Глава 29: Стихия Лавы — Король Обезьян Сон Гоку
Военная кампания в Стране Ветра пошла совершенно не по тому плану, который изначально разработал Орочимару. Хотя шиноби Конохи в целом и превосходили по индивидуальной силе бойцов Сунагакуре, пустынная местность давала неоспоримое тактическое преимущество ниндзя Песка, привыкшим сражаться в таких условиях. Особенно выделялся среди них молодой и талантливый шиноби по имени Раса. Его уникальный Кеккей Генкай, Стихия Магнетизма (Джитон), позволял ему с лёгкостью громить небольшие отряды Конохи даже в численном меньшинстве, управляя золотым песком. Уникальная способность Расы усмирять буйства Однохвостого Шукаку, запечатанного в то время в другом шиноби Суны, делала его стратегически важным козырем для Деревни Скрытого Песка. Орочимару явно недооценил его потенциал, и в результате битва зашла в позиционный тупик. Поле боя в пустыне было усеяно пятнами запёкшейся крови, обломками сломанных марионеток и треснувшими клинками.
— Орочимару, похоже, тебе меня так просто не убить, змеёныш, — холодно усмехнулась Чиё, легендарная кукольница Суны.
Управляя своим сильнейшим набором, Десятью Марионетками Чикамацу, она с лёгкостью разрезала огромную бурую змею, призванную Орочимару, надвое. Из дымящихся останков показался сам Орочимару, его лицо потемнело от досады и раздражения. По его изначальному плану, он должен был сдерживать Чиё, пока основные силы Конохи стремительно вторгнутся вглубь Страны Ветра, сея хаос и панику в рядах Сунагакуре. Но… Его взгляд невольно упал на Расу, чей гигантский цунами из золотого песка безраздельно господствовал на поле боя. Такое мощное стратегическое использование Стихии Магнетизма было сокрушительным оружием в массовых сражениях — особенно на родной, пустынной земле.
«Ещё один пользователь Стихии Магнетизма… Как интересно», — пробормотал Орочимару с ледяной ноткой в голосе, вспоминая Третьего Казекаге.
Чиё презрительно фыркнула.
— Змеёныш, раз уж ты осмелился вторгнуться в самое сердце Страны Ветра, значит, ты уже раскопал правду об исчезновении Третьего, не так ли?
— Или… это и была ваша Коноха, кто прикончил нашего Третьего Казекаге!
Третий Казекаге пропал без вести уже три месяца назад. Даже для Каге, лидеров деревень, месяц отсутствия без какой-либо связи обычно означал верную смерть. Чиё давно уже бросила бесплодные поиски, сосредоточившись на использовании войны как способа выбрать и утвердить нового, Четвёртого Казекаге.
Орочимару медленно облизнул губы, его змеиный язык на мгновение мелькнул в воздухе, а на лице проступила язвительная, хищная ухмылка.
— Старая карга, по нашим достоверным данным, это твой собственный внук, Сасори, убил вашего Третьего Казекаге.
Сасори.
Зрачки Чиё резко сузились от шока и неверия, нити чакры, управляющие её марионетками, на одно короткое мгновение дрогнули. Для кукловода её уровня такая потеря контроля была немыслимой оплошностью.
Шорох!
Орочимару не упустил этот мимолётный шанс. Мгновенно выплюнув изо рта длинный белый клинок Кусанаги, он молниеносным движением отсёк правую руку Чиё по локоть.
Бум!
Несколько марионеток из набора Чикамацу безжизненно рухнули на песок, лишившись управления своей хозяйки.
— Чиё-сама!
— Защитите Чиё-саму!
— Отступаем! Прикройте отход Чиё-самы любой ценой!
Увидев, что их легендарная героиня ранена, шиноби Сунагакуре бросились на Орочимару с отчаянной, самоубийственной яростью. Само присутствие пожилой Чиё на поле боя красноречиво говорило о крайнем отчаянии, в котором находилась Деревня Скрытого Песка. Её смерть означала бы полный крах боевого духа всей деревни.
Яростный натиск шиноби Суны вынудил Орочимару отступить. Даже Раса покинул своё поле боя, чтобы лично прикрыть отход раненой Чиё. Истощённый долгой и изнурительной схваткой с Чиё, Орочимару прекрасно понимал: оставаться здесь дальше — верный смертельный риск. Итогом этого сражения стало тактическое отступление Сунагакуре, но у сил Конохи уже не хватило ресурсов для организации полномасштабного преследования.
Многие шиноби Конохи страдали от различных ядов, которыми так славились ниндзя Скрытого Песка, и Орочимару невольно скривился от досады.
«Цунаде…»
Без её непревзойдённого мастерства в медицинских ниндзюцу и создании противоядий его стратегические возможности были сильно ограничены. Будь Цунаде здесь, яды Чиё не представляли бы такой серьёзной проблемы. Но, с другой стороны, на этом пропитанном кровью и смертью поле боя её гемофобия (боязнь крови) скорее навредила бы общему делу, чем помогла. Оглядев усеянное трупами поле битвы, Орочимару ощутил редкое для него чувство досады и разочарования. Он явно недооценил Сунагакуре. Даже «тонущий корабль» всё ещё сохранял острые когти — что уж говорить об одной из Пяти Великих Скрытых Деревень. Появление Расы серьёзно затормозило продвижение сил Конохи. Орочимару так и не добился той быстрой и решительной победы, на которую изначально рассчитывал.
Понимая, какие последствия это может иметь для Конохи в свете надвигающейся большой войны, он решил действовать немедленно. Быстрая победа в Стране Ветра была ключом к тому, чтобы успеть подготовиться к отражению угроз с других направлений. Орочимару задумал лично проникнуть на территорию Сунагакуре, собрать больше данных о способностях Чиё и Расы, а также активно распустить слухи о том, что именно Сасори убил Третьего Казекаге, чтобы посеять смуту внутри деревни. А если представится удобный шанс — без малейших колебаний устранить Расу, лишив Суну её нового лидера.
Тем временем на западном фронте Конохи — Мост Каннаби.
Каменный мост был усеян отрубленными конечностями и расколотыми кунаями — немыми свидетельствами недавних жестоких стычек. Фугаку Учиха допрашивал двух чудом выживших шиноби Ивагакуре, используя продвинутое гендзюцу Шарингана. Рядом с ним Кагами методично и хладнокровно очищал кровь со своего короткого меча Содэ но Шираюки. Уникальное мастерство владения мечом клана Учиха идеально сочеталось с возможностями Шарингана, который позволял с непревзойдённой точностью видеть и использовать малейшие изъяны в движениях и защите противника. В руках Кагами короткие клинки в ближнем бою были куда опаснее длинных мечей, особенно в сочетании с его смертоносными режущими техниками.
Минато, заметив явное стремление Кагами отточить свои боевые навыки в реальных условиях, сознательно позволил ему разбираться с большинством мелких стычек с патрулями Ивагакуре. Учихи расцветали в настоящих боях, где их инстинкты, рефлексы и боевое чутьё обострялись до предела. За последние несколько дней Кагами заметно улучшил своё умение читать ход боя и чувство времени для нанесения решающего удара.
— Похоже, Ивагакуре всё-таки подтвердила данные о слабости нашей обороны на этом участке, — мрачно доложил Фугаку, завершив допрос.
— По сведениям этих пленных… Старик Онооки уже отправил сюда своих джинчурики. Их главная цель — Мост Каннаби.
Джинчурики.
Одно это слово мгновенно сгустило воздух тяжёлым напряжением. Минато, однако, лишь мягко улыбнулся.
— Это было неизбежно. Удержание этой позиции всегда сводилось лишь к тому, чтобы выиграть как можно больше времени.
Все взгляды невольно устремились на Кагами. Фугаку знал общую стратегию, разработанную Орочимару ещё во время предвоенного брифинга: Минато должен был сдерживать одного джинчурики, а Кагами — второго, если Ивагакуре решит отправить их обоих одновременно. Несмотря на недавние выдающиеся успехи Кагами в бою, никто из присутствующих, кроме, возможно, самого Минато, не верил всерьёз, что восьмилетний мальчик сможет справиться с джинчурики — живым воплощением Хвостатого Зверя. Техника Чёрной Вспышки была невероятно мощной, но она оставила Кагами совершенно вымотанным и серьёзно раненым.
Встретив их молчаливые, полные сомнения взгляды, Кагами спокойно убрал свой клинок в ножны.
— Надеюсь, это будет Четырёххвостый. Он меня особенно интересует.
Среди всех Хвостатых Зверей Кагами считал именно Четырёххвостого Сон Гоку наиболее подходящим для своих целей. Его природная склонность к стихиям Огня и Земли уже заложила основу для уникального Кеккей Генкай — Стихии Лавы (Йотон). Хотя Кагами в настоящее время сосредоточился на совершенствовании техник Стихии Инь, Лава была универсальной и невероятно мощной силой, как в атаке, так и в защите. Заполучить чакру Четырёххвостого стало бы для него кратчайшим путём к освоению этого Кеккей Генкай.
Пока Кагами размышлял об этом, волна обжигающего жара внезапно прокатилась по округе, словно где-то поблизости пробудился спящий вулкан.
— СУКИНЫ ДЕТИ ИЗ КОНОХИ!!!
Громовой, яростный рёв разнёсся эхом по ущелью, и огромная алая фигура стремительно приближалась к мосту, пламя вспыхивало под её ногами с каждым шагом.
— ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ С МОИМИ ТОВАРИЩАМИ?!
— Приготовьтесь, — спокойно сказал Минато. — Похоже, это действительно Четырёххвостый, Кагами. Как ты и хотел.
В отличие от прошлых встреч с джинчурики, Минато не выказал ни малейших признаков паники или беспокойства. Он уже имел опыт сражения с Четырёх- и Пятихвостым одновременно. По сравнению с чудовищной мощью Девятихвостого Лиса, эти двое казались ему лишь бледной тенью.
Кагами мгновенно активировал Шаринган, концентрируя чакру и быстро складывая печати. Он не собирался ждать, пока враг приблизится для пустых разговоров или угроз. Время, потраченное на болтовню на поле боя — это время, потерянное для нанесения удара.
Зззт—Зззт—Зззт—
Высокий, пронзительный звук режущего металла наполнил воздух, невольно привлекая всеобщее внимание. Фугаку напрягся, неприятные воспоминания о прошлой стычке с Кагами всплыли в его памяти. Десятки клинков из чистой голубой энергии закружились вокруг Кагами, их скорость вращения стремительно нарастала, пока они не превратились в сплошную, ревущую бурю из стали и чакры.
— Отойдите от меня подальше, — холодно бросил Кагами своим союзникам.
Шторм из энергетических клинков разрастался с каждой секундой, разрывая землю под ногами и даже перемалывая тела павших шиноби Ивагакуре, окрашивая лазурное сияние чакры алыми полосами крови.
Джинчурики Четырёххвостого, Роши, окутанный бронёй из расплавленной лавы, не стал медлить ни секунды.
— Стихия Лавы: Поток Пылающей Реки! (Йотон: Шакугарьюган но Дзюцу!)
Огромные шары из раскалённого расплавленного камня, каждый размером с мельничный жёрнов, устремились к Кагами, излучая нестерпимый, удушающий жар.
Кагами вытянул вперёд два пальца, его Шаринган сверкнул зловещим светом.
— Высвобождение Резки — Поток Тысячи Клинков: Разрыв Пейзажа! (Зангетсу Рю — Сендзин но Нагарэ: Кейшики Данзецу!)
Поле боя погрузилось в хаос столкновения двух стихий.
http://tl.rulate.ru/book/123575/6107522
Готово:
