Глава 527. Начало беспокойства и нестабильности
— Какое тебе дело до того, как у меня дела? Я просто хочу посмотреть, как у тебя сейчас жизнь складывается, раз ты когда-то был таким высокомерным и смотрел на меня свысока, — усмехнулся Чжан Шуньлинь, крайне самодовольно, и затем посмотрел на Вэнь Юлань с полным пренебрежением: — Гляди-ка на эту одежду с вещевого рынка, видно, что дела у тебя идут плохо! Если бы ты тогда согласилась быть со мной, сейчас бы ходила в золоте и серебре.
Услышав это, Гу Нин поняла, в чём дело. Оказалось, это всего лишь человек, который не смог добиться желаемого и теперь явился похвастаться своей властью.
Столько лет прошло, а он всё ещё зациклен на этом деле. Ну и ничтожный же мужчина! То, что у такого человека есть десятки миллионов, — настоящее чудо.
— Какое тебе дело до того, как у меня дела? — закричала Вэнь Юлань в ярости. — Мне не нужны твои золото и серебро!
— Не нужны? Ха! Я ещё не видел женщины, которая бы не любила золото и серебро. Если не можешь себе позволить, не строй из себя гордую, это только показывает твоё лицемерие, — с издёвкой сказал Чжан Шуньлинь. В его глазах все женщины были меркантильными.
Вот и сейчас: разве не из-за его денег те хорошенькие девушки сами напрашивались, чтобы их содержали?
Он сейчас живёт припеваючи!
— Чжан Шуньлинь, прекрати нести чушь. Мы всего лишь обычные одноклассники, твои слова уже нанесли ущерб моей репутации, — Вэнь Юлань одновременно злилась и чувствовала себя несправедливо обиженной. У неё с ним не было никаких отношений, он просто преследовал её, а она отказала, а он теперь говорит так, будто она, презирая бедность и богатство, бросила его.
— Ты тогда отказала мне, потому что презирала мою бедность, разве не так? — Чжан Шуньлинь не унимался, упрямо настаивая на своём.
— Ты... — у Вэнь Юлань от гнева перехватило дыхание. Этот человек — просто мерзавец, с ним невозможно договориться.
Что значит «презирала его бедность»? Даже если бы у него были деньги, она бы на него не посмотрела. Надо бы ещё на свою внешность взглянуть.
Конечно, такие слова она не решилась произнести вслух, а то он ещё неизвестно что скажет.
— Ха! — наконец не выдержала и рассмеялась Гу Нин. Разумеется, это был насмешливый смех. Она смотрела на Чжан Шуньлиня с нескрываемой иронией и сарказмом: — Презирала твою бедность? Нет, она презирала не только твою бедность, но и то, что ты низкий, уродливый, с паршивым характером и мелочный. Ты что, никогда не смотрелся в зеркало? Думаешь, жаба сможет догнать лебедя? Она тебе просто отказала, а ты зациклился на этом на десяток лет и ещё явился хвастаться. Думаешь, нормальная женщина полюбит такого мужчину? Только те, кому нужны твои деньги. И притом у тебя всего лишь десятки миллионов, а ты уже возомнил себя богом. Знаешь, сколько в Цзинчэне людей с десятками миллионов? Даже миллиардеры не такие самоуверенные, как ты. Кем ты себя возомнил?
Гу Нин не любила переходить на личности, но это касалось только тех, кто этого заслуживал. С такими бесстыжими людьми нужно поступать именно так — проучить как следует.
— Ты... — мужчину от этих слов Гу Нин бросило в краску, он не мог вымолвить ни слова.
Настроение толпы всегда легко поддаётся влиянию. Поначалу, услышав слова Чжан Шуньлиня, многие подумали, что Вэнь Юлань из тех, кто презирает бедных и льнёт к богатым. Поэтому они не обращали внимания на внешность и характер Чжан Шуньлиня. Но теперь, после слов Гу Нин, они вдруг осознали это и встали на её сторону.
— Вот именно! Богатый — великое дело что ли? Не у него одного есть деньги.
— Не то слово! Не только бедный, но ещё низкий, уродливый, с паршивым характером, мелочный. Такого мужчину мне даже даром не надо.
— И ведь из-за того, что девушка ему отказала, он зациклился на этом на десяток лет и ещё явился хвастаться. Позорище для нас, мужчин!
— Этот человек просто эгоист до мозга костей. Думает, он император? Раз он на неё положил глаз, она обязана его принять?
— Вот именно! Я за своей жизнью ухаживал за многими женщинами, и если бы каждая, кто мне отказал, была виновата, что же делать? И я тоже многим женщинам отказывал. Если так рассуждать, меня уже несколько раз должны были бы...!
— ...
— Ты... вы... — Чжан Шуньлинь от злости чуть не задохнулся, яростно уставившись на Гу Нин, словно хотел разорвать её на части.
И в этот момент от его ступней внезапно поднялся холодок, всё тело дрогнуло. Его взгляд встретился со взглядом Лэн Шаотина — тот смотрел крайне устрашающе, давя на него так, что стало трудно дышать.
— Пойдёмте, — сказала Гу Нин, не собираясь больше связываться с Чжан Шуньлинем, и позвала всех уходить. А Чжан Шуньлинь, испугавшись взгляда Лэн Шаотина, больше не осмелился приставать.
Однако, когда они ушли, лицо Чжан Шуньлиня окончательно помрачнело, взгляд стал злобным.
Вэнь Юлань, ты у меня ещё попляшешь. Я заставлю тебя пожалеть.
Город Хайши, семья Тан.
Была суббота, поэтому все члены семьи Тан были дома.
В доме Танов царила гнетущая атмосфера — всё из-за Тан Юньфаня.
— Уже четыре дня, а Юньфань всё не приходит в себя, — сокрушённо вздыхал Тан Хайфэн. Это был уже который раз за сегодня.
Хорошо ещё, что было ясно: Тан Юньфань просто без сознания, других повреждений нет, жизненные показатели в норме, нисколько не ослабли. Иначе атмосфера в семье Тан была бы ещё тяжелее.
Только закончился обед, как в дом Танов поспешно вошёл Цюань Минкай и, найдя Тан Хайфэна, сказал:
— Господин, не знаю, каким образом совет директоров узнал о том, что второй молодой господин без сознания. Теперь они начали проявлять беспокойство, и некоторые хотят переизбрать председателя совета директоров.
Услышав это, Тан Хайфэн помрачнел. Того, что они узнают о беспамятстве Тан Юньфаня, он не удивился — в конце концов, шила в мешке не утаишь. Но всё равно это вызывало гнев, особенно по отношению к тому, кто распустил слух.
Он предупредил Тан Юньхана, который знал об этом, но этот человек всё равно рассказал — явно с недобрыми намерениями.
И тогда Тан Хайфэн в гневе сказал:
— Узнай, кто распространил эту информацию. Таких недобросовестных людей нельзя оставлять в семье Тан.
Тех, кто знал о беспамятстве Тан Юньфаня, было немного: кроме тех, кто привёз его, это были все, кто живёт в доме Танов. Из сотрудников корпорации — только Цюань Минкай и Янь Вэйлунь. Но эти двое, естественно, не могли распустить слух.
Так что найти виновного было не так уж сложно.
— Слушаюсь, — ответил Цюань Минкай.
— Я сам пойду разберусь с делами корпорации, — сказал Тан Хайфэн и поднялся.
Хотя Тан Хайфэну было уже за семьдесят, после того, как он получил жизненную энергию от Гу Нин, его здоровье было довольно крепким, примерно как у пятидесятилетнего. Только за последние несколько дней из-за дел Тан Юньфаня он был совершенно измотан. Но в критический момент он всё же мог держать ситуацию под контролем.
Хотя члены семьи Тан беспокоились о здоровье Тан Хайфэна, у них не было выбора. В настоящее время только Тан Хайфэн разбирался в бизнесе, и если бы не он, некому было бы взяться за дело.
Поскольку Тан Юньхан и Тан Юньжун тоже были акционерами корпорации «Танхуан», они вместе с Тан Хайфэном отправились в корпорацию «Танхуан».
Для вас делал стервятник,вместе до победы!
http://tl.rulate.ru/book/12184/1547799
Готово:
