И как человек, который знает способности Орихимэ, но также раскрывает их, будь то смелость или решительность, это можно считать настоящим мастерством!
– Я просто не хочу причинять боль своей женщине, – спокойно сказал Линь Тяньяо.
– Твоей... женщине?
На этот раз выражение лица Урахары Кисукэ стало крайне выразительным, а взгляд, которым он смотрел на Линь Тяньяо, стал странным.
Как можно считать этой девочке всего тринадцать-четырнадцать лет? Неужели этот парень увлекается "воспитанием" в таком ключе?
Линь Тяньяо, естественно, заметил его мысли и равнодушно спросил:
– Разве это невозможно?
Тишина. Урахара Кисукэ погрузился в полное молчание...
Этот парень настоящий наглец! Он даже не скрывает своих странных увлечений!
После встречи Урахара серьезно посмотрел на Линь Тяньяо и спросил:
– Тогда, Тяньяо-кун, можешь ли ты использовать способности мисс Орихимэ, чтобы уничтожить "эту штуку" напрямую?
– Её способностей сейчас недостаточно, – спокойно ответил Линь Тяньяо.
Он знал, что Урахара говорил о Хогёку.
Не говоря уже о том, что текущие способности Орихимэ действительно недостаточны, даже если бы они были, Линь Тяньяо не согласился бы.
Если Хогёку будет уничтожен, то как же его миссия?
Услышав это, Урахара вздохнул, явно разочарованный.
– Да, я думал, что всё слишком просто!
Урахара не мог не расстроиться. Ведь если бы способности Орихимэ можно было использовать для уничтожения Хогёку, то амбиции Айдзена были бы обречены, и им не пришлось бы идти на такие риски.
Урахара Кисукэ не знал, что человек, способный уничтожить Хогёку, стоял прямо рядом с ним.
С помощью истинного огня Линь Тяньяо, который невозможно погасить, он мог бы сжечь Хогёку до пепла, но он никогда этого не сделает...
---
**Глава 073. Позиция?**
Пустая площадь парка.
Иноуэ Орихимэ в школьной форме стояла в центре площади с закрытыми глазами, словно что-то ощущая.
Внезапно.
Она открыла глаза и отпрыгнула назад.
Бам!
Черная тень упала с неба и приземлилась на то место, где она только что стояла, подняв облако пыли.
Это был пустой, похожий на саранчу. С точки зрения духовного давления, это даже не большой пустой, а скорее "мелкая рыбешка" среди таких же.
Но для нынешней Орихимэ это был отличный объект для тренировок.
Ррр!
Саранча громко зарычала после приземления, и её мощные задние лапы оттолкнулись, запустив атаку.
Для пустого человек с таким количеством духовной энергии, как Орихимэ, был самым вкусным лакомством в мире...
– Хо Удзю, Мэй Янь, Лили, три дня на создание щита, я отказываюсь! – без паники крикнула Орихимэ.
Как только её голос прозвучал, три потока света вылетели из её заколки, образовав треугольный щит, излучающий слабый желтый свет, перед Орихимэ, защищая её тело.
Голова саранчи, обернутая в костяную маску, врезалась в щит, издав глухой звук. Щит раскололся, снова превратившись в три потока света, и вернулся в заколку Орихимэ.
Саранча, тряся головой, была оглушена.
Орихимэ воспользовалась моментом и крикнула:
– Чун Гуй, Гу Тянь, разрубить щит, я отказываюсь!
Свист!
Оранжево-желтый летящий клинок снова вылетел из заколки Орихимэ и быстро направился к саранче.
Пфф...
Ярко-красная кровь брызнула в стороны.
Тело саранчи было разрезано пополам в районе талии, превратилось в черные частицы и рассеялось в воздухе...
Орихимэ только вздохнула с облегчением, как перед ней появился цветок, и Линь Тяньяо внезапно возник перед ней, держа на руках маленькую Нилу.
– Брат Тяньяо! Нилу-тян! – радостно воскликнула Орихимэ.
Прошло уже больше трех месяцев с тех пор, как Орихимэ пробудила свои способности.
Все это время Линь Тяньяо каждый день выводил её на тренировки. Благодаря её "Щиту Двойного Неба", трещины на маске Нилу постепенно исчезали, но из-за того, что травма была слишком серьезной и затяжной, она до сих пор не зажила полностью...
– Орихимэ! – с улыбкой поприветствовала её Нилу.
Линь Тяньяо протянул свою белую ладонь, погладил гладкие оранжево-рыжие волосы Орихимэ и мягко улыбнулся:
– Молодец, похоже, ты уже освоила свои силы.
Орихимэ, наслаждаясь прикосновением, подняла голову, прищурилась и смущенно сказала:
– Всё это благодаря тебе, брат Тяньяо... – Хотя она и скромничала, но похвала и ласка от того, кто ей дорог, делали её счастливой.
Однако Линь Тяньяо заметил, что в момент использования "Щита Одинокого Неба" она всё ещё колебалась.
Несмотря на то, что он три месяца внушал ей, что нельзя проявлять милосердие к врагу, она всё ещё была слишком мягкой.
Линь Тяньяо вздохнул про себя.
Но он не стал указывать на это, ведь такая уж её природа...
http://tl.rulate.ru/book/125479/5350814
Готово:
