух замечательных сыновей. Определённо, он был победителем в жизни!
http://tl.rulate.ru/book/126286/5392477
Готово:
