Глава 215. Старую госпожу Гу вышвырнули
Гу Мань не могла представить, что было бы, если бы у Гу Нин не было навыков самообороны.
— Мам, всё в порядке, всё в порядке, — тут же успокоила её Гу Нин. Если бы старая госпожа Гу не перешла все границы, она бы не стала рассказывать об этом, заставляя Гу Мань и Гу Цин волноваться и выставляя себя на посмешище.
Гу Цин тоже не сдержала слёз и в ярости крикнула старой госпоже Гу:
— Как вы могли совершить такую жестокость? Убирайтесь, убирайтесь вон! Вы мне больше не мать!
Никто не посчитал, что Гу Цин ведёт себя неподобающе по отношению к матери, потому что та это заслужила. Все сочувствовали Гу Мань и её дочерям.
— Управляющая Цэнь, выведите эту старуху и передайте охране. Если она ещё раз придёт устраивать скандал, сразу вызывайте полицию, — приказала Гу Цин, видя, что старая госпожа Гу не двигается.
— Слушаюсь, — ответила стоявшая рядом подтянутая женщина лет тридцати, тут же подозвала несколько человек, и они, подхватив старую госпожу Гу под руки, потащили её к выходу.
— Гу Цин! Ты, ты, ты — нечестивая дочь!.. — старая госпожа Гу никогда не испытывала такого унижения, она дрожала от злости, но что могла сделать пожилая женщина против нескольких молодых людей?
Как только управляющая Цэнь и её люди вытащили старую госпожу Гу за дверь, подоспела охрана, вызванная шумом. Управляющая Цэнь передала старуху охране и вкратце объяснила ситуацию.
Затем двое охранников выволокли старую госпожу Гу из торгового центра.
Старую госпожу Гу увели, и толпа разошлась. Клиентки, пришедшие на косметические процедуры, не ушли из-за скандала, а лишь выразили сочувствие Гу Цин и Гу Мань и отправились продолжать свои процедуры.
Отсюда было видно, что у Гу Цин и Гу Мань хорошие отношения с клиентами, и те проявили к ним снисходительность.
Старая госпожа Гу ругалась на всём пути до выхода из торгового центра. Только оказавшись снаружи, охранники отпустили её, но не ушли, а продолжали следить, чтобы она не вернулась устраивать скандал.
Старая госпожа Гу, хоть и была недовольна, но под присмотром охраны ничего не могла поделать. Она тут же позвонила Гу Цинсяну и рассказала ему о случившемся.
Каждое её слово было проклятием в адрес Гу Цин, Гу Мань и Гу Нин, и она нисколько не считала, что поступила неправильно, придя скандалить к Гу Цин и Гу Мань.
Гу Цинсян, услышав это, испугался и тут же приказал старой госпоже Гу возвращаться домой.
Не говоря уже о том, что поведение старой госпожи Гу было позорным, Гу Цин и Гу Мань теперь пользовались поддержкой госпожи Хао! А семья Хао была не из тех, с кем семья Гу могла связываться.
Старая госпожа Гу этого не знала, но ослушаться Гу Цинсяна не посмела и вернулась домой.
Не смирилась? Но что она могла поделать? Придётся подождать.
Когда старая госпожа Гу вернулась домой, Линь Лицзюань по её злому и недовольному виду поняла, что дело не выгорело, и в душе разочаровалась.
Но всё же спросила:
— Мама, как всё прошло?
Она хотела знать, что именно сказали Гу Цин и Гу Мань, раз даже старая госпожа Гу ничего не смогла с ними сделать.
— Всё из-за этого ублюдка Гу Нин! Она сказала, что это её деньги и меня это не касается, и что Гу Цин и Гу Мань будут платить мне только по тысяче юаней в месяц на содержание — всего две тысячи. Две тысячи! Это же подачка нищей! — гневно воскликнула старая госпожа Гу.
Хотя у неё в доме Гу Цинсяна было всё необходимое — еда, питьё, одежда, и даже припрятано около ста тысяч личных сбережений, она не могла вынести, что у Гу Цин и Гу Мань появились деньги, а ей они ничего не дают.
— Гу Нин? — при упоминании Гу Нин Линь Лицзюань наполнилась ненавистью и заскрежетала зубами. Если бы не Гу Нин, разве пришлось бы Сяосяо переводиться в другую школу? Скоро вступительные экзамены в вуз, а смена школы так плохо влияет!
С эгоистичными людьми бесполезно говорить о логике — они думают только о себе.
Даже когда они неправы, они винят других.
Старая госпожа Гу всё ещё не могла успокоиться. Вернувшись в свою комнату, она позвонила Гу Цинъяну и рассказала ему об этом.
— Что? У Гу Цин и Гу Мань появились деньги, и они купили косметический салон? Откуда у них деньги? — и речь шла о нескольких миллионах.
Услышав эту новость, Гу Цинъян был потрясён, и в его сердце закралась зависть.
Из всех членов семьи Гу Гу Цин и Гу Мань всегда были самыми бедными, а теперь у них оказались миллионные активы, в то время как у него самого было всего около ста тысяч.
— Я не знаю, откуда у них деньги, но факт в том, что они разбогатели. Поэтому они уволились, съехали и не берут трубки. Настоящие неблагодарные твари! — жаловалась старая госпожа Гу.
Гу Цинъян прекрасно знал характер своей матери. Должно быть, она наговорила много гадостей, раз Гу Цин и Гу Мань выгнали её.
Тем не менее, он был крайне возмущён тем, что Гу Цин и Гу Мань, разбогатев, уволились, съехали и перестали отвечать на звонки. Ему казалось, что они совсем не ставят их в расчёт.
Поэтому, закончив разговор со старой госпожой Гу, он позвонил Гу Цин.
Гу Цин знала, зачем звонит Гу Цинъян. Сначала она не хотела отвечать, но потом подумала, что если не прояснить ситуацию, они будут продолжать названивать и донимать её.
Не выключать же телефон! Ведь её круг общения расширился, и звонили ей не только члены семьи Гу.
Поэтому Гу Цин ответила.
На обвинения Гу Цинъяна она ответила теми же словами, что ранее говорила Гу Нин, объяснив причины переезда и того, что они не брали трубки.
И спросила в ответ Гу Цинъяна: если бы его семью так оскорбляли старая госпожа Гу и семья Гу Цинсяна, смогли бы они сделать вид, что ничего не случилось?
Хотя старая госпожа Гу была настроена против Гу Мань и её дочери, Гу Цин с детства тоже терпела от неё презрение и оскорбления вроде «убыточной девчонки», поэтому никаких тёплых чувств к матери у неё не было. Зато с Гу Мань у неё были глубокие отношения, и она, естественно, встала на сторону Гу Мань и её дочери.
Гу Цинъян не нашёл, что возразить. Хотя он с детства был пропитан идеей предпочтения мужчин женщинам и всегда презирал Гу Цин и Гу Мань, поэтому особой братско-сестринской любви между ними не было.
Особенно после того, как Гу Цин вышла замуж за бедного Цзян Сюя, а Гу Мань забеременела вне брака, он стал презирать их ещё больше.
Но он никогда не оскорблял Гу Мань и Гу Нин такими гнусными словами, самое большее — позволял себе несколько язвительных замечаний.
В этом деле действительно старая госпожа Гу была неправа.
Гу Нин, стоявшая рядом, сказала, что хочет поговорить с Гу Цинъяном, и Гу Цин передала ей трубку.
Гу Нин сказала:
— Третий дядя, это Гу Нин. Я ещё могу называть вас третьим дядей, потому что между нами нет достаточно большой вражды. Но я хочу серьёзно сказать вам одну вещь: из всех членов семьи Гу, кроме семьи второй тёти, я всех остальных очень не люблю. Однако ваша семья пока не перешла ту черту, после которой мы бы разорвали с вами все отношения. Возможно, вы считаете, что я говорю слишком самонадеянно, но это факт. Если вы ещё признаёте вторую тётю и мою мать своими сёстрами, пожалуйста, не вмешивайтесь в наши дела. Если же вы, как и семья Гу Цинсяна, будете настолько эгоистичны, что ради собственной выгоды станете строить нам козни, я буду с вами невежлива. Не стоит недооценивать мои способности. Вынужденный перевод Гу Сяосяо в другую школу — тому пример.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/12184/962163
Готово:
