Глава 1391. Намеренно наблюдает за его растерянностью
Поскольку владелец магазина Фан испытывал чувство вины, при встрече с Чэнь Дажуном он чувствовал себя несколько неловко.
— Вижу, владелец Фан выглядит немного утомлённым. Не перетрудились ли вы? Может, зайдёте выпить утреннего чаю, взбодриться? Я недавно раздобыл отличный тонизирующий чай, очень действенный, — сказал Чэнь Дажун с таким видом, будто заботится о владельце Фане, словно между ними ничего и не было.
Однако Чэнь Дажун делал это нарочно. Он знал, что после того поступка владелец Фан будет испытывать угрызения совести, поэтому и хотел намеренно посмотреть на его растерянный вид.
И действительно...
Услышав предложение зайти в «Сяньюньсюань», владелец Фан сразу вспомнил о той сине-белой фарфоровой вазе, невольно вздрогнул и тут же отказался:
— Не нужно, не нужно, у меня ещё есть дела, которыми нужно заняться.
С этими словами владелец Фан ускорил шаг и поспешно ушёл.
Увидев это, Чэнь Дажун самодовольно ухмыльнулся, развернулся и тоже вернулся в магазин. Раз Гу Нин не предъявляет претензий по этому делу, то и он ничего не скажет.
Хотя владелец Фан и подозревал, что тот человек в чёрном обманул его, и что с той сине-белой фарфоровой вазой и теми предметами на самом деле не было никаких проблем, о которых тот говорил.
Но он и не отрицал этого полностью.
Ведь тогда тот человек в чёрном сказал, что предметы, содержащие тёмную ци, при прикосновении ощущаются холодком, а предметы без тёмной ци такого ощущения не вызывают.
В то время, когда он взял в руки ту сине-белую фарфоровую вазу и несколько тех предметов, он действительно почувствовал лёгкий холодок. Хотя он был несильным, но это ощущение действительно вызывало дискомфорт.
Однако когда он брал в руки свои подлинные предметы, он не чувствовал ни этого холода, ни дискомфорта. Поэтому он тогда и решил поверить тому человеку в чёрном. Иначе с чего бы он поверил только из-за одного его слова!
Внезапно владельцу Фану пришла в голову мысль: а не может ли быть так, что с Чэнь Дажуном и остальными всё в порядке именно потому, что та сине-белая фарфоровая ваза уже была перепродана?
Хотя его бизнес шёл не очень хорошо, и продать одну подлинную вещь удавалось очень редко, но «Сяньюньсюань» — совсем другое дело, так что такая возможность тоже существовала.
Надо будет потом отправить кого-нибудь проверить, осталась ли ещё та сине-белая фарфоровая ваза в «Сяньюньсюань».
И вскоре владелец Фан отправил человека, который должен был притвориться покупателем и зайти в «Сяньюньсюань» под видом гостя.
Конечно, чтобы Чэнь Дажун его не узнал, владелец Фан отправил своего друга, а не сотрудника магазина.
И полученный ответ был таков: в «Сяньюньсюань» нет той сине-белой фарфоровой вазы, которую он описал.
Тогда владелец Фан наконец понял, что произошло, и пришёл в ярость: не удалось подставить «Сяньюньсюань», и такая ценная сине-белая фарфоровая ваза пропала впустую.
Хотя дело Цзэн Кая уже разрешилось, оно ещё не было полностью завершено.
Раз Цзэн Кай признался, что украл дизайн-проект Пэн Синхао для участия в конкурсе, то авторство этого наградного проекта больше не могло принадлежать Цзэн Каю. Поэтому этот вопрос, естественно, нужно было объяснить организаторам конкурса дизайна одежды. А после нужно было смотреть: изменят ли они имя участника на этом проекте или же просто снимут его. Этот дизайн-проект по-прежнему принадлежал Пэн Синхао, и он имел право использовать его для других целей.
Сначала организаторы хотели просто снять проект, потому что оставлять его могло быть нехорошо для репутации их компании, учитывая их бренд. Их компания была крупным брендом одежды, и происхождение дизайн-проектов должно быть абсолютно чистым.
Но, как назло, этот дизайн-проект приглянулся главному дизайнеру их компании, который посчитал, что эта одежда может стать трендом.
Поэтому организаторы в итоге решили просто заменить имя Цзэн Кая на имя Пэн Синхао. Причитающиеся ему почёт и премия в 200 000 юаней за призовое место также отошли к Пэн Синхао.
Поскольку результаты конкурса только что объявили, а награды и премию ещё не вручили участникам, Цзэн Кай их ещё не получил.
Затем организаторы связались с Пэн Синхао, приехали в больницу и вручили ему заслуженные награды и премию в 200 000 юаней.
Раз это принадлежало ему, Пэн Синхао принял.
После этого собеседник спросил Пэн Синхао, не заинтересован ли он в работе в их компании.
Хотя это была компания с известным брендом, а её дизайнеры были довольно известны в стране, в их компании также были бренды одежды третьего уровня. Пэн Синхао не мог стать дизайнером для брендов первого или второго уровня, но для третьего уровня — вполне. Ведь не каждый дизайнер получал признание своих работ, так что нужно было получить одобрение на производство.
Для Пэн Синхао это было словно падение с неба пирожка. Было бы ложью сказать, что он не соблазнился, но он решительно отказался.
Хотя ему было немного жаль, он не колебался и не медлил ни секунды. Ведь благодарность Гу Нин была для него важнее карьерных перспектив. К тому же это не значит, что, работая с Гу Нин, у него не будет будущего!
Наоборот, следуя за Гу Нин, он был полон уверенности, хотя пока ещё не знал, сможет ли пройти собеседование.
Хотя компания Гу Нин по производству одежды ещё официально не начала работу, взлёт бренда вечерних платьев «Цзысэ» был лучшим тому подтверждением — дела Гу Нин не могут быть плохими.
Представитель организаторов был удивлён отказом Пэн Синхао, но больше не стал расспрашивать.
Хотя дизайн Пэн Синхао был хорош, они не были в нём жизненно необходимы. Сейчас талантливых людей хоть отбавляй, и они никого не собирались принуждать.
Около трёх часов дня Гу Нин получила звонок от Лэн Юаньцзиня. Лэн Юаньцзинь звонил попрощаться. Поскольку они взяли отпуск только на один день, им нужно было возвращаться.
Он сказал, что если у неё будет возможность, пусть приезжает в город Си.
Гу Нин согласилась.
Надо сказать, что прошлым вечером, когда Лэн Юаньцзинь и Юй Ин вернулись домой и рассказали, что ужинали вместе с Гу Нин и Лэн Шаотином, их отчитал старый господин Лэн. Он сказал, что раз уж встретили Гу Нин и Лэн Шаотина вместе, почему не пригласили их домой на ужин, чтобы вся семья могла собраться.
Он всё ворчал, что Лэн Шаотин, обзаведясь женой, забыл о деде и даже не хочет прийти домой на ужин.
Хотя старый господин Лэн действительно был немного недоволен, в душе он нисколько не сердился. Просто он скучал по ним, хотел увидеть их и просто поужинать вместе.
Следующие три дня Гу Нин провела на работе, и ничего особенного не случилось.
Но у Лэн Шаотина в эти дни дела обстояли не так гладко. Время от времени ему снилось, как он отбрасывает того злого культиватора, а также он чувствовал распирание в даньтяне и физический дискомфорт.
Однако всё это не заставляло Лэн Шаотина просыпаться, и он всё время думал, что это сон. Но после пробуждения он чувствовал некоторую усталость в теле.
Он прекрасно понимал, что тот случай, когда он отбросил злого культиватора, был необычным. Но он боялся, что это может быть чем-то дурным, поэтому не решался рассказать Гу Нин, опасаясь её беспокойства.
В этот день Пэн Синхао могли выписать из больницы — его раны почти полностью зажили.
Гу Нин лично приехала, чтобы забрать их. От этого брат и сестра Пэн Сяомань чувствовали себя крайне неловко. Ведь Гу Нин была их начальником, причём самым главным, и разве может подчинённый позволять начальнику забирать себя из больницы!
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/8706436
Готово:
