Глава 969. Сердце меняется так быстро
Затем Тан Чжиюй продолжила, изображая восхищение:
— Мисс Гу, я видела в интернете ваши подвиги! Вы так круты, я так вами восхищаюсь!
— Спасибо, — холодно поблагодарила Гу Нин, а затем сказала: — Уже поздно, нам нужно готовиться к выходу в отель, так что мы пойдём.
— О! Хорошо.
Хотя Тан Чжиюй не хотела уходить — вернее, не хотела расставаться с Лэн Шаотином — она не могла их задерживать и не могла пойти с ними. Иначе, если они сочтут её распутной женщиной, это будет плохо.
Перед Лэн Шаотином она всё ещё должна была сохранять хороший образ.
В любом случае, они скоро увидятся снова.
— Шеф, эта женщина что, положила глаз на нашего зятя? Она постоянно на него смотрит, — спросил Хао Жань у Гу Нин, как только они отошли. Он заметил что-то странное в выражении лица Тан Чжиюй, но не был до конца уверен.
Услышав это, Лэн Шаотин нахмурился. Эта женщина положила на него глаз?
Изначально Лэн Шаотин считал Тан Чжиюй просто прохожей, но при этих словах немедленно почувствовал к ней отвращение и неприязнь.
Хотя в том, что она им заинтересовалась, не было её вины, пока она не делала ничего, что могло бы на него повлиять. Но он боялся, что Гу Нин расстроится. А если Гу Нин будет несчастна, то и он будет несчастен. Поэтому он совершенно не хотел, чтобы другие девушки проявляли к нему интерес.
В наше время таких мужчин, как Лэн Шаотин, который всё делает ради своей девушки, действительно осталось немного. Можно сказать, что они почти вымерли!
— У тебя неплохой глазомер! — Гу Нин не стала прямо отвечать Хао Жаню, но это подтвердило его догадку.
— Тьфу, она что, посмеет посягать на нашего зятя? Слишком самонадеянно и не по чину! — презрительно фыркнула Чу Пэйхан. Ей казалось, что если Тан Чжиюй заинтересуется Лэн Шаотином, то это как жаба, возжелавшая лебединого мяса. Она невольно поёжилась, чувствуя отвращение за Лэн Шаотина: — Если она посмеет строить какие-нибудь козни против зятя, то не нужно будет даже шефу вмешиваться. Мы, братья и сёстры, в мгновение ока заставим её понять, что зять не для её глаз.
— Точно, если эта женщина посмеет хоть что-то предпринять, мы заставим её пожалеть.
— Да...
Остальные тоже начали поддакивать, выглядя так, будто защищают любовь Гу Нин, что вызвало у неё улыбку.
— Ладно, даже если она захочет что-то сделать, у неё должны быть для этого способности! — с забавным видом сказала Гу Нин, а затем покосилась на стоящего рядом Лэн Шаотина и многозначительно добавила: — Но если у кого-то появятся другие мысли, то какой смысл их останавливать?
Подтекст был таков: даже если Тан Чжиюй что-то предпримет, Лэн Шаотин просто проигнорирует её, и она ничего не сможет сделать. Но если у Лэн Шаотина появятся мысли на стороне, то не будет смысла ни останавливать его, ни наказывать Тан Чжиюй.
Потому что можно удержать тело Лэн Шаотина, но не его сердце. А если так, то Гу Нин такой мужчина будет больше не нужен.
Конечно, Гу Нин знала, что Лэн Шаотин так не поступит. Она просто шутила.
Разве Лэн Шаотин не понял, что имела в виду Гу Нин? Его выражение лица мгновенно помрачнело, он сделал обиженное лицо и с упрёком пожаловался:
— Ниннин, ты не можешь так подозревать меня...
— Я и не хочу тебя подозревать, но сердца людей разделяет стена. Как я могу знать, что у тебя на уме? — притворно недоверчиво ответила Гу Нин.
— Хочешь, я вырежу своё сердце и покажу тебе? — спросил Лэн Шаотин. Понимая, что Гу Нин шутит, он не напрягся, а подыграл ей.
— Хорошо, вырезай! — поддразнила его Гу Нин.
— Когда мы останемся вдвоём, я вырежу его, чтобы ты посмотрела как следует, — наклонился Лэн Шаотин к уху Гу Нин и тихо сказал с двусмысленной интонацией.
Услышав это, Гу Нин сразу подумала о том самом, и её лицо покраснело. Она нервно посмотрела на Хао Жаня и остальных, боясь, что они услышат, и будет неловко.
Но Хао Жань и компания лишь растерянно смотрели на Лэн Шаотина и Гу Нин, не понимая, что он сказал. Только Гао И и Цяо Я едва сдерживали улыбки — очевидно, они всё слышали.
То, что они услышали, было не страшно, потому что они уже прошли через дела между мужчиной и женщиной. А Хао Жань и остальные — нет.
Хао Жаню и остальным было любопытно, что сказал Лэн Шаотин, но они не осмеливались спросить.
А после ухода Гу Нин и её компании Тан Чжиюй тоже вернулась к своей матери. Поскольку она положила глаз на Лэн Шаотина, её настроение было хорошим. Но из-за того, что она не узнала его имени и не смогла с ним поговорить, она была подавлена и рассеянна — просто крайне противоречивое состояние.
Мать Тан Чжиюй разговаривала с двумя знатными дамами. Увидев рассеянный вид дочери, она забеспокоилась, тут же извинилась перед женщинами и подошла к Тан Чжиюй. С тревогой спросила:
— Доченька, что случилось? Ты сама не своя. Не придумала план? Не торопись, подождём.
Женщина решила, что Тан Чжиюй расстроена из-за того, что не придумала, как подойти к Син Бэю, и попыталась её утешить.
Хотя она тоже хотела, чтобы Тан Чжиюй сблизилась с Син Бэем, такие дела не терпят спешки — ведь они встретились только в первый раз!
— Нет... — уныло ответила Тан Чжиюй, а затем возбуждённо схватила женщину за руку и сказала: — Мама, я встретила мужчину ещё красивее и благороднее, чем Син Бэй! Когда я его увидела, моё сердце забилось так быстро-быстро. Сейчас мои мысли заняты только им, моё сердце полностью им захвачено, и мне больше не интересен Син Бэй.
— Что?
Женщина была весьма удивлена. Она не ожидала, что Тан Чжиюй так быстро передумает.
Но раз Тан Чжиюй сказала, что мужчина, которого она только что видела, ещё красивее Син Бэя, то её быстрая перемена была понятна.
Она не видела ничего плохого в такой быстрой смене симпатий дочери. Кто же не хочет найти того, кто лучше?
Однако ей было очень любопытно, насколько этот мужчина красивее Син Бэя, раз смог так вскружить голову её дочери.
— А ты узнала, как его зовут? — нетерпеливо спросила женщина.
— Нет, — лицо Тан Чжиюй снова омрачилось: — Если мы встретимся снова, я постараюсь спросить.
Она как раз собиралась спросить небрежным тоном, но не успела — Гу Нин сказала, что они уходят, поэтому ей неудобно было их задерживать.
— Хорошо, но ты должна следить за своим образом, чтобы он не составил о тебе плохого впечатления, — напомнила женщина.
— Знаю, — хотя внутренние принципы Тан Чжиюй были неправильными, внешне она чаще всего старалась соблюдать приличия.
Однако женщина, подумав, всё же решила, что это ненадёжно, и сказала:
— Тебе самой спрашивать, наверное, неудобно. Как насчёт того, чтобы ты сказала мне, во что был одет этот мужчина, а я попробую разузнать.
(Конец главы)
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/1892803
Готово:
