Когда Драко закончил завтрак, он снова вышел на утренний воздух. Он снял толстовку, позволяя ледяному холоду атаковать его кожу, и призвал метлу, а затем полетел над водой. Пролетев несколько минут, он приблизился к поверхности воды и нырнул. Вода была ледяной: его кожа за считанные секунды покрылась мурашками. Он вернулся на поверхность, снова сел на метлу и полетел над водой, окуная пальцы в её гладь. Затем он поднялся на несколько футов в воздух и нырнул, на метле, в воду. Он летел сквозь воду, пока не смог больше задерживать дыхание, и наконец вынырнул. Взбодрившись, он вернулся на вершину утёса, высушил одежду чарами и вошёл внутрь, снова натянув толстовку поверх рубашки. В конце концов, был декабрь.
Гарри сидел за столом и делал заметки об их поездке. Драко сел и начал просматривать другие их записи.
— Гермиона ушла на работу, — сказал Гарри. Драко кивнул, хмуро глядя на карту. — Она не знает, что мы скоро уезжаем.
— Мы скажем ей сегодня вечером.
— Ненавижу, что нам приходится уезжать так скоро. Она будет в постоянном напряжении с этого момента и до неизвестно когда.
— Нам нужно проверить другую зацепку, пока она не исчезла. И, Поттер, она сильная. Ты это знаешь. Это одна из причин, почему она здесь, помнишь? Она справится.
— Я знаю. Но я не могу не думать, что ей будет тяжело. Ты думал о том, что я говорил некоторое время назад?
— Мм? — ответил Драко, слушая вполуха.
— Гермиона.
— Что с ней?
Гарри забрал у Драко карту, что наконец заставило его поднять глаза.
— Вы с ней.
Драко нахмурился. Он не знал, что ещё делать.
— Гарри, оставь это. Правда. У нас обоих есть дела поважнее.
— Важнее любви?
— Любви. Точно. — Драко покачал головой. — Если ты забыл, я для неё не создан.
— Конечно, создан, все созданы.
— Но не я.
— Почему нет?
Драко посмотрел на Гарри.
— Поттер, оставь это.
— Нет. Это тоже важно.
Драко вздохнул.
— Тогда скажи мне, если ты считаешь себя её другом, зачем ты обрекаешь Гермиону на меня? Я думал, ты о ней заботишься.
— Конечно, забочусь. Я видел, как ты на неё смотришь. И никто никогда так на неё не смотрел, даже Рон.
— Тебе кажется, — отрезал Драко, забирая карту у Гарри. Они молча сидели, глядя на бумаги перед собой.
— Гарри, — сказал он, меняя тему. — Я думаю, нам нужно отправиться в Хогвартс. Посмотри сюда. — Он указал на что-то, что подчеркнул на куске пергамента. — В Выручай-комнате, возможно, в хранилище. Там полно всякого хлама. Кто знает?
— В Хогвартс? Нам туда никак не попасть.
— Мы могли бы попробовать.
Они обсуждали планы до конца дня.
* * *
За ужином Гарри затронул с Гермионой тему их скорого отъезда.
— Гермиона, как ты справлялась здесь одна, пока нас не было?
Она нахмурилась.
— Эм, нормально, наверное, а что?
— Нам нужно скоро уезжать: послезавтра.
Её плечи опустились.
— Так скоро?
— Да, прости, Гермиона. Так будет с этого момента и до… ну, пока всё не закончится.
Она рассеянно размазывала остатки картошки по тарелке.
— Надолго на этот раз?
— Скорее всего, на неделю.
Она кивнула, всё ещё глядя на свою тарелку.
— Рождество через три недели. Просто помните об этом.
— Я знаю, я буду здесь. Я не мог подвести Джинни, ты же знаешь.
— Может, я останусь в Норе. Это место такое… пустое без вас.
Драко поймал себя на молчаливой надежде, что она имела в виду "вас" во множественном числе. Затем он отругал себя за эту мысль.
— Никакой Норы, помнишь? — сказал он, глядя на неё.
Она нахмурилась, затем вздохнула.
— Мне даже туда нельзя?
— Я отчётливо помню разговор, в котором ты дала мне слово, что не пойдёшь никуда, кроме работы и Министерства.
— Но… я знаю, что я так сказала… но это же Нора. Что там может случиться? — невинно спросила она.
— Кроме Уизли? — спросил Драко с едва заметным огоньком веселья в глазах.
— Вот именно, — сказала она.
Он вздохнул.
— Ладно. Нора разрешена, если ты сначала скажешь мне.
— Как я это сделаю? — спросила она. — Я же не могу просто отправить тебе сову, ты знаешь.
— Точно так же, как сейчас. Ты сказала, что собираешься в Нору. Этого достаточно.
Она улыбнулась.
— Достаточно для тебя? Теперь я слышала всё.
* * *
Гарри и Драко уехали, как и обещали. Гермиона оставалась в Краю до того дня, на который согласилась поужинать с Эндрю. Как друзья. Но дело было в том, что она не хотела нарушать своё слово, данное Драко. Ей казалось важным не нарушать его, поэтому ей придётся объяснить Эндрю, что это не самый подходящий вечер, и она решила сказать ему, что подходящего вечера просто не будет.
Она осталась в джинсах и футболке и Аппарировала во "Флориш и Блоттс". Она ждала внутри магазина, пока не пришёл Эндрю, выглядевший так, будто он потратил на сборы значительно больше времени, чем она. Гермиона позволила себе улыбнуться в знак признательности.
— Гермиона, — сказал он с дружелюбной улыбкой.
— Добрый вечер, Эндрю, — сказала она.
— Ты готова? — спросил он, протягивая руку.
— Мне нужно поговорить с тобой насчёт сегодняшнего вечера. Я… это не очень подходящий для меня вечер.
Он нахмурился.
— Не понимаю. Мы говорили об этом, и ты сказала, что сегодня можно.
Она сцепила руки.
— Да, я знаю. Дело в том, что у меня есть… друг. — Она заставила себя не краснеть при мысли о Драко как о своём друге. — И он немного… чересчур меня опекает. Он не хочет, чтобы я ходила куда-то по ночам, и это включает Косой переулок.
— Да кто он такой? — сказал Эндрю. Гермиона знала, что он пытался встать на её сторону, указывая на несправедливость требований её друга.
— Он… очень настойчив, и я уверена, что он действует в моих интересах. Но дело в том, что я пообещала ему, и я хочу сдержать это обещание, хотя бы ради того, чтобы его сдержать. Я могу с ним не соглашаться, но я хочу сдержать своё слово. Надеюсь, ты сможешь это понять.
Он вздохнул.
— Конечно. Я всё равно считаю, что он ведёт себя неразумно. Неужели он не думает, что ты способна сама о себе позаботиться? Ты сказала этому другу, что будешь со мной?
Гермиона улыбнулась.
— Он беспокоится не о тебе, а о Пожирателях Смерти.
Эндрю нахмурился.
— Пожиратели Смерти? Почему? В смысле, я знаю, что они охотятся почти за всеми, но всем просто нужно быть осторожными.
— Возможно, я могу быть целью. — Гермионе было ясно, что Эндрю всё ещё не понимал. — Я дружу с Гарри Поттером, — сказала она со вздохом. Она ненавидела использовать свою дружбу с Гарри как оправдание или причину чего-либо, но простой факт заключался в том, что это была правда. Они с Роном давно поняли, что стоит ожидать дополнительной дозы опасности просто за то, что они друзья Гарри.
Челюсть Эндрю отвисла.
— Подожди, — сказал он. — Тот самый Гарри Поттер? Мальчик-Который-Выжил, Гарри Поттер? Со шрамом-молнией, Гарри Поттер?
— Да, — отрывисто сказала она, недовольная легкомысленными описаниями Гарри со стороны Эндрю.
— Вау, я и не знал.
— Вот так я и предпочитаю, чтобы всё было. Особенно с тех пор, как… с тех пор, как он пропал более трёх месяцев назад. — Гермиона заставила себя выглядеть обеспокоенной, озабоченной и расстроенной. Она будет рада, когда ей больше не придётся это делать.
— Ох, — неловко сказал он. Затем: — Но… всё же, ты была бы со мной.
— Я дала слово, — сказала она со вздохом.
Эндрю на мгновение задумался.
— Хорошо, если ты не можешь пойти на ужин, мне придётся принести ужин к тебе.
Она моргнула.
— Что?
— Мы можем поесть здесь, в подсобке магазина. Я схожу за чем-нибудь, и мы поедим здесь.
— Ох, Эндрю, в этом нет необходимости.
— Это совсем несложно. Что скажешь?
Она дала ему слово поужинать с ним, так что она согласилась. И мысленно она умоляла его понять, что это будет как друзья. Друзья.
Он вернулся во "Флориш и Блоттс" через двадцать минут и сказал Гермионе следовать за ним в подсобку.
— Я не был уверен, чего ты захочешь, поэтому взял несколько разных блюд.
Гермиона помогла ему расставить различные блюда в стиле шведского стола.
— Выглядит восхитительно, — сказала она, улыбнувшись ему и взяв тарелку, чтобы наложить на неё еды. Когда они сели за маленький столик в комнате отдыха, в её голове всплыла картина той ночи в Новой Зеландии. Она подумала о том ужине, который разделила с Малфоем, и не могла не сравнить эти два опыта, поскольку это были её единственные "социальные" вылазки с тех пор, как она присоединилась к безумному квесту Малфоя.
Эти двое мужчин были совершенно не похожи: Эндрю был добрым, он легко смеялся и улыбался, Драко редко улыбался, и она не думала, что когда-либо слышала от него настоящий, искренний смех. У Эндрю были тёмные волосы, у Драко – почти белые. Эндрю был джентльменом, Драко тоже, но лишь потому, что его воспитали источать превосходство и изящество. Он всё ещё был язвительным и грубым. Эндрю проявлял явный интерес к Гермионе и к тому, что она говорила, Драко вёл себя так, будто ему было совершенно всё равно, существует она или нет. Большую часть времени, но не так часто сейчас, как она поняла. Теперь они были словно вынужденные соседи по комнате, как в Хогвартсе. Они не питали открытой ненависти друг к другу, и у них было несколько значимых… моментов, но они не были друзьями. Пока. Однако она надеялась.
Через несколько минут заговорил Эндрю.
— Так это значит, что ты будешь в своего рода вынужденном изгнании до конца войны? Твой… друг… не выпустит тебя, пока не исчезнет всякая опасность? — В его голосе звучала горечь.
Гермиона нахмурилась, размышляя. Да, вероятно, не выпустит. По крайней мере, если бы у него была такая возможность. Она не могла сказать Эндрю, что с каждым днём конец войны приближается. Она понятия не имела о графике Драко. Но она была уверена, что он будет продолжать свою чрезмерную опеку до самого конца. И она не была уверена, как именно к этому относится.
— Опасность есть всегда, Гермиона. Ему нужно ослабить хватку, даже несмотря на то, что ты дружишь с Гарри Поттером. Он не может ожидать, что ты перестанешь жить. — Он сделал паузу и многозначительно посмотрел на неё. — Это из-за него я тебе не интересен?
Гермиона покраснела от его прямого вопроса, но и немного рассердилась.
— Нет, не из-за него. Он знает, что не имеет права указывать мне, с кем я могу, а с кем не могу видеться.
— Значит, это уже было проблемой раньше?
Гермиона чувствовала себя смущённой и загнанной в угол.
— Нет, не было. Это… сложно.
Эндрю вздохнул.
— Я не пытаюсь нападать на тебя… или на него. Мне просто нужно знать, не трачу ли я своё время.
Гермиона не могла посмотреть на него.
— Эндрю, мой друг – не причина, по которой я не пошла с тобой на свидание. — Затем она нахмурилась, потому что, на самом деле, причина была в нём. Только не по той, которую предполагал Эндрю. — Я… я жду окончания войны.
— Чушь. Есть кто-то другой. Никто не ждёт окончания войны. Или же я тебе просто не нравлюсь в этом смысле.
— Да, есть кто-то другой, — нерешительно сказала она. Это не было ложью, не совсем: были Гарри и Драко, и её верность им и их делу. Не Драко. Не он.
— Почему ты просто не сказала так сразу? — спросил он.
— Это… сложно.
— Угу, — сказал он. — Слушай, Гермиона. Я всё ещё хочу быть друзьями. Просто я ещё и считаю тебя действительно особенной. И я не уверен, что этот твой друг ведёт себя как настоящий друг.
— Спасибо, Эндрю, — сказала она, и её мысли закружились. Почему Драко вёл себя именно так? Если хорошенько подумать, он вёл себя скорее как властный родитель, чем как друг. — Я хочу быть друзьями. И… если бы всё было иначе, я бы легко могла представить себя с кем-то вроде тебя. — И это была чистая правда.
http://tl.rulate.ru/book/124216/7549667
Готово:
