Третья группа, шестой ряд.
Лу Синъянь, Шэнь Синжо.
Они действительно были соседями по парте.
Шэнь Синжо смотрела на расписание в течение тридцати секунд, прежде чем перевести взгляд на последнюю строку в таблице рассадки.
«Примечание: пожалуйста, в этом семестре меняйте местами стулья в порядке, указанном ниже: каждую неделю перемещайте один ряд назад и одну группу влево.
Другими словами, не используйте такие отговорки, как «я сижу сзади, где ничего не видно», чтобы пожаловаться в офисе. Каждый может сидеть в разных позах, честно и открыто.
Кстати, ваш сосед по парте не изменится в этом семестре».
***
В понедельник погода была ясной. До того, как часы пробили семь, солнечный свет вырвался из-за горизонта, излучая яркое золотое сияние. Небо было ясным, и листья камфорных деревьев у дороги мерцали зелёным цветом. В первые дни марта в Синчэне наконец-то появились признаки весны.
Шэнь Синжо всегда придерживалась политики «спать до последней минуты» и приходила в школу точно в назначенное время. Что касается завтрака, она обычно брала с собой хлеб и молоко и что-нибудь перекусывала после занятий, чтобы не голодать.
Сегодня был один из тех редких случаев, когда она вышла из дома пораньше, чтобы позавтракать с Ши Цинь и Чжай Цзинцзин. Она слышала, что по понедельникам не будет утренних занятий по самоподготовке, а вместо этого будет утренняя зарядка на улице. Она длилась полчаса, и если она ничего не съест, то, скорее всего, у неё закружится голова.
С того момента, как они ушли, Ши Цинь продолжала бормотать:
— Что за карму я себе создала? Придётся сидеть с ней весь семестр. Я чуть не до смерти раздражаюсь каждый день в общежитии, когда вижу её! Только посмотрите на её поведение сегодня утром, это нелепо. У неё даже хватает наглости не оправдываться за ночные звонки!
Ши Цинь жаловалась на Ли Тин.
Прошлой ночью Ли Тин разговаривала по телефону до часу ночи. Ши Цинь несколько раз напоминала ей, чтобы она говорила потише, но каждый раз Ли Тин отвечала:
— Я знаю, — и понижала голос, но через пару предложений снова начинала говорить в полную силу.
В конце концов Ши Цинь не выдержала. Она села в постели и сердито закричала:
— Ли Тин, положи трубку!
— Разве я не говорю тихо? Я ничего не говорила, когда ты делала домашнее задание до середины ночи. Ты пытаешься затеять ссору? — резко ответила разъяренная Ли Тин, прикрывая трубку.
— Когда я делала домашнее задание, я специально задёрнула шторы и направила свет в другую сторону. Более того, я не шумела. Ты можешь быть немного более тактичной в разговоре? — Ши Цинь хлопнула в ответ.
Видя, что вот-вот начнётся война, Чжай Цзинцзин поспешно села на кровати и выступила посредником. Посоветовавшись с комендантом общежития, они в конце концов пришли к компромиссу и отступили, чтобы не устраивать большой скандал посреди ночи.
В отместку Ли Тин устроила целое представление, встав в шесть утра и подняв шум. Остальные ещё спали, когда она ушла, поэтому, когда она хлопнула дверью, это разбудило даже самую крепкую из них, Шэнь Синжо.
— Ли Тин может быть немного капризной, не расстраивайся. Обычно она хороший человек.
— Это называется «капризничать»? Она с самого начала не вписывается в коллектив, всегда ведёт себя странно. Она всегда ведёт себя так, будто наш класс в чём-то её обидел. Она так любит тусоваться с теми девчонками из третьего класса, почему она не попросится туда? Только вы двое с хорошим характером можете её терпеть!
Действительно, у Чжай Цзинцзин был хороший характер. Даже если Ли Тин мешала ей спать, она не спорила с ней. Но Шэнь Синжо, из-за того, что надела беруши и маску для сна, рано заснула и не слышала всей этой суматохи.
Пока они разговаривали, все трое уже подошли к самой популярной закусочной с лапшой рядом со школой. Там было полно народу, и владельцу постоянно приходилось ставить столы во дворе.
— Хозяин, я хочу ушко и суп с лапшой из рубленой свинины с консервированным яйцом! — сказала Ши Цинь.
— Я буду суп с лапшой и морепродуктами и жареное яйцо, — воскликнула Чжай Цзинцзин.
Владелец зачерпнул лапшу половником и небрежно спросил:
— Будете плоскую лапшу, да?
— Да.
Шэнь Синжо впервые пришла в этот магазин. Пока Ши Цинь и Чжай Цзинцзин делали заказ, она всё ещё смотрела на меню с красными буквами на белом фоне. После того, как они сделали заказ, она наконец решила:
— Я возьму рисовую лапшу с фрикадельками и яйцом пашот.
Прежде чем она закончила говорить, она услышала чей-то крик сзади:
— Хозяин, я буду фрикадельки, яйцо пашот и лапшу!
Владелец заведения поднял взгляд.
— О, осталась только одна миска яиц с фрикадельками на пару. Эта студентка заказала её первой. Красавчик, выбери что-нибудь другое, всё остальное ещё есть.
Шэнь Синжо обернулась и встретилась взглядом с Лу Синъянем. Парень давно узнал её силуэт и теперь неторопливо смотрел на девушку. Шэнь Синжо это немного озадачило. Неужели он думает, что она откажется от яйца только потому, что он на неё смотрит?
Ни за что, продолжай мечтать.
Она отвела взгляд и сразу же вернулась к своему столику.
То, что особенно нравится другим, кажется особенно вкусным. Закончив есть, Шэнь Синжо сделала редкий положительный комментарий:
— В этом магазине вкусно. В будущем я могла бы приходить сюда почаще.
Лу Синъянь, сидевший за столом позади неё, заказал говяжью лапшу. Он наслаждался едой, но, услышав комментарий Шэнь Синжо, внезапно потерял аппетит.
***
Возможно, из-за того, что сегодня они пересаживались, все ученики пришли на урок непривычно рано. Класс наполнился звуками передвигаемых стульев и столов. Шэнь Синжо и Лу Синъянь сидели вместе, не проявляя никакого живого интереса, характерного для новых соседей по парте.
Честно говоря, о чём она могла говорить с человеком, который обвинял её в хвастовстве, и о чём он мог говорить с человеком, который утверждал, что будет воскурять благовония перед его собственной могилой? Как элегантно блеснуть в разговоре? Какие благовония более популярны в преступном мире? Поскольку они оба находили друг друга раздражающими, лучше было не вступать в контакт.
К счастью, вокруг были знакомые лица. Хэ Сыюэ пересел на место перед Шэнь Синжо, а Ли Чэнфань — к группе рядом с Лу Синъянем, между ними остался только проход.
***
После утреннего собрания они вернулись в класс. Первым уроком был английский, и учительница, мисс Чжоу, наслаждалась активной атмосферой. Она любила задавать вопросы во время урока и поощрять учеников к общению.
В середине урока мисс Чжоу подняла тему «Поклонения айдолам», вызвав дискуссию между одноклассниками. Когда дело касалось такого рода дискуссий, каждому было что сказать, и в классе стало оживлённо.
Мисс Чжоу даже спустилась вниз, чтобы проверить места. Когда она подошла к Шэнь Синжо и Лу Синъяню, то обнаружила, что они увлечённо пишут и рисуют в своих блокнотах, совершенно не обращая внимания друг на друга. Тогда она спросила:
— Почему вы не обсуждаете?
В глазах Шэнь Синжо читалось безразличие, словно она говорила: «Мне нечего с ним обсуждать». Но когда она посмотрела на учителя, то ответила:
— Мы уже всё обсудили.
Мисс Чжоу ничего не сказала, взглянула на них и продолжила идти вперёд. Однако, когда обсуждение закончилось, она попросила Лу Синъяня встать и зачитать пункты, которые они обсуждали.
http://tl.rulate.ru/book/124302/5331638
Готово:
