Последний месяц учебы превратился для Гарри в сплошное смятение. Он знал, что влюбляется в Сьюзен, но в то же время он влюблялся и в свою лучшую подругу Гермиону. Они со Сьюзен, образно говоря, танцевали друг вокруг друга, и никто из них не был уверен в своих отношениях. С той ночи, когда умер Дамблдор, они больше не общались допоздна, хотя каждый из них с радостью бы уступил другому, если бы тот сделал шаг. Вместо того чтобы логично поговорить друг с другом об этом, они пошли по типично подростковому пути и просто избегали любого упоминания этой темы, ну, Сьюзен доверилась Ханне, но Гарри держал все в себе. В последнее время к смятению Гарри добавилась Гермиона. Она была более открыта в своих чувствах к нему, например, держала его за руку или клала руку ему на плечо или спину. Она делала это не для того, чтобы что-то доказать, и не для того, чтобы вызвать какую-то ревность, ведь она всегда держала Гарри за руку или нежно сжимала его руку, просто в последнее время это происходило чаще. Эти действия также не остались незамеченными Сьюзен, и она, опасаясь, что её могут расценить как крадущую Гарри за спиной Гермионы, решила не форсировать вопрос о своих растущих отношениях с Гарри. Кроме того, она не хотела разрушать свою тесную дружбу с Гермионой, которую они поддерживали с первого курса. Гарри до сих пор не взял на себя никаких обязательств ни перед Гермионой, ни перед Сьюзен, да и не хотел этого делать. Помимо того, что его рассуждения были вызваны войной, он также просто хотел быть подростком и веселиться. Поэтому он не чувствовал себя слишком виноватым за то, что немного флиртовал с ними обеими. Однажды вечером Гарри всё-таки заговорил об этом с Роном в общих чертах и был удивлён мудростью Рона. Должно быть, Лу́на передаёт ему свой опыт, подумал он. Рон спросил Гарри, с кем он видит себя через десять лет, и, поразмыслив, Гарри понял, что не хочет, чтобы кто-то из них исчез из его жизни, но внутри себя он должен был признать, что на первом месте у него Гермиона.
Гарри все еще пытался объяснить свои чувства к обеим девушкам после целой недели сдачи выпускных экзаменов. Он только что закончил свой последний тест в этом году и шел по коридору в общую комнату, закончив свои обязанности префекта. На этой неделе он работал в паре с Блейз и только что расстался с ней, как почувствовал, что его зеркальце звякнуло в кармане. Оказавшись в коридоре в одиночестве, он достал его и увидел, что Гермиона зовет его.
«Эй, что происходит?» спросил он, отступая в нишу, чтобы не быть замеченным.
«Мы со Сьюзен только что закончили! У нас есть перевод всего заклинания, а также перевод зельеварений и песнопений!»
«Отлично!» улыбнулся Гарри. Сьюзен появилась рядом с улыбающейся Гермионой, а с другой стороны показались улыбающиеся лица Джинни и Ханны. Забавно, но лицо Лу́ны появилось в зеркале вверх ногами, так как она выглядывала из-за зеркала. Джинни, Луна и Ханна помогали, где могли, помогали с записями и прочим, когда не были по уши завалены домашними заданиями или не отлучались куда-нибудь выполнять обязанности префекта.
«Привет, Гарри! О, ты перевернулся. Держись». Лу́на исчезла, и Гарри увидел, как края зеркала повернулись в руках Гермионы так, что нижняя часть зеркала оказалась сверху, но ничего не изменилось. Увидев, что лицо Гарри по-прежнему перевернуто, Луна разочарованно произнесла.
«Наверное, мне придется самой перевернуться».
«Лу́на, ты уже перевернулась». Гарри рассмеялся над эксцентричностью своей подруги.
«О, ты прав». Лу́на взяла зеркало и повернула его в прежнее положение. Гарри рассмеялся еще сильнее, увидев, как Гермиона в расстройстве опустила голову на парту, а остальные девушки лишь покачали головами и прикрыли рты от смеха. Гарри подумал, что из нее получился бы неплохой стендап-комик, если бы она захотела.
«В любом случае, Гарри, - сказала Гермиона, взяв ситуацию под контроль. «Насчет перевода...»
«...Зельеварение будет легко сделать, просто напев будет трудно запомнить». Сьюзен закончила за Гермиону, которая ухмыльнулась, прежде чем повернуться к Гарри.
«Хорошо, что вы двое самые умные в запоминании! Что нам теперь делать?»
«Ну, нам нужно будет начать заниматься Зельеварением примерно за неделю до Хэллоуина. Как я уже сказал, они довольно простые, но требуют немного времени. Песнопения...» Гермиона опустила глаза в свои записи, а затем снова подняла взгляд.
«Заклинание состоит в том, что один человек произносит его перед тем, как наложить заклинание на Крестраж. Похоже, что этот «Ангел света» должен стать тем, кто уничтожит Крестраж. Мы до сих пор не знаем значения этого имени».
«А что насчет...» Гарри заколебался и слегка провел рукой по своему шраму. «Что, если Крестраж находится внутри кого-то? Процесс чем-то отличается?»
«Ну, мы знаем, что зельеварение предназначено именно для этого, если Крестраж находится внутри человека. Они должны облегчить процесс. Больше мы ничего не знаем. Из текста следует, что зелье нужно только для души, вселяющейся в человека, и не нужно, если она находится в каком-то предмете». Гермиона ответила. «Конечно, это все теоретически».
«Мы должны обсудить это подробнее, когда соберемся все вместе». прокомментировала Сьюзен.
«Согласна! Я только вспомнила, что обещала Рону зайти на кухню и купить Сливочное пиво для нашей вечеринки в честь окончания года, так что поговорим позже».
«Byeeee Harrrrry!» Все они захихикали и засмеялись, когда зеркала разъединились. Гарри покачал головой, улыбаясь. Эти девочки вместе были почти хуже сестер, если только у него были сестры, с которыми их можно было сравнить. Выбравшись из своего алькова, он застыл на месте.
http://tl.rulate.ru/book/122713/5222923
Готово:
