Разве нет более простого способа сделать это, и почему у меня такое чувство, что ты снова заставишь нас карабкаться? жалобно спросил Живоглот.
«Нет, и потому, что так и есть», - ответил Гарри вслух. Ему всегда было легче говорить по-английски в стрессовых ситуациях, а сейчас ситуация была довольно напряженной. Гарри понятия не имел, как попасть на Северную башню изнутри замка, но однажды он уже поднимался на нее, когда пытался сбежать от разъяренной МакГонагалл в конце прошлого года. Он был уверен, что сможет добраться до вершины... в основном.
Однако, когда он наконец-то подошел к башне, то замер. Камни казались не такими, как он их помнил, почти легкими. Выбросив эту мысль из головы, Гарри с прижавшимся к нему спутником стал подниматься на башню, и уже через несколько минут они сидели на карнизе окна, которое, по мнению Гарри, было правильным местом, так как Гермиона и Рон, несомненно, присутствовали там.
В комнате пахло несвежим метеоризмом, тяжелыми благовониями и легким запахом алкоголя, и Гарри злобно усмехнулся, увидев изумленные выражения на лицах своих однокурсников. Пьяница в передней части комнаты (Гарри и Живоглот заметили, что именно там было больше всего алкоголя) продолжал болтать о внутреннем взоре и природных талантах. Никто его не слушал, все были сосредоточены на мальчике и Кназле на оконном карнизе.
«Сегодня мы начнем с чайных листьев», - объявил профессор.
«Отлично!» воскликнул Гарри, наконец нарушив молчание и привлекая внимание единственного человека, который не смотрел прямо на него. С громким мяуканьем и свирепым взглядом он легко оттолкнулся от подоконника и низко наклонился, чтобы позволить своему пушистому пассажиру сойти на землю. Гарри постарался не захихикать, глядя на то, как Живоглот пытается доминировать над Гермионой. За два с небольшим года жизни в качестве человека Гарри понял одну вещь: люди просто не понимают, что такое доминирование.
Оранжевый пушистый шарик галантно прошествовал через толпу ошеломленных студентов и удобно устроился у ног Гермионы. Гарри довольствовался тем, что сидел рядом с Роном.
«Где ты был, приятель?» шипел Рон.
«Пришлось отправить МОГа. Не могу допустить, чтобы его товарищ гнил в клетке, понимаешь?» легко ответил Гарри.
Рон лишь покачал головой. Он уже привык к странным реакциям Гарри и знал, что не стоит больше давить на друга. К чему он не был готов, так это к следующему заявлению профессора Трелони.
«Моя дорогая девочка, я вынужден попросить тебя убрать это существо, иначе мне придется снять баллы с Гриффиндора. Кошки нарушают фокус внутреннего зрения», - ровно произнесла Трелони, глядя прямо на Гермиону.
«Но профессор, я даже не приводила его сюда! Он как бы шел за мной», - запротестовала она в ответ.
«Пять баллов с Гриффиндора, юная леди, и вы уберёте это существо. СЕЙЧАС!» В голосе старой сумасбродной профессорши появились стальные нотки, которых никто из ее учеников раньше не слышал. Эту женщину нельзя было ослушаться, и Гермиона это знала.
Был один небольшой момент, который все не приняли во внимание. «КОШКИ?» возмущенно завопил Гарри. «Прошу прощения, профессор, но это прекрасный экземпляр Кназла, и вряд ли справедливо оскорблять его нынешнее положение из-за брачных привычек его родителей. Не стоит так же пренебрежительно отзываться о кентавре из-за того, что он наполовину похож на лошадь. Я думаю, что женщина на вашем месте лучше знает, чем делать такие поспешные обобщения. По моему опыту, кназлы прекрасно умеют предсказывать будущее, - закончил Гарри.
Он был вне себя от ярости. Как эта женщина посмела так оскорбить его друга? Полукровки встречались чаще, чем хотелось бы признать каждой из сторон, но поскольку воспитанием потомства обычно занимался прайд кназлов (все кназлы знают, что матери-фелиусы - ненадежные существа), на них ложилось бремя воспитания дополнительных котят, которые появлялись в результате спаривания, независимо от того, готова была мать прайда или нет.
«Мой дорогой мальчик, тебя зовут...» Трелони запнулся.
«Гарри Поттер», - злобно промурлыкал он в ответ.
«Мистер Поттер, я не думаю, что имеет значение, о каком животном идет речь. Факт хорошо задокументирован: магические или нет, кошки оказывают крайне негативное влияние на внутренний глаз. Я подозреваю, что ваша тесная связь с ними могла непоправимо испортить вас. Мне искренне жаль».
Вот и все. Кошки расстраивают внутренний глаз? Это раздражало. Оскорблять кназлов и сравнивать их с простыми домашними кошками - это раздражало. Но ОН... БЫЛ... НЕ... ТАИНСТВЕННЫМ! В груди Гарри зародилась ярость, которую он никогда раньше не испытывал, и не успел он опомниться, как его рука оказалась у его нового подарка. Четверть секунды промедления, возможно, предотвратили кровопролитие в тот день, так как он почувствовал на себе еще одну руку.
«Она того не стоит, Гарри. Просто возьми эту оранжевую гадину и уходи. Может, ты сможешь переключиться на что-нибудь другое?» Властный голос Рона и его рука, оказавшая сопротивление, остановили убийственную ярость Гарри. Вскрикнув, Гарри повернулся на пятках и зашагал вниз по развалинам люка, служившего убогой лестницей в башню нетерпимости. Где-то в глубине его сознания мелькнула мысль, что кто-то должен починить эту дверь. До своей почти убийственной ярости Гарри так и не понял, что она не сломана.
Рон и Гермиона испуганно посмотрели друг на друга и на свои разбитые чайные чашки. Гарри только что закатил истерику из-за чего-то, чего они даже не могли понять. Больше всего пугала его ярость, которую он проявлял из-за такого несущественного пустяка. Дошло до того, что он каким-то образом умудрился выпустить магический импульс, достаточно сильный, чтобы разбить вдребезги большую часть фарфора в комнате и сорвать с петель люк... а он, казалось, даже не заметил этого.
http://tl.rulate.ru/book/124225/5242212
Готово:
