На огороде царил сущий гвалт: крики и хохот целой толпы уже давно привлекли всеобщее внимание.
Многие ученики сбежались поглазеть и теперь, припав к ограде, заглядывали внутрь через щели.
В четвертом раунде Виду, которому запретили использовать заклятие увеличения, пришлось показать, на что он способен на самом деле.
Дезиллюминационное заклятие и невербальные чары для внезапных атак.
Заклятие сверхчувствительности для обострения восприятия.
Авис, чтобы разрушать ловушки.
Заклинание копирования, чтобы создавать новые тыквы и лианы, заставая врасплох тех, кто думал, что уже изучил местность.
Чары скольжения, из-за которых собиравшийся напасть из засады Фред поскользнулся и врезался головой в тыкву.
Левитационные чары, чтобы сбить с ног Невилла.
Связующее заклятие, намертво опутавшее прятавшегося в лианах Тео, так что ему оставалось только сдаться.
Опрокидывающее заклятие, от которого Гарри, перевернувшись в воздухе два с половиной раза, приземлился, совершенно потеряв ориентацию, и тут же был сражен Окаменевляющим заклятием.
Заклинание «Подножка», Оглушающее заклятие, Экспеллиармус и многие другие — Вид владел ими в совершенстве. К тому же он постоянно поддерживал на себе сверхпрочное Протего, которое отражало любые попавшие в него чары.
Лишь когда пал последний из них, а Вид так и остался невредим, они осознали, насколько велика была пропасть между ними.
Один Вид знал больше заклинаний, чем все они вместе взятые.
Более того, большинству из них требовалось твердо стоять на ногах и целиться, чтобы сотворить заклинание. В движении же их успешность падала ниже половины, а попадание в цель и вовсе становилось делом чистой удачи.
Именно во время этого поединка Вид еще глубже осознал, как сильно ему помогли записи и наставления профессора Флитвика.
В обычных тренировочных дуэлях уровень юных волшебников казался примерно одинаковым. Разве что заклинания Вида были немного мощнее, а лучи — толще.
Но в настоящем бою из десяти заклинаний у других срабатывало в лучшем случае одно, тогда как у Вида — как минимум семь.
Вдобавок к этому преимущество давала местность, поэтому казалось, что он без малейшего труда справился один против девятерых.
Однако сам Вид не был доволен.
Его и самого несколько раз задели, а однажды, когда на него напали сразу несколько человек, его Протего едва не пробили.
Все вымотались и теперь сидели на земле, каждый размышляя о своем.
— Эй, Фред, что вы тут делаете? Может, и меня возьмете? — донесся голос из-за ограды.
Фред обернулся. Говорил Ли Джордан, их с братом сосед по комнате и лучший друг.
Оглядевшись, все вздрогнули. За оградой неизвестно когда собралась огромная толпа учеников. Некоторые так прижимались к забору, что их лица исказились, и все они смотрели на игроков с горящими глазами.
— Да, да! Возьмите нас с собой!
— Выглядит очень интересно!
— Фред, Джордж, ради нашей дружбы, скрепленной совместным списыванием домашки, не оставляйте меня за бортом!
Ученики, которые не пропускали ни одного матча по квиддичу, хоть там и мало что разглядишь, просто не могли устоять перед подобными состязаниями.
Хотя Фред и был рад поиграть вместе с Ли Джорданом, он не ответил сразу, а посмотрел на Вида.
Вид был не против, чтобы к игре присоединилось больше людей. Чем больше участников, тем лучше проверка его магических навыков.
Он прикинул размеры поля и обратился к Хагриду:
— Пусть выстроятся в очередь. Вы не могли бы проследить за порядком? За раз — не больше пятидесяти человек.
— Конечно, — охотно согласился Хагрид.
Ему до смерти нравилась эта игра, и, если бы не его габариты, он бы и сам с удовольствием присоединился.
— На этот раз вы ведь не станете запрещать мне заклятие увеличения? — спросил Вид у остальных.
Все побледнели, но потом, сообразив, что теперь страдания разделят с ними и другие, тут же пришли в радостное предвкушение.
— А что это за игра? — с азартом спросил Ли Джордан, входя на поле.
Все переглянулись и хором ответили:
— Королевская битва!
Один Вид — и целая толпа, на которую он охотится.
…
— А-а-а-а-а!
Пронзительный крик пронзил небеса.
Филч перерыл весь школьный устав, но, не найдя подходящей статьи, в ярости отправился к Дамблдору.
— Директор, это серьезное нарушение правил! Их всех нужно переловить и наказать! — гневно выпалил Филч.
— Не горячитесь, мистер Филч, — добродушно проговорил Дамблдор. — Вы только посмотрите на детей, сколько в них жизни! Интересно, они позволили бы мне присоединиться?..
— Альбус! — нахмурилась профессор МакГонагалл. — Ученики могут пострадать!
Дамблдор закинул в рот медовую ириску и невнятно проговорил:
— Мадам Помфри уже приготовила зелья и бинты. И потом, дети на самом деле куда осмотрительнее, чем мы думаем… Хочешь конфету, Минерва?
— …Что ж, хорошо. Спасибо.
Увидев, что это не «тараканьи гроздья», профессор МакГонагалл неохотно взяла конфету.
— Но я все же надеюсь, что вы запретите эти опасные…
— Минерва, — прервал ее Дамблдор. — Вы когда-нибудь видели львят?
Профессор МакГонагалл помедлила. — Разумеется.
— Тогда вы должны знать, — продолжил Дамблдор, — что детеныши животных всегда в игре осваивают навыки, необходимые для выживания. Охоту, умение прятаться, общение.
— Наши дети — не исключение.
— Если они не научатся владеть своими палочками в игре, жизнь научит их этому по-другому.
— Сейчас я жалею лишь об одном…
— Почему я сам не додумался до такой игры раньше?
Профессор МакГонагалл больше ничего не сказала. Она развернулась и быстрым шагом направилась к мадам Помфри, чтобы лично убедиться, хватит ли в больничном крыле медикаментов.
Седобородый директор слегка прищурился.
Он применил заклинание, позволявшее ему даже на большом расстоянии ясно видеть все, что происходило на огороде.
Он видел, как Гарри умело отбился от нескольких огромных тараканов, спасая плачущую от страха первокурсницу.
Он видел, как хаффлпаффец Тео запрыгнул на спину богомолу, а равенкловец Майкл помог ему одолеть насекомое.
Он видел, как слизеринец Забини и гриффиндорец Рон вместе отбивались от полчища пауков.
Он видел, как Пэнси, визжа от ужаса, мертвой хваткой вцепилась в руку Гермионы. А та, громко выкрикивая заклинания, отшвырнула навозного жука и изо всех сил потащила Пэнси к тыкве.
Он видел, как Равенкло проявил отвагу, Хаффлпафф — мудрость, Слизерин — дружелюбие, а Гриффиндор — стойкость.
В совместной борьбе с ужасными насекомыми все обычные ученические раздоры словно испарились. Они помогали друг другу и даже добровольно «жертвовали» собой, чтобы защитить товарищей.
— Как это прекрасно… — прошептал Дамблдор, растроганно утирая слезы.
Снегг с мрачным лицом стоял у окна и помечал для себя всех слизеринцев, показавших себя не с лучшей стороны.
Пусть это была всего лишь игра, он не мог позволить своим ученикам проигрывать так позорно.
Стоявший рядом профессор Флитвик, напротив, почти все время наблюдал за Видом.
— Так-так, это заклинание применено неплохо… Ох, немного не вовремя, к счастью, противник не успел среагировать… Осторожнее, осторожнее, тот парень прячется под брюхом усача, хочет напасть исподтишка… Великолепно! Он отразил удар!
Профессор Флитвик от радости подпрыгивал на месте, хлопал в ладоши и ликовал, чем сильно раздражал Снегга.
Неудачливым нападавшим оказался слизеринец Крэбб.
У него, конечно, хватило смелости спрятаться под брюхом усача, вот только заклинание его было слабее водяных брызг.
…
Локхарта же, наоборот, посетила гениальная мысль.
«Если я смогу победить в такой игре, то окажусь в центре всеобщего внимания, все ученики будут меня боготворить…»
Однако, понаблюдав еще немного, он передумал.
«Нет, нет, нет… Слишком опасно… К тому же это повредит моему имиджу…»
«Лучше я организую Дуэльный клуб. Он точно будет пользоваться огромной популярностью, да и к тому же это безопасно…»
Пробормотав это себе под нос, Локхарт поспешил обратно в свой кабинет, чтобы составить идеальный план.
http://tl.rulate.ru/book/125206/8512421
Готово:
