Глава 569. Пришли выяснять отношения, не иначе
Лэн Шаотин хоть и испытывал некоторое беспокойство, но всё же доверял Гу Нин. К тому же, раз Гу Нин что-то решила, никто не мог ей помешать, поэтому он промолчал.
— Не волнуйся, всё будет в порядке, — сказала Гу Нин.
— Хорошо! — раз Гу Нин настаивала, Тан Юньфаню ничего не оставалось, как согласиться. Он лишь предупредил: — Тогда будь осторожна.
— М-м, поняла, — ответила Гу Нин.
Лэн Шаотин с остальными ушёл, а Гу Нин села в машину к тому мелкому главарю. Затем она позвонила Тан Хайфэну, чтобы сообщить, что всё в порядке.
Узнав, что Гу Мань уже в безопасности, семья Тан вздохнула с облегчением.
— Кстати, твой дядя Тан очнулся и вышел искать твою маму, — сказал Тан Хайфэн, ещё не зная, что Тан Юньфань и Гу Нин уже вместе.
— Я уже его видела, сейчас мы вместе, — ответила Гу Нин.
— Хорошо, — успокоился Тан Хайфэн и спросил: — Кто похитил твою маму?
— Сейчас не время, позже расскажу, — ответила Гу Нин.
— Ладно, — раз сейчас не время, Тан Хайфэн не стал расспрашивать дальше.
Через двадцать минут мелкий главарь привёз Гу Нин к какому-то складу. Следуя её указаниям, он позвонил Чжан Юнцзюню.
В кабинете на втором этаже одной виллы мужчина средних лет читал книгу.
Тут зазвонил его телефон.
Увидев, кто звонит, мужчина быстро ответил и, намеренно понизив голос, спросил:
— Как обстоят дела?
— Брат Чжан, мать с дочерью уже взяты, — раздался голос с той стороны. Этот человек и был тем мелким главарём, что был с Гу Нин, — Хун Фэнь.
— Хорошо, сейчас буду, — сказал мужчина, которого назвали Братом Чжаном, и повесил трубку.
Закончив разговор, он не стал сразу уходить, а взял другой телефон и позвонил ещё кому-то, спросив:
— Как у вас дела?
— Все отряды всё ещё ведут поиск, — ответил собеседник.
— Хорошо, через двадцать минут встречаемся в складском районе восточных окраин, — сказал мужчина. Собеседник ответил согласием и повесил трубку. Тогда мужчина вышел из кабинета и спустился в подвал.
В подвале были навалены всякие товары, но, помимо них, там находился ещё один мужчина, привязанный к стулу. Рядом с ним стояли двое здоровенных парней.
Брат Чжан посмотрел на привязанного к стулу мужчину, и его взгляд мгновенно стал злобным. Он холодно произнёс:
— Чжан Юнцзюнь, сегодня настал день твоего искупления.
Да, этот Брат Чжан не был Чжан Юнцзюнем. Тот, кого привязали к стулу, и был Чжан Юнцзюнем.
Чжан Юнцзюнь смотрел на Брата Чжана, его лицо было полно ярости, а глаза — ненависти. Он издавал неразборчивые звуки, но из-за заклеенного рта не мог говорить. Он изо всех сил дёргался, но никак не мог освободиться.
Брат Чжан смотрел на Чжан Юнцзюня и улыбался мрачно и самодовольно:
— Хочешь говорить? Хорошо, раз сегодня тебе предстоит искупить мою вину, я позволю тебе сказать последние слова.
С этими словами Брат Чжан подошёл к Чжан Юнцзюню и сорвал скотч, заклеивавший ему рот.
Как только скотч сорвали, открылось лицо, на семь-восемь десятых похожее на лицо Брата Чжана.
И как только скотч со рта Чжан Юнцзюня был сорван, он яростно заорал на Брата Чжана:
— Чжан Юнцзянь, я твой родной младший брат, а ты так со мной поступаешь? Не боишься, что Небо покарает тебя?
— Младший брат? Ха! Как раз потому, что ты мой младший брат и так похож на меня, ты и должен искупить за меня вину, — с искажённым лицом и видом полной уверенности сказал Чжан Юнцзянь. — Если бы не то, что ты младший брат, если бы не то, что ты учился лучше меня, разве родители оставили бы всё имущество тебе? Я старший сын, наследство должен был получить я. Ты узурпировал его на столько лет — пора возвращать.
Это дело всегда было занозой в его сердце, обидой и ненавистью. Он поклялся, что обязательно добьётся своего.
— Ты... — Чжан Юнцзюнь задыхался от гнева и обвинил: — Если бы ты сам не был таким азартным игроком, разве родители не оставили бы что-то тебе? К тому же, разве я не даю тебе по сто тысяч дивидендов каждый год?
— Имущество моё, и я вправе распоряжаться им, как хочу. Какое это имеет отношение к вам? — сказал Чжан Юнцзянь.
— С каких пор имущество стало твоим? Оно принадлежало родителям. Кому они хотели, тому и отдавали. Какое ты имеешь право говорить, что имущество твоё? — Чжан Юнцзюня чуть не разозлила наглость Чжан Юнцзяня, если бы его положение сейчас не было таким опасным.
— Я старший сын, поэтому имущество моё, — с видом полной правоты заявил Чжан Юнцзянь.
— Разве закон говорит, что имущество должно доставаться старшему сыну? — возразил Чжан Юнцзюнь.
Конечно, обычно наследство переходит к старшему сыну, но в законе не сказано, что оно обязательно должно достаться именно старшему сыну. Право наследования есть у каждого из детей.
Но если родители оставляют его одному из детей, то это тоже не ошибка.
К тому же, Чжан Юнцзянь и так каждый год получал сто тысяч дивидендов — это немало.
Их семья Чжан была не какой-то крупной компанией или корпорацией, а всего лишь фермой. Годовой доход составлял четыреста-пятьсот тысяч. За вычетом затрат оставалось триста с лишним тысяч.
Чжан Юнцзянь получал деньги, сидя сложа руки, а Чжан Юнцзюнь вкалывал до изнеможения. Разве он не заслуживал большей доли? К тому же в бизнесе есть риски, нужно откладывать деньги на случай кризиса.
— И что с того? Я говорю, что оно моё, значит, моё.
— Ты...
— Ладно, грузите его в машину, выдвигаемся. — Чжан Юнцзянь перестал тратить время на болтовню с Чжан Юнцзюнем и отдал приказ. Один из мужчин тут же взвалил Чжан Юнцзюня на плечо, и компания вышла из подвала.
Через двадцать минут Чжан Юнцзянь и остальные добрались до складского района восточных окраин, до того склада, где находился Хун Фэнь.
Чжан Юнцзянь не рассказывал Хун Фэню и остальным о своём плане, поэтому он сперва оставил Чжан Юнцзюня в машине и вошёл на склад с двумя подручными.
Всё равно Чжан Юнцзюнь был связан по рукам и ногам — не сбежит.
Однако когда Чжан Юнцзянь вошёл на склад, там были только Хун Фэнь и Гу Нин. Причём Гу Нин, которую по идее должны были связать, спокойно сидела на стуле. Она совсем не походила на похищенную, а скорее явилась выяснять отношения.
Лицо Чжан Юнцзяня мгновенно потемнело, и он спросил Хун Фэня:
— Хун Фэнь, в чём дело?
Хун Фэнь сейчас перед Гу Нин был словно щенок. Раз Гу Нин молчала, как он смел раскрывать рот?
— Ты — Чжан Юнцзюнь? — спросила Гу Нин.
Чжан Юнцзянь не ответил Гу Нин, а продолжал расспрашивать Хун Фэня:
— Хун Фэнь, что всё это значит, чёрт возьми?
Хотя он и задавал вопрос, ситуация и так была очевидна — Хун Фэнь его предал. Но ему нужно было узнать причину.
Гу Нин не обиделась, что её проигнорировали, и сказала Хун Фэню:
— Тогда скажи ему, что всё это значит.
Раз Гу Нин заговорила, Хун Фэню пришлось ответить:
— Брат Чжан, тот, кого вы велели нам схватить, — друг нашего босса. Как вы думаете, что это значит?
То, что люди из Банды Цилинь схватили друга их собственного главаря, могло означать только одно: они нарвались на неприятности, и теперь эти пришли выяснять отношения.
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/1574044
Готово:
