Глава 1237. Страх и сожаление
Впрочем, Гу Нин была уверена, что и без неё Юэчжэн Юй справится с дальнейшими делами.
— Спасибо вам, госпожа Гу, — очень серьёзно поблагодарил Юэчжэн Юй. Без неё, думал он, он бы действительно попался в ловушку.
— Не стоит благодарности, — беззаботно ответила Гу Нин. Конечно, она помогла Юэчжэн Юю только ради Ань Си.
Юэчжэн Юй, разумеется, тоже это понимал.
Не прошло и минуты после того, как они повесили трубку, а Гу Нин уже получила от Юэчжэн Юя сообщение с его адресом электронной почты. Она тут же отправила ему файлы с результатами расследования в отношении генерального директора его компании, заместителя господина Цяня и Чжу Иньин.
Хотя Юэчжэн Юй уже слышал от Гу Нин о причинах произошедшего, при виде документов воочию в его душе всё равно закипело негодование.
Раз уж он знал их цели, он, конечно, не позволил бы им добиться успеха.
Он, безусловно, хотел получить повышение и прибавку к зарплате благодаря собственным усилиям, но никогда не стремился к этому нечестными путями. Однако и то, что принадлежало ему по праву, он никому не позволил бы отнять хитростью.
На этот раз документы ещё не были подписаны, всё ещё не было решено окончательно, поэтому он не считал место генерального директора своим по умолчанию. Но он должен был предотвратить и пресечь их попытки подставить его.
Затем Юэчжэн Юй позвонил Ань Си, зная, что она волнуется ещё больше, чем он, и вряд ли уже спит.
Так и оказалось: хотя Ань Си уже лежала в постели, сна не было ни в одном глазу — она переживала из-за дел Юэчжэн Юя.
Даже зная, что Гу Нин возьмётся за расследование и всё выяснит, она не могла успокоиться, пока не получила ответа.
Телефон всё это время был у Ань Си в руках. Как только раздался звонок, она увидела, что это Юэчжэн Юй, и тут же ответила.
Узнав о всех этих кознях, Ань Си возненавидела тех, кто строил планы против Юэчжэн Юя. Но раз уж проблема была выявлена, то и решить её стало проще, и Ань Си немного успокоилась.
Поскольку документы о повышении ещё официально не были подписаны, Юэчжэн Юй не стал рассказывать об этом Ань Си.
···
На следующее утро Гу Нин встала очень рано и сначала отправилась на пробежку — она давно уже не бегала.
Хотя её физическая форма постоянно улучшалась, пробежки нельзя было забрасывать. Ведь какой бы сильной она ни была, она не была самой сильной.
К тому же сейчас появилось много того, чего раньше не было: демоны и чудовища, культиваторы, мутанты, ниндзя, а также вампиры из её снов, которые пока не появились. Гу Нин не знала, с каким количеством могущественных видов ей придётся столкнуться в будущем, поэтому нужно было постоянно становиться сильнее.
Знания бесконечны, и боевые навыки тоже. Всегда найдётся кто-то сильнее тебя, за каждым холмом есть ещё более высокий. В мире нет непобедимых людей — даже самый сильный может потерпеть неудачу.
Если ты недостаточно силён, то можешь рухнуть окончательно; если же ты достаточно силён, у тебя будет шанс подняться.
Вернувшись с утренней пробежки, Гу Нин приняла душ, переоделась в школьную форму, взяла рюкзак и отправилась в школу.
Гу Нин уже давно не носила школьную форму и часто забывала, что она всё ещё ученица.
Поскольку встреча для решения дел Тао Цзяи была назначена на девять часов, Гу Нин могла сначала посетить первый урок, а после восьми отправиться по делам.
Гу Нин поехала сама, потому что сегодня ей нужно было съездить в школу Тао Цзяи, а без машины было бы неудобно.
Хотя у многих учителей в школе были машины, в крайнем случае лучше не просить их в долг без особой необходимости.
Как говорится, жену и машину в долг не дают. Неважно, случится ли что-то, но никто не любит одалживать свою машину другим.
По дороге Гу Нин сначала позавтракала, а затем продолжила путь в школу.
На территорию школы машины обычно не пускают, кроме как для учителей. Поэтому ученики, которые приезжают сами, обычно паркуются на платной стоянке рядом со школой.
Так что Гу Нин сразу поставила машину на соседней стоянке и пошла в школу пешком.
Однако, как только она вошла в школу, её сразу узнали многие — она была ученицей этой школы, поэтому внимания к ней было больше.
— Боже мой! Это же Гу Нин...
— Да, да! Точно она.
— Она пришла в школу!
— Наконец-то я увидел богиню Гу своими глазами, как же волнительно!
— Да-да! Она просто невероятна, я так восхищаюсь ею.
— Она классический пример того, как гадкий утёнок превращается в белого лебедя!
— ...
Все наперебой хвалили Гу Нин, доставали телефоны, чтобы сфотографировать её, и выкладывали снимки в соцсети.
Гу Нин же, не обращая внимания, шла своей дорогой.
Как раз неподалёку впереди Гу Нин шли Цинь Чжэн, а также Фу Минлян и Чжан Имин. Услышав шум, они обернулись и как раз увидели Гу Нин.
При виде Гу Нин Цинь Чжэн и остальные вздрогнули. О её делах они, конечно, тоже знали, и теперь не смели иметь о ней никакого дурного мнения, наоборот, относились к ней с опаской.
Особенно Цинь Чжэн — он очень боялся столкнуться с Гу Нин, поэтому тут же потянул Чжан Имина и Фу Минляна, ускоряя шаг, чтобы уйти.
Гу Нин, разумеется, заметила их действия, но не придала этому значения.
Впрочем, она забыла, что Гу Сяосяо понесла наказание, а Цинь Чжэн — нет. Но сейчас, ладно, у неё уже не было желания сводить с ним счёты.
В конце концов, он больше её не задевал, и если бы она что-то предприняла, это выглядело бы так, будто неправа она.
Когда они отошли подальше, Чжан Имин не удержался и вздохнул:
— Как говорится, тридцать лет на востоке, тридцать лет на западе — всё в этом мире меняется. Человек не может быть посредственностью всю жизнь; много лет спустя он может стать выдающимся. Но прошло всего полгода с небольшим, и та самая Гу Нин, которую все могли обижать, превратилась в миллиардера с состоянием в миллиард и невероятными способностями. Как ни посмотри, это два разных человека, но, как ни крути, это действительно один и тот же человек.
— Да! Вспоминая, как мы раньше её обижали, я невольно содрогаюсь. Если бы она захотела отомстить, это было бы проще, чем раздавить муравья, — подхватил Фу Минлян.
Хотя раньше они так ненавидели и обижали Гу Нин, теперь, бесспорно, они её боялись и восхищались ею.
— Если бы Гу Нин хотела отомстить, она бы уже это сделала. И ещё потому, что мы больше не переходили ей дорогу. Иначе наша участь вряд ли была бы хорошей, — сказал Чжан Имин, но не был уверен на сто процентов, поэтому в душе всё равно оставалась толика беспокойства.
В душе Цинь Чжэна царила крайняя сложность: там были и страх, и сожаление.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/12184/2663841
Готово:
