Готовый перевод Rebirth and Rise: The Campus Business Woman / Перерождение и Становление Величайшей Бизнес Леди: Глава 144: Родители Хао Ран

Глава 144. Хочешь, чтобы тебя отчитали?

2023-10-19 Автор: Су Нуаньсэ

# Глава 144. Хочешь, чтобы тебя отчитали?

Напротив, все осуждали этого мужчину за бестактность: устраивать разборки на чужом юбилее — значит не уважать семью Цинь и навлекать на себя лишь их немилость.

Этого мужчину, примерно одного возраста с Ань Гуанъяо, звали У Ляньцин. Он был президентом филиала в городе F крупной корпорации с состоянием в десятки миллиардов.

Филиал занимался недвижимостью, его активы превышали миллиард. Будучи президентом, У Ляньцин владел 25% акций филиала, так что его личное состояние составляло всего около двух-трёх сотен миллионов.

У Ляньцин был крайне амбициозен. Ранее он хотел приобрести «Шэнхуа Недвижимость» в личную собственность, но, будучи слишком жадным до выгоды, упустил возможность, которую перехватила Гу Нин.

Ань Гуанъяо был крайне недоволен, но изо всех сил старался не показывать этого и с насмешкой сказал:

— О! Я обанкротился, а президент У меня поздравляет. Ваши намерения слишком очевидны, не так ли?

— Председатель Ань, вы слишком много думаете. Я вовсе не это имел в виду. Я лишь поздравляю вас с тем, что вы по-прежнему остаётесь председателем правления «Шэнхуа Недвижимость», — объяснил У Ляньцин. Даже если он имел это в виду, он не мог признаться в этом открыто — не бить же самому себя по лицу?

— Раз президент У говорит, что моё продолжение работы в «Шэнхуа Недвижимость» — это радостное событие, значит, и банкротство моей компании — тоже радость? Ведь если бы моя компания не обанкротилась, я бы не работал в «Шэнхуа Недвижимость», а «Шэнхуа Недвижимость» принадлежала бы мне, — проанализировал Ань Гуанъяо.

— Ты... — У Ляньцин мгновенно потерял дар речи. Он осознал, что поступил опрометчиво, хотел добить лежачего, но сам получил удар: — Если председатель Ань так хочет думать, я ничего не могу поделать. Хм!

У Ляньцин сделал вид, что его добрые намерения приняли за нечто иное, и, закончив фразу, удалился.

Ань Гуанъяо не стал настаивать на своём — всё-таки устраивать скандал на чужом банкете было нехорошо.

Вскоре Ань Гуанъяо заметил Гу Нин и остальных. Он был немало поражён её нарядом — эта девушка постоянно удивляла.

Ань Гуанъяо подошёл к ним. Ань И поспешно позвал: «Папа». Гу Нин и Хао Жань тоже поздоровались: «Дядя Ань». Остальные, услышав это, также вежливо обратились к нему: «Дядя Ань».

На людях отношения между Ань Гуанъяо и Гу Нин пока нужно было держать в секрете, поэтому он мог относиться к ней лишь как к обычной младшей.

Не успели они обменяться и парой фраз, как к ним направилась супружеская пара. Ещё не подойдя, женщина заговорила:

— Ах ты, паршивец! Я звала тебя пойти с нами, а ты сказал, что не интересно. Я думала, тебе и правда неинтересен банкет, а ты, оказывается, тайком пришёл с друзьями!

Гу Нин и остальные, не знавшие этих людей, слегка опешили, гадая, кто это и к кому они обращаются. Тут Хао Жань подал голос, с откровенно пренебрежительным видом:

— Что интересного с вами, взрослыми? С одноклассниками куда веселее!

Услышав это, Гу Нин и остальные поняли: эта пара — родители Хао Жаня.

— Ты меня презираешь? Дорогой, смотри, сын меня презирает, — женщина мгновенно приняла жалобный вид, словно ребёнок, и принялась ябедничать и капризничать перед стоящим рядом мужчиной.

Э-э...

Гу Нин и остальные слегка опешили. Мать Хао Жаня была... слишком милой, не так ли?

А Хао Жань и его отец Хао Чжунлун одновременно закатили глаза. Хао Жань сказал:

— Мы же на людях! Веди себя нормально!

— Ах ты, паршивец! Ты смеешь говорить, что твоя мать ненормальная? Хочешь, чтобы тебя отчитали? — В мгновение ока мать Хао Жаня сменила выражение лица, приняв вид разъярённой тигрицы.

Скорость смены настроения заставила Гу Нин и остальных мысленно прокомментировать это, но отсюда было видно, что у матери Хао Жаня такой скачущий характер. Люди с таким характером обычно не так уж труднодоступны.

— Председатель Ань, не обращайте внимания, — Хао Чжунлун не стал обращать внимания на эту пару мать-сын, а поздоровался с Ань Гуанъяо.

— Что вы, председатель Хао, что вы, — ответил Ань Гуанъяо и дружески пожал руку Хао Чжунлуну.

Хао Чжунлун занимался гостиничным и ресторанным бизнесом, его состояние составляло около пяти-шести сотен миллионов. В рейтинге богачей города F он стоял на одну позицию ниже «Шэнхуа Недвижимость». Между ними не было никаких конфликтов, поэтому отношения были вполне гармоничными.

Теперь Ань Гуанъяо и Хао Чжунлун узнали, что их сыновья — хорошие друзья, так что и взрослые, естественно, стали дружелюбны друг к другу.

— Дядя Хао, тётя Хао, — вежливо поздоровались Гу Нин и остальные.

Взгляд госпожи Хао упал на трёх девушек, и её глаза мгновенно засияли:

— Какие красивые девушки! Кто из вас не против моего Хао Жаня, пусть становится моей невесткой!

При этих словах все дружно онемели.

— Мам, ты... — Хао Жань был совершенно обескуражен.

— Ладно, не будем мешать детям. Пойдём туда, поздороваемся с остальными, — Хао Чжунлун, опасаясь, что жена ляпнет ещё что-нибудь шокирующее, поспешил увести её.

— Эй, я... — госпожа Хао хотела ещё что-то сказать, но возможности уже не было.

— Простите, моя мама иногда ведёт себя как ребёнок. Вы не обращайте внимания, — смущённо сказал Хао Жань.

— Ничего страшного. Мне кажется, твоя мама очень милая, — сказала Гу Нин.

— Ладно, я тоже пойду поздороваюсь со знакомыми. Вы пока веселитесь, — сказал Ань Гуанъяо и тоже ушёл.

Хотя Ань Гуанъяо уже не был главой «Шэнхуа Недвижимость», он оставался председателем правления с полными полномочиями, так что его прежние связи не ослабли.

Затем компания снова принялась за еду и напитки.

— Му Кэ, почему я не вижу твоих родителей? — спросил Хао Жань, когда до восьми часов оставалось совсем немного, а родителей Му Кэ всё не было.

— А, мой отец в командировке, не смог приехать, поэтому прислал своего секретаря, — сказал Му Кэ.

За несколько минут до восьми появился глава семьи Цинь, то есть отец Цинь Ифаня, Цинь Хаочжэн.

Цинь Хаочжэн был одет в чёрный костюм в китайском стиле. В свои шестьдесят он был ещё не стар, тело оставалось крепким и сильным.

Справа от Цинь Хаочжэна шла женщина лет пятидесяти с небольшим, в тёмно-красном ципао, которое идеально сочеталось с нарядом Цинь Хаочжэна.

Это была жена Цинь Хаочжэна, мать Цинь Ифаня, госпожа Цзян.

Слева от Цинь Хаочжэна стояла женщина лет тридцати с лишним, тоже в ципао, розового цвета.

Это была старшая дочь семьи Цинь, сестра Цинь Ифаня, Цинь Ицин.

Цинь Ифань был поздним ребёнком Цинь Хаочжэна и его жены, с детства его очень баловали, но в воспитании были и строги. Поэтому Цинь Ифань не пошёл по кривой дорожке и вырос достойным человеком.

Сейчас Цинь Ифань уже постепенно принимал семейный бизнес.

Когда Цинь Хаочжэн вышел, все, естественно, притихли и сосредоточили внимание на нём.

После краткой речи Цинь Хаочжэна настала очередь вручения подарков.

Первыми дарили, конечно же, члены семьи Цинь. Сначала — младший брат Цинь Хаочжэна, то есть отец Цинь Цзысюня, Цинь Хаочжи.

О положении Цинь Хаочжи Гу Нин, конечно, знала — он был руководителем города F. Так Гу Нин узнала, что Цинь Цзысюнь происходит из столь высокопоставленной семьи!

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/12184/824816