Глава 554. Тун Цзяяо
Однако, когда они только вышли из машины, сзади как раз остановился ещё один автомобиль, и из него кто-то вышел. По совпадению, это оказалась знакомая Цао Вэньсинь — Фан Сяокэ, та самая женщина, которая когда-то приблизилась к Цао Вэньсинь, чтобы выйти замуж за богача.
Фан Сяокэ держала под руку мужчину средних лет, и сразу было понятно, что к чему.
Можно не сомневаться: Фан Сяокэ стала любовницей этого мужчины средних лет.
Вот уж действительно женщина, готовая продать и тело, и душу ради денег!
Увидев Цао Вэньсинь, Фан Сяокэ сначала опешила — не ожидала встретить её здесь, — а затем почувствовала себя неловко и тут же отвернулась, делая вид, что не узнаёт.
У Цао Вэньсинь тоже не было ни малейшего желания обращать внимание на Фан Сяокэ, поэтому она тоже сделала вид, что не знакома с ней.
— Тьфу, эта Фан Сяокэ до того падка на роскошь, что дальше некуда! Не смогла обвести вокруг пальца моего брата — так нашла себе старика, стала любовницей, — не удержалась от колкости Цао Вэньсинь, когда они с Фан Сяокэ разошлись. Её лицо выражало полное отвращение.
И как она раньше была такой слепой, что так ошиблась в ней!
Вскоре они добрались до спортивно-развлекательной зоны.
Как только они вошли в холл, раздалось приветствие: «Добро пожаловать».
Затем подошёл официант и спросил: «Вы к кому-то?»
Поскольку все кабинеты уже были заняты, они явно не могли заказать отдельный.
— Да, комната 888. Скажите, что пришла Цао Вэньсинь, — ответила Цао Вэньсинь.
Даже если ты пришёл к кому-то, нужно согласовать с тем, кто заказал комнату, и только после подтверждения можно войти. Просто так туда не попадёшь.
— Одну минуту, — сказал официант и тут же достал рацию, чтобы связаться с администратором комнаты 888 — специальным сотрудником, обслуживающим этот кабинет.
Получив ответ, официант сразу проводил Гу Нин и остальных в комнату 888.
Кабинет был большим, но в нём находилось всего пять человек, отчего казалось довольно пусто. Однако на самом деле пустоты не чувствовалось: все весело болтали и смеялись, и хотя пространство было просторным, атмосфера царила прекрасная.
Из пятерых в кабинете было три девушки и двое мужчин. Друзьями Цао Вэньсинь были только одна девушка и один мужчина; остальные трое — их приятели, которых они привели с собой.
Конечно, с ними Цао Вэньсинь тоже была знакома, но отношения были так себе.
Среди тех двух друзей Цао Вэньсинь мужчина, как и она сама, был сыном военного руководителя; девушка была внучкой из семьи Тан. Оба выросли вместе с Цао Вэньсинь, но после университета их пути разошлись, и теперь, окончив учёбу, они недавно вернулись в Хайши.
Остальные трое тоже были детьми высокопоставленных чиновников и наследницами богатых семей.
Хотя Цао Вэньсинь не смотрела на людей сквозь призму статуса, обычно круг общения определяется положением, поэтому многие её друзья были людьми с положением.
Цао Вэньсинь уже говорила своим друзьям, что приведёт с собой знакомых. Раз уж она привела их, значит, отношения у них были не простые, так что те не возражали.
Однако эти двое друзей Цао Вэньсинь были слишком уж заметными!
Красавец и красавица, особенно мужчина — его появление затмило всех в кабинете!
Одна из девушек с короткой стрижкой, увидев Лэн Шаотина, едва сдержала волнение и радость, но быстро взяла себя в руки.
Эта девушка была той самой, что встретила Лэн Шаотина в холле корпорации «Шэнши», а затем поручила своему секретарю выяснить, кто он такой.
Впрочем, её секретарь ничего не выяснил, и она была очень разочарована! Кто бы мог подумать, что они встретятся вечером — вот это совпадение!
— Вэньсинь, ты пришла.
Несколько человек поприветствовали её.
Цао Вэньсинь провела Гу Нин и Лэн Шаотина к свободному дивану, усадила их и представила:
— Познакомьтесь, это мои друзья — Гу Нин и Лэн Шаотин.
Поскольку перед выходом Гу Нин попросила не упоминать её родство с семьёй Тан, Цао Вэньсинь пришлось представить их просто как друзей.
Хотя Гу Нин была внучкой семьи Тан, это ещё не было обнародовано, и никто не знал, что у Танов есть внучка — все знали только о Цао Вэньсинь как о внучке по женской линии, так что упоминать это было бы неудобно.
К тому же это была просто встреча, не стоило впутывать сюда статус.
Услышав это, девушка с короткой стрижкой мысленно повторила про себя имя Лэн Шаотин.
— Господин Лэн, госпожа Гу, здравствуйте.
Все вежливо поприветствовали их.
— Здравствуйте, — ответили Гу Нин и Лэн Шаотин.
Затем Цао Вэньсинь представила их Гу Нин и Лэн Шаотину:
— Это Гао Чэньюнь, это Ань Жань — мы вместе выросли. Это Цзян Цзэчжэн, это Чжу Айчжэнь, а это Тун Цзяяо.
Тун Цзяяо — та самая девушка с короткой стрижкой.
— Оказывается, это господин Лэн! Какое совпадение: сегодня днём мы разминулись в холле «Шэнши», а теперь снова встретились. Боюсь, господин Лэн меня даже не заметил, — обратилась Тун Цзяяо к Лэн Шаотину. Её тон был вежливым и учтивым, без намёка на дурные намерения — словно из простой вежливости.
Конечно, это было лишь на поверхности.
— Не заметил, — холодно и равнодушно ответил Лэн Шаотин, отчего лицо Тун Цзяяо невольно дёрнулось. Ей стало неловко — она не ожидала, что он будет так холоден.
Женская интуиция сильна, и хотя Тун Цзяяо хорошо скрывала свои чувства, Гу Нин всё же почувствовала, что эта женщина неравнодушна к Лэн Шаотину.
Конечно, это было лишь ощущение. Пока она не была уверена и пока та не предпринимала ничего предосудительного, Гу Нин не собиралась делать выводы на основе одной лишь интуиции.
В то же время Гу Нин поняла, что эта женщина непроста — не какая-нибудь обычная наследница богатой семьи.
Все тоже слегка опешили от холодности Лэн Шаотина, но не придали этому значения — они ведь ещё не знали его как следует, чтобы судить.
— Давайте, наливайте вино, — тут же вмешался Гао Чэньюнь, разряжая неловкую атмосферу. Он взял бутылку, собираясь разлить всем.
Они тоже не любили, когда рядом официанты, поэтому всё делали сами — с официантами не поговоришь свободно, а если что-то понадобится, можно и позвать.
— Гу Нин за рулём, она не пьёт, — сказала Цао Вэньсинь, а затем спросила Лэн Шаотина: — Брат Лэн, ты будешь пить?
Лэн Шаотина Цао Вэньсинь немного побаивалась, поэтому не смела настаивать.
Дело было не в том, что он плохо к ней относился или что-то сделал, — просто его аура была слишком сильной, и она невольно робела.
— Не буду, — Лэн Шаотин не любил алкоголь и всегда старался не пить, если только не было крайней необходимости или он не был в компании близких друзей.
— Раз уж вышли развлекаться, сидеть без выпивки как-то скучно, — заметил Цзян Цзэчжэн.
— Вот именно! Если ты не можешь пить, мы не настаиваем. Но если можешь, а не пьёшь — значит, не уважаешь нас, — поддержал Гао Чэньюнь. Обычно, когда выходят гулять, кроме водителей, редко кто не пьёт. Если женщина — это ещё понятно, а если мужчина — отказ от выпивки выглядит как неуважение.
Впрочем, в его словах не было недовольства или упрёка — скорее шутливый тон.
(Конец главы)
http://tl.rulate.ru/book/12184/1567205
Готово:
